"Звуки моего сердца"

Пролог

Судебное заседание закончилось. Мы наконец вернулись домой. Я поднялась к себе, тихо закрыла дверь и будто впервые за долгое время вдохнула полной грудью.

Неужели всё позади? Неужели теперь всё будет иначе?..

Я рухнула на кровать, чувствуя, как тело тяжелеет от усталости. Закрыв глаза, я позволила памяти хлынуть волной — всё, что было, мелькало перед внутренним взором. Сделав глубокий выдох, я попыталась собрать силы хотя бы переодеться.

В дверь постучали.
— Можно войти? — ласково спросила Эмили.
— Конечно… — ответила я едва слышно.

Она вошла и присела на край кровати, внимательно вглядываясь в моё лицо. В её глазах — тревога, сочувствие, боль.
— Ну как ты? — спросила она тихо.
— Я не знаю, как я… — прошептала я, чувствуя, как голос предательски дрожит. — Мне всё ещё больно.

Слёзы, до сих пор сдерживаемые, сами потекли по щекам. Я бросилась в объятия тёти, и она крепко прижала меня к себе.
— Поплачь, — прошептала она, — пусть печаль уйдёт вместе со слезами.

Я рыдала навзрыд, пока не заснула, положив голову ей на колени.

Когда я открыла глаза, за окном уже светало. Комната была пуста. Я лежала, глядя в потолок.
«Всё закончилось…» — звучало в голове, как эхо.

Я должна была чувствовать гордость — ведь я прошла через это. Но где-то под толщей боли и усталости она пряталась, почти не подавая признаков жизни. Я уткнулась в подушку и долго не двигалась. Хотелось остаться в этой неподвижности навсегда. Наконец, укрывшись с головой, я позволила себе заснуть ещё раз.

Проснулась уже вечером. Из гостиной доносились голоса. Подойдя к зеркалу, я увидела своё отражение:
— Кем ты стала? Кто, ты теперь? — прошептала я.

Худоба, обкусанные ногти, потухший взгляд, синяки под глазами — вот что осталось от прежней меня. Душа была истерзана, а ночные кошмары не давали покоя.

Но где-то глубоко внутри теплилась надежда. Хрупкая, почти невидимая, но живая. Та, что искала путь к свету.

«Всё закончилось…» — повторила я, пытаясь улыбнуться себе. Не вышло.

— Ты сильная. Ты, справишься, — сказала я отражению, как обещание самой себе.

Я выпрямилась.

«Хватит. Пора жить дальше. Только я сама могу вытащить себя из этого мрака», — решила я, ставя точку. Я привела себя в порядок и спустилась к ужину. Эмили всё ещё была у нас.

Мама и папа, как всегда, встретили меня теплом.

— Проголодалась? — улыбнулась мама.
— Уже да, — рассмеялась я, — готова съесть целого слона!

Раздался первый за всё это время смех. Настоящий, тёплый.

За ужином мы болтали обо всём подряд, и я чувствовала, как тяжесть уходит. Будто огромные камни наконец сползли с моих плеч.

Позже мама принесла мне кружку какао с зефирками — мой любимый детский напиток. Я устроилась в кресле, слушая оживлённые разговоры родных, и впервые за долгое время почувствовала покой.

Мои родители были школьными учителями. Их жизнь, хоть и не бурная, всегда казалась мне удивительно насыщенной.

— Оливия, — мама присела рядом, — мы с папой подумали: тебе будет полезно поучиться в закрытой школе Святого Патрика. Там сильная программа, масса факультативов. Может, ты найдёшь что-то для себя — и новых друзей.

Я сразу согласилась. Надо было с чего-то начинать. А школа Святого Патрика имела прекрасную репутацию — и, давала хороший старт для будущего.

— Спасибо, — я крепко обняла родителей.

Семья лечит. Время помогает. С каждым днём я чувствовала, как во мне пробуждается жизнь. Щёки наливались румянцем, синяки исчезали, а в глазах снова появлялся свет.

Школа встретила меня с распростёртыми объятиями. Мир за стенами дома снова открылся: новые лица, дружба, занятия, увлечения. Я оживала.

Год подходил к концу. Я стала сильнее, но прошлое всё ещё временами шептало за спиной. Хорошо, что рядом всегда были те, кто любил и поддерживал меня. Я знала — я не одна.

Моя жизнь была непростой, но сердце оставалось добрым и светлым. И, может быть, именно из-за этой искренности судьба привела меня к решению оставить старое позади и начать всё сначала.

Я и представить не могла, как сильно изменит меня мой переезд.
Он перевернёт мою жизнь с ног на голову.
Потому что в ней появится он.

…И тогда я впервые за долгое время услышу — звуки моего сердца.