Работа над ошибками (puzzle)

Глава 28

Алексей проснулся неожиданно. Рядом, свернувшись калачиком, посапывал Колька. Солнце еще не встало, но рассвет начинался – небо с восточной стороны розовело неестественно ярко и вычурно, словно в кадре рекламного клипа «Восход солнца – с ним веселее!». Но не зарождающаяся заря разбудила Алексея – было что-то еще, непонятное и тревожное, словно бы чей-то холодный взгляд следил сейчас за ним сквозь прорезь прицела.

Он осторожно, стараясь не шуметь, огляделся. Позади и слева тянулось темное поле, справа поднимались в звездное небо слегка подсвеченные розовым холмы, впереди же, не далее чем в тридцати метрах, начинался лес. По контрасту с ярко-розовой полоской зари он был угольно-черен, словно выписан тушью без намека на детали и светотени. У Алексея при взгляде в ту сторону поползли по спине мурашки, и он просто физически почувствовал, что опасность исходит оттуда.

Все тонуло в полной тишине. Даже не пели птицы, если они вообще водились в этом мире – этого Алексей не помнил. Подождав пару минут, он слегка успокоился, а когда первые лучи солнца озарили все вокруг феерической иллюминацией, страх и напряжение схлынули вместе с остатками тьмы. Зато вспомнился недавний странный сон, так похожий на явь и в то же время так с нею несовместимый. Если загадочный Маг, говоривший с Алексеем, существует в действительности, есть надежда на благополучный исход. Но сон, а вместе с ним и беседа с хвастливо-могущественным незнакомцем прервались, так и не дав ответа на извечный вопрос: «Что делать?»

Чихнул от пощекотавшего его солнечного лучика Колька. Мальчик быстро вскочил на ноги и непонимающе завертел головой, пока остатки сна окончательно не улетучились. Тогда он заулыбался широко и открыто, потянулся и, не в силах сдержать мальчишеской энергии и радости от чувства свободы, стремглав ринулся по полю к ближайшему холму. Взлетев на самый его гребень он замер, оглядывая с высоты окрестности, а потом закричал что-то, широко замахав руками.

Алексей не мог расслышать слов мальчика, но видел, что тот очень возбужден и даже подпрыгивает от распирающих его впечатлений. Впрочем, Колька уже со всех ног катился с холма, чтобы скорее поделиться с Алексеем увиденным.

– Замок! Дядя Леша, там замок! – завопил еще на бегу мальчик. Остановившись, он быстро затараторил, помогая себе руками и подпрыгивая:

– Ух! Там такой замок! Настоящий! Огромный! Как в кино! Там, за лесом. Пойдемте, дядь Леш, пойдемте туда скорее!

Алексей сделал рукой жест, пытаясь остановить словоизлияние. Но Колька продолжал прыгать и крутиться юлой, так и порываясь сорваться с места и бежать к своему замку без остановки.

– А ну, помолчи! – прикрикнул Алексей, и мальчик наконец-то утих, продолжая, впрочем, переминаться с ноги на ногу.

– Успокоился? Теперь говори толком: далеко до твоего замка?

– Ну... – Колька задумался. – Через весь лес... Сколько там будет? Километров десять, я не знаю точно.

Алексей хмыкнул:

– Охотно верю, что ты можешь одним махом пробежать десяток километров, даже не запыхавшись и на голодный желудок. Однако я пас! К тому же, замок – не волк, в лес не убежит, как говорится. Давай-ка сначала позавтракаем, а потом уж отправимся к замку. Идет?

Мальчишка досадливо вздохнул, пару раз подпрыгнул, но все же сказал:

– Идет.

Наскоро позавтракав «космонавтским» пайком, они отправились в путь. Для начала, к неудовольствию Кольки, Алексей сам решил взглянуть на замок с холма, чтобы определиться с расстоянием и направлением. А еще ему очень хотелось в глубине души, чтобы увиденное оказалось замком Туунга. Но... Это был совсем другой замок. Такой же вычурный, с многочисленными башенками, шпилями и флагами, но другой. До него было, пожалуй, ближе, чем десять километров – скорее, около семи, но учитывая, что идти нужно было через лес, дорога могла занять пару часов как минимум. «Не заблудиться бы», – подумал Алексей.

Едва ступив под кроны деревьев, он снова почувствовал, как им завладело недавнее чувство опасности и тревоги. Чем дальше углублялись они в лес, тем сильнее становилось это чувство. Колька же, напротив, был радостен и беспечен. Он то и дело убегал вперед, нетерпеливо поджидая затем Алексея, снова убегал, пока Алексей, будучи уже совершенно уверенным, что скоро что-то должно произойти, не крикнул:

– Не убегай никуда, дай мне руку!

– Ну, вот еще! – фыркнул Колька. – Что я, маленький?

Он стоял метрах в пяти лицом к Алексею. Тот собрался уже приструнить сорванца, даже открыл было рот, но так и не успел ничего сказать, оставшись стоять с разинутым ртом, потому что за Колькиной спиной из-за ближайших кустов стремительно взвилось в воздух и ярко-желтой молнией устремилось сверху на мальчика нечто устрашающе-громадное. У Алексея язык словно присох к небу, да и не успел бы он ничего крикнуть – настолько внезапно все произошло. Существо, похожее на тигра, только казавшееся больше его раза в два, вытянув передние лапы с длинными, острыми когтями, неумолимо приближалось к мальчишке. Полет его вряд ли длился более пары секунд, но для Алексея время замедлилось, сделавшись тягучим и вязким. Он успел разглядеть глаза хищника – холодные как лед, но в то же время горящие чувством силы и превосходства. Он смог увидеть, как в раскрывающейся пасти обнажаются сияющие белизной клыки, белые настолько, словно зверь чистил их, не покладая лап, с утра до вечера лучшими зубными пастами! И когда этот белоснежный частокол убийственных лезвий окрасился вдруг алым, время вновь вернулось для Алексея к своему обычному темпу.