Работа над ошибками (puzzle)

Глава 30

Решено было действовать немедленно, невзирая на очевидный риск всего предприятия. Но иного выхода и не было. Если не считать за выход – остаться на Октаэдре и исчезнуть вместе с ним.

Поскольку нужно было еще доставить к камере всех оставшихся в замке Туунга, а жителям города достаточно было только лишь прийти сюда, решили начать с них. Тем более их было гораздо больше. Только вот как это осуществить на практике: убедить всех прийти к камере и разъяснить суть действий?

– Ты можешь мысленно обратиться сразу ко всем жителям? – спросил у Лекера Туунг.

– Что вы! Мысль можно прочитать всего с нескольких метров, – горестно помотал головой Лекер. – Ну, если мысль очень сильная и направленная, несколько десятков метров...

– В этом я, пожалуй, смогу помочь, – подумав немного, сказал маг. – Ты не боишься колдовства?

– Я уже ничего не боюсь.

– Тогда замри!

Лекер замер, даже глаза закрыл. А Туунг принялся проделывать магические пассы руками, обходя его вокруг. При этом маг что-то приговаривал неразборчивым шепотом. Минуты через три он остановился и приказал:

– Теперь вещай! Тебя услышат все жители города. Только объясни им, что раздумывать некогда: те, которые не придут сюда, через несколько часов погибнут. А ты будешь отправлять прибывающих в прошлое. Для этого станешь запускать их в камеру – непрерывно, чтобы успели потом и мы... Да, и скажи всем, что оказавшись в прошлом, они сами должны будут выбирать свое будущее. Ведь Сетер тоже там!

Для переброски к хронокамере временных обитателей замка Туунга пришлось сделать рейсов по пятнадцать двумя катерами. В это время Илма и Арну оббегали оставшихся жителей своего села. К счастью, долго уговаривать никого не пришлось – брата с сестрой знали и уважали, поэтому в серьезность угрозы поверили сразу. Для транспортировки собравшихся жителей Ауулаа потребовалось примерно столько же рейсов.

Когда катера в последний раз опустились возле резиденции  Верховного Хрониста, туда как раз заходили последние из горожан «серого мира». Прибывшие земляне и ваклиане толпились на улице, не заходя пока внутрь.

Вскоре из здания вышел всклокоченный Лекер.

– Все, – отдуваясь, «сказал» он. – Все ушли...

– Точно все? – переспросил Туунг.

– Наверняка я сказать не могу, – развел руками Лекер. – Но ведь меня «слышали» все, если кто и не захотел прийти – это его личное решение, мы ведь не сможем прочесать весь город!

– «Покричи» еще раз, – сказал Туунг, обведя ладонями вокруг головы Лекера.

Лекер повторил обращение. Большего он все равно сделать не мог.

Алексей, когда перевозил людей на катере (а делали они это на пару с Кириллом Невостребовым), объяснял смысл операции как мог более понятней. Главное, что говорил он всем, чтобы оказавшись «дома» они немедленно собирали вещи, скотину, кто что может, и убирались с треугольника подальше. Не все понимали, что пытается объяснить им этот городской парень. Особенно растерялись пожилые люди, а их ведь было немало. Постичь факт межвременных перемещений, да еще после всех пережитых потрясений, им оказалось, конечно же, не под силу.

Поэтому Алексей попросил Илму, чтобы она разъяснила все еще раз «своим», а сам подошел к группе никольчан.

– Дорогие мои, – задрожавшим от волнения голосом обратился он к людям, показавшимся ему самыми родными на свете. – Сейчас мы отправимся домой. Мы попадем в наш старый мир, на Землю. Это невозможно объяснить, но поверьте мне, что это так. Чтобы вновь не оказаться пленниками Октаэдра, вам будет нужно срочно уйти как можно дальше от Никольского! Вы же помните, где начинаются здесь «измененные земли»? В общем, надо уйти за пределы нынешней земной территории. Я не знаю, все ли мы попадем в одно и то же время, поэтому уводите всех, кого увидите рядом! Причем вы ведь увидите живыми и тех, кто погиб здесь... – При этих словах Алексея женщины загудели-заахали, послышался плач, то ли истеричный, то ли радостный, и Алексей, повысив голос и замахав руками, продолжил: – Тише, тише! Это очень важно! Поскольку здесь они погибли, то там они, в отличии от вас, ничего знать не будут. Вам придется убедить их, и пусть даже силой вытащить из Никольского!

– Да я своего Петеньку родненького в охапку схвачу и на руках до самого Васина уволоку! – не веря до конца возможному счастью, радостно запричитала жена одного из погибших механизаторов.

– Ой, да неужто все живы будут?! – заголосила другая. Вновь поднялся невообразимый галдеж.

– Тихо вы! – во всю глотку заорал Алексей. – Если мы опоздаем, то не спасется никто! И погибшие тоже навсегда останутся мертвыми. Теперь только вы сами можете спасти и их, и себя!

– Ох, а как же дом, огород?.. – заикнулась вдруг одна из женщин, но на нее тут же зашикали.

– Дом, конечно, сгинет вместе с самим Никольским. Но лишь бы люди живы были! Отстроимся снова – и заживем. Так ведь?