Работа над ошибками (puzzle)

Глава 8

Алексей с нетерпением дожидался Спиридонова, чтобы рассказать ему главную новость. Мальчишки, которых он отправил на поиски пропавшего Кольки, или хотя бы его следов, вернулись ни с чем. Алексей отпустил их домой; вновь проснувшееся «шестое чувство» уверенно подсказывало ему, что стодвухлетняя Баба-Яга сказала если не правду, то что-то очень близкое к ней, а значит, искать Кольку Пеструхина нужно не здесь. «Вот ведь, – пришла к нему мысль, – как ни крути, а все равно, похоже, придется еще раз свидеться с этой пещерой... как ее назвала бабка?.. Чертовой!»

А еще Алексей подумал вдруг, как удачно может осуществиться его план ухода из жизни. Уже не надо разыгрывать спектакль с рыбалкой, купанием и последующим «утоплением». Все будет официально и почти по-честному. Даже полицейский при «несчастном случае» будет присутствовать, который и запротоколирует, как гражданин Белозеров сорвался в каменный «колодец». Жаль только тетю Веру, ведь тогда на ее долю достанутся похороны и все прочее, чего первый вариант исключал.

«Ладно, на месте посмотрим, – решил он. – Надо сначала Кольку найти». И если уж говорить совсем откровенно, про свое самоубийство Алексей подумал уже по инерции – той острой в нем необходимости, как всего еще пару дней назад, он почему-то уже не чувствовал. Возможно, последние события если не затмили собой горе, то вытеснили немного пустоты из души Алексея, заставили сопереживать не «себе, любимому», а и совсем прежде чужим людям. И еще – самое, пожалуй, главное: Алексей снова почувствовал свою нужность. Да и, чего уж там, ему стало по-настоящему интересно: что же все-таки происходит здесь, в глухом уголке Вологодчины? Ведь происходит нечто столь неординарное, что ни в какие разумные рамки не укладывается. В общем, проснулось, заработало в нем профессиональное журналистское любопытство. Даже мелькнула мыслишка: «Вот бы репортаж получился!» И неожиданно, вслед за этой робкой мыслью, появилась другая – прямая и конкретная: «А почему бы и нет?»

И что-то изменилось внутри Алексея. Он словно миновал кризис опасной болезни. Появилось дикое желание действовать – сравнимое, пожалуй, с чувством жажды в пустыне.

В действительности же, конечно, изменения случились не сразу. Но в чрезмерной насыщенности последних дней ему трудно было заметить зарождающиеся в душе и сознании их робкие побеги. А вот сейчас, в минуты временного бездействия, эти симптомы душевного выздоровления стали слышны Алексею.

И вот, с проснувшейся жаждой деятельности мерил теперь Алексей шагами двор, поджидая из города старшего лейтенанта Спиридонова. А тот, как назло, все не ехал. И только в половине восьмого вечера, когда солнце, покраснев от напряженной работы в течение долгого дня, стало приседать к далекой кромке леса, издали послышался нарастающий гул автомобильного двигателя.

«УАЗик» участкового вынырнул из-за прилегающих к дороге сосен и, отбрасывая длинную тень, покатил по сельской улице. Возле дома Веры Васильевны машина затормозила, оставив позади багровое от лучей заходящего солнца облако пыли.

Иван Валентинович Спиридонов выпрыгнул из машины и быстро зашагал к взволнованному Алексею, который вылетел из-за калитки навстречу участковому. В запале он даже не заметил, что на переднем сиденье «УАЗика» кто-то сидит.

– Иван Валентинович! – закричал Алексей. – Что ж вы так долго? Я, кажется, знаю, где Коля!

И тут же осекся, спохватившись, что его вопли о сыне может услышать Колькина мать, которая также поминутно выскакивала из избы, поджидая участкового. Раньше времени не хотелось ни пугать, ни обнадеживать напрасно несчастную женщину. Впрочем, как раз сейчас она была в хлеву, доила корову, ведь горе – горем, а скотину не бросишь.

Спиридонов, явно порывавшийся тоже что-то сказать, не стал пока этого делать, услышав последнюю фразу Алексея, а быстро спросил:

– Ну, и где же?

Алексей замялся на пару секунд, но все же, судорожно вдохнув, сказал:

– Вы знаете, что здесь, километрах в двадцати, есть горный кряж с пещерой?

– С Чертовой пещерой? – удивленно поднял брови участковый. – Конечно, знаю! Даже бывал там пару раз по молодости... Неужели Колька туда полез?

– Да он не полез, – еще больше смутился Алексей. – Его, похоже, похитили и отвезли туда.

– Кто похитил? Откуда ты все это узнал?

– Похитили, скорее всего, те же, кто убил Михаила Дмитриевича. А узнал я это... – Он вновь осекся, понимая, насколько смешно прозвучит то, что должен сейчас сказать. – Узнал я это от бабки одной старой, у нее еще сын Василий...

– Постой-постой, – прервал Алексея участковый. – У бабки Макарихи?.. Ну, ты, брат, даешь! Я уже чуть и вправду не поверил. Так она же это, – Спиридонов постучал согнутым пальцем по лбу, – тронутая она, ей же сто годов уже.

– Сто два... – упав духом, машинально поправил Алексей.

– Тем более! – хохотнул полицейский. – Нашел ты кого слушать.

– Но она мне сказала, что это видел ее сын Василий. С другом... Сергеем, что ли...