Работа над ошибками (puzzle)

Глава 7

Идти по лесу было сначала интересно, даже жутковато – казалось, из-за каждого куста или из-за дерева может показаться житель иного мира. Однако никто, кроме встревоженных птиц, ниоткуда не показывался, и компания друзей вскоре откровенно приуныла.

– Ну и где твой инопланетный мир? – не выдержал наконец Ленька Карпухин, обращаясь, понятное дело, к Кольке. Тот угрюмо молчал, поскольку ответить было нечем.

– Этот лес – с другой планеты! – зловещим голосом, дурачась, проговорил Валерка Мителев. – Просто там такие же деревья, как и у нас.

Друзья дружно загоготали, лишь Колька обиженно фыркнул и прибавил шагу.

– Куда ты, Коля?! – противным голосом заверещал Ленька. – Сейчас тебя слопает инопланетный медведь!

Остальные подхватили:

– Инопланетный слон!

– Инопланетный крокодил!

– Вонючая жаба с планеты пиявок!

– А чем это так пахнет? – закрутил вдруг носом Андрюха-Ушастик.

Все дружно заржали, приняв вопрос Ушастика за продолжение игры.

– Да не, правда пахнет! – повторил тот.

Мальчишки остановились и тоже стали принюхиваться. Пахло и правда совсем не так, как в обычном лесу.

– По-моему, мы сейчас опять к этим... красным червям выйдем, – высказал предположение Валерка, отчего Ушастик сразу поежился.

Запах действительно напоминал тот, утренний, но был очень слабым, не вызывая такого отвращения. К тому же, пахло чем-то еще, причем отдаленно знакомым.

– Больницей, что ли, воняет... – пробормотал Ленька.

– Ну, йодом, кажись, – кивнул Валерка.

Между тем Колька ушел вперед, пока остальные старательно нюхали воздух. Его вопль заставил всех разом подпрыгнуть. Что там орал из-за густого, молодого ельничка друг, они разобрали не сразу. Сначала всем троим послышалось, что Колька выкрикивает слово «горе», только делал он это почему-то столь восторженно, что было непонятно, как можно столь радостно горевать.

Первым догадался Валерка:

– Пацаны! Он море увидел!

И тут все трое разом ринулись вперед, напролом, через невысокие, тесно сгрудившиеся елочки, царапаясь об их колючие ветки и весело при этом визжа. Ельник кончился внезапно, словно его что-то ровнехонько перерезало. А дальше... Сначала ребятам показалось, что дальше – только небо, поскольку глянцевая светло-серая сфера отражалась и снизу, только внизу она была гораздо более темной и совсем даже не глянцевой, а, напротив, рябой и шероховатой. Перед ними простиралось самое настоящее море!

Последним из ельника вылетел Ушастик и, не успев затормозить, по инерции полетел прямо в темную воду. Он истошно заверещал, но крик быстро прервался, поскольку волны тут же сомкнулись над Андрюхиной головой. Впрочем, Ушастик сразу вынырнул и принялся плеваться и кашлять.

– Тьфу! Соленая! – завопил он, только уже не испуганно, а восторженно. Нечаянное купание начинало ему нравиться.

– Красота! Красотища! – Андрюха лихо нырнул, а Ленька с Валеркой немедленно принялись стягивать с себя рубашки, намереваясь присоединиться к другу. Но Колька Пеструхин закричал вдруг сердито:

– Стойте, придурки! И ты вылазь, Ушастик! Вы че, совсем?! Это же инопланетное море! А вдруг там чудища всякие, типа наших акул или спрутов? Может, и сама вода ядовитая.

Валерка и Ленька замерли, Андрюха же вновь завопил, только теперь от ужаса, и отчаянно замолотил по воде руками и ногами. Ему удалось подгрести к самому берегу, но встать на дно никак не удавалось. Это обстоятельство привело Ушастика в полную панику. Он завизжал пуще прежнего, беспорядочно задергался, заметался и в итоге стал откровенно тонуть. Это выглядело столь нелепо в полуметре от суши, что друзья даже не сразу догадались прийти Андрюхе на помощь. И только лишь Колька Пеструхин быстро лег на живот у самой кромки воды и, вытянув руку, сумел зацепить Ушастика за волосы, когда Андрюхина голова в очередной раз показалась из воды. Он подтянул друга к берегу, но вытащить из воды не смог.

– Что стоите как истуканы?! – закричал он обалдевшим мальчишкам. – Помогайте!

Валерка с Ленькой наконец-то вышли из ступора и бросились вытаскивать на берег Ушастика. Втроем им это вполне удалось. Ушастик лежал под молоденькими елочками мокрый и бледный. Глаза его были закрыты.

– Он что, умер, да?.. – прошептал Валерка, тоже вмиг побледневший.

– Точно, вода ядовитая! – ахнул Ленька.

– Ну вы придурки, – покачал головой Колька. И, вспомнив кое-что из школьных уроков ОБЖ, попытался сделать Ушастику искусственное дыхание. После пары-тройки выдохов «рот – в рот», Андрюха отчаянно закашлял. Из его рта и носа потекла вода, затем Андрюху вырвало – тоже почти одной водой, – и только после этого он раскрыл глаза. Увидев над собой испуганные лица друзей, мальчишка, тоненько завывая, заплакал. Между тем никто не засмеялся. Даже Ленька Карпухин воздержался на сей раз от непременных острот и подколок.