Работа над ошибками (puzzle)

Глава 2

Валерка Мителев, как и планировал с вечера, проснулся рано. Даже мать еще не встала управляться со скотиной. Вчера Валерка со своими корефанами Ленькой и Андрюхой уговорились пойти рыбачить на утренней зорьке. Валерке для такого дела даже будильника было не надо, проснулся ровно в четыре. Быстро вскочил с кровати, побрызгал в лицо из умывальника, налил большую кружку вчерашнего молока, отломил кусок батона и, макая его в свежий мед, слопал, запивая из кружки.

Ленька Карпухин уже поджидал приятеля возле дома.

– Чего возишься? – буркнул он недовольно.

– Кто возится-то? – возмутился Валерка. – Сколько времени сейчас, знаешь?

– Ладно, пошли будить Ушастика. Что-то его нету.

Друзья направились к дому Андрея Пояркова – Ушастика, как звали его все ребята понятно за что. Стоило им подойти к калитке, как Андрей сбежал с крыльца. Вместо приветствия он замахал руками и закричал:

– Вы слышали, что Колька Пеструхин нашелся?

– Да ну?! Нет! – слились возгласы Валерки и Леньки.

– Ага! Его Спиридонов вчера вечером привел, – возбужденно заговорил Ушастик. – Мамка рассказывала.

– И где он пропадал все это время? – с интересом спросил Ленька, а Валерка даже подпрыгнул пару раз от любопытства.

– Да не сказал ничего Спиридонов, – потупился Андрюха. – Да и ладно, сами сегодня все у Кольки узнаем!

Друзья согласились с разумным доводом и, сразу забыв о новости, загалдели о предстоящей рыбалке.

– Ты червей накопал? – строго спросил Валерка Ушастика.

– Конечно. О-го-го сколько! – Андрюха достал из пакета и поднял над головой стеклянную банку с закручивающейся крышкой, в которой были проделаны гвоздем многочисленные дырочки. В банке копошился розовый ком извивающихся толстых червей.

– Куда пойдем? – поинтересовался Ленька, хотя вчера еще решили идти к поскотине – месту, где обычно и удили лещей.

– На поскотину, куда еще, – ответил Валерка. Андрюха согласно кивнул.

Друзья закинули на плечи удочки и весело пошагали к реке.

– Как бы дождя не было, – глянув на небо, сказал вдруг Валерка.

– Ага, затянуто все, – тоже посмотрев вверх, согласился Ленька Карпухин. – Вообще, чудно́е небо какое-то...

Мальчишки остановились и задрали вверх головы. Небо и правда было необычным. Казалось, что его закрыло сплошной пеленой облаков. Но вот что странно: пелена эта была абсолютно ровной по виду и цвету. Словно серую пленку натянули над землей. В полпятого утра даже затянутое облаками небо должно быть с восточной стороны светлее, однако ничего подобного не наблюдалось. Да, оно постепенно светлело, переходя из темно-серого просто в серый, а затем в светло-серый цвет, но «светилось» оно со всех сторон одинаково!

Друзья молча переглянулись, пожали плечами и побежали дальше – то, что творилось на небе, пусть и было непонятным, не могло отвлечь их от более важного и интересного – предстоящей рыбалки. Появилась, правда, иная проблема – запах. В утреннем воздухе постепенно и все более ощутимо стал распространяться ужасный смрад. Поначалу ребята просто морщились, списывая вонь на свиноферму, до которой, впрочем, было не так уж и близко, но вскоре запах стал таким сильным, что мальчишки, зажав носы, остановились.

– Это че, сгон где-то умег? – прогундосил Ленька.

– Какой еще сгон? – не понял Валерка.

– Ну, сгон – богшой тагой, с гободом, – ответил, не разжимая носа, Ленька.

– Слон, – подсказал, разжав на секунду нос, Андрюха-Ушастик.

– Тогда уж – целое стадо слонов! – буркнул Валерка, с трудом сдерживая тошноту.

Ребята сделали еще несколько шагов – до края угора, откуда дорожка бежала уже вниз, до самой реки, – и замерли в оцепенении, забыв даже про несусветную вонь. То, что они увидели, не лезло ни в какие ворота. Первое, что сразу бросалось в глаза – река. Она обрывалась! В буквальном смысле: блестящую ленту реки слева, откуда она раньше текла, словно перерубили. Причем левее не наблюдалось даже намека на русло. Хуже того, линия, по которой была непостижимым образом перерублена река, тянулась до самого горизонта по обе стороны от нее, и если справа от этой воображаемой линии все оставалось так, как и должно быть – зеленели лес и трава, желтело поле, серебрилась река, – то слева открывался просто какой-то жуткий пейзаж! Во-первых, там все было красным. Издалека казалось, что местность сплошь покрыта мясным фаршем. А во-вторых, что самое отвратительное, кровавый фарш шевелился! Приглядевшись, можно было разобрать, что красное месиво – это подобие каких-то кустов или деревьев, а шевелятся их ветви, только не на ветру, а сами по себе, словно щупальца.

Мальчишкам, всем троим сразу, тут же пришел на ум извивающийся комок червей в банке. Вышло настолько похоже, что друзей, одного за другим, вырвало. А потом тонко, по-девчоночьи, завыл Ушастик. Друзья не сговариваясь побросали удочки и со всех ног бросились обратно в деревню.