Работа над ошибками (puzzle)

Глава 24

Это были именно люди, две женщины. Алексей сразу же узнал обеих. Одна – молодая, стройная, в темно-зеленом, элегантно облегающем ладную фигурку платье, – его учительница географии, Светлана Евгеньевна; другая – лет под пятьдесят, в строгом темном костюме, сама тоже строгая, даже суровая – Мария Антоновна, учитель истории.

У Алексея екнуло сердце – когда-то он был по-детски влюблен в географичку. Ее вздернутый носик, чуть припухлые губки, светлые волосы с короткой стрижкой, глаза, загадочные и всегда немного грустные – все это было так знакомо, словно и не прошло с тех пор больше десяти лет... Это лицо он постоянно рисовал на ее уроках – на полях учебника, на промокашках, а однажды нарисовал прямо в тетради по географии, да так и сдал эту тетрадку ей на проверку. «Алексей, не надо больше этого делать», – тихо и слегка печально сказала ему на следующем уроке Светлана Евгеньевна, возвращая тетрадь. «Почему? Ведь вы – самая красивая женщина на свете!» – хотелось закричать в ответ Алексею, но он, конечно же, промолчал, сгорая от стыда.

Теперь он смотрел на «Светлану Евгеньевну» и чувствовал, как к сердцу подступает обида. Почему именно она?! Ведь это же обман! А она... она не могла обманывать! Она оставалась в глубине его души светлым лучиком из далекого детства. Первой, самой чистой, самой светлой, как само ее имя, любовью...

А вот Мария Антоновна – та здесь как раз кстати. От нее всегда можно было ждать любой гадости. Оскорбить ученика для Марии Антоновны – плевое дело! Невзлюбить кого-то и ставить потом двойки за правильные ответы – проще простого! Классе уже в десятом они даже устроили «Марьюшке» забастовку, всем классом не явившись на урок. Но не просто прогуляли, а пошли к директору и потребовали замену учителя. Наивные! После этого Мария Антоновна, которую, конечно же, не заменили, только стала еще злее и отыгрывалась на всех направо и налево.

Детские воспоминания пронеслись в голове Алексея, всколыхнув полярные чувства: любви и ненависти, добра и зла, справедливости и подлости... Был ли в этом спрятан какой-либо смысл, или образы двух учительниц возникли в мозгу случайно?

Судя по реакции Илмы, она «увидела» тоже нечто подобное: сначала на губах девушки заиграла добрая улыбка, а потом ее брови нахмурились.

Между тем две «учительницы» подошли к столу с октаэдрами.

– Это и есть ваше задание для первоклашек? – скрипучим голосом спросила «Мария Антоновна».

– Да, – мягко, как дыхание ветерка, ответила «Светлана Евгеньевна». – Задание называется «Паззл». Дети должны были из кусочков различных миров собрать фигурку – маленькую модель населенной планеты. Исходный материал требовалось выбирать с учетом максимальной схожести условий. Форма планеты – октаэдр, состоящий из семи граней, подобранных учениками, и восьмой – для связи и наблюдения отсюда.

– Собрать такую мозаику вполне по силам и дошколятам, – буркнула под нос «Мария Антоновна».

– Да, но модель должна быть обязательно действующей. И каждый из семи кусочков обязан принадлежать населенной планете. Семь кусочков разных планет должны составить единое целое, причем максимально гармоничное! В идеале – единый народ из семи разных рас, населяющий одинаково пригодную для жизни всех планету. Дети потрудились на славу, все очень волнуются, ведь это их первое домашнее задание. Поэтому я и попросила вас помочь мне – не хотелось бы что-то случайно пропустить и обидеть какого-нибудь ребенка недостаточным вниманием к его работе.

– Балуете вы их, Светлана Евгеньевна, – покачала головой «Марьюшка», но все же села за учительский стол. За парту напротив стола присела «географичка».

«Мария Антоновна» взяла в руки первый октаэдр – тот самый, что «посмотрел» Алексей. Перевернула «пустой» гранью к себе, и...

...прекрасный мир, так поразивший Алексея гармонией, вновь предстал перед ним во всей чарующей красоте. Пропал класс, пропали масштабы, пространственные ориентиры, стерлись понятия «далеко-близко», «высоко-низко»... Да и скорость «показа» постепенно становилась такой, что человеческий мозг не в состоянии был уже зафиксировать что-либо конкретное: вначале мелькали лес, море, город, какие-то лица, а потом все это слилось в сплошное пестрое пятно. Алексей судорожно сжал веки, поскольку его буквально стало укачивать от этого безумного хоровода. Илма тихонечко ойкнула рядом и тоже зажмурилась.

Все закончилось очень быстро. Алексей понял это даже сквозь закрытые веки, просто в мозгу словно что-то щелкнуло. Он раскрыл глаза и увидел все тот же класс. «Учителя» обсуждали работу.

– По-моему, это просто чудесно, – улыбнулась «Светлана Евгеньевна».

– Неплохо, неплохо, – согласилась «Мария Антоновна».

– Вы заметили, как счастливы существа, населяющие этот мир? – «Географичка» сама вся светилась счастьем.

– Ну, счастье – понятие нематериальное... – неопределенно ответила «Марьюшка».