Работа по обмену для попаданки

Глава 16. 16.1

Есения

— Уже жалею, что рассказал тебе, — Марк рассержено ковыряет несчастный ужин вилкой. Разговор уверенно превращается в словесную баталию.

— Почему?

— Я думал, что мы обсудим другие варианты, а ты сразу же согласилась на план своего друга.

— Ну а как иначе, Марк? Я уже устала жить так, в вечном ожидании чего-то. Хочется выдохнуть. Хочется спокойствия. Только представь, всё закончится и поедем куда-нибудь отдохнуть.

— У вас у всех слишком оптимистичный настрой. С чего вы взяли что всё так легко получится?

— Просто верим в лучшее, а ещё у нас есть ты, — поворачиваюсь в его сторону и указываю на него вилкой, — самый сильный, самый умный, самый рассудительный.

— Это не гарантия успеха спихнуть всё на меня.

— Никто ничего не спихивает, но ладно, — вот же любитель перекрутить. Просто хотелось его подбодрить, но вышло не так, как я планировала. — А как же любовь спасет мир и победит всё зло?

— Твоё мировоззрение очень наивно. Давай ты посидишь дома, пока я что-нибудь придумаю?

— Ты хочешь, чтобы я сидела взаперти? Чем твой дом меня защитит?

— Наш дом, наш, — от этой его фразы по телу растекается приятное тепло, не зря в первый день пребывания в этом доме я окрестила себя его хозяйкой. — Он защищен, тут охрана.

— Ты предлагаешь мне жить в темнице, пока не умру?

— Там много людей, ты можешь затеряться в толпе, и он заберет тебя, либо что-то с тобой случится, и он уйдет незамеченным, — Марк игнорирует мои вопросы и продолжает настаивает на своём, убеждая меня в правильности его решения.

— Он же написал, что придет лично.

— Он может написать что угодно.

— Я хочу на гуляния и точка, — настойчиво сверлю его взглядом, чтобы он понял серьёзность моих намерений. Он недовольно одаривает меня таким же.

— Мне тоже страшно, но тем, что ты закроешь меня дома только разозлишь его или укрепишь веру в то, что мы боимся.

— Это глупое решение, но раз ты так хочешь, пожалуйста. Можешь завтра облачиться в самый яркий свой костюм, выйти посреди площади и три раза крикнуть своё имя, чтобы ему было легче тебя найти.

— Всё будет хорошо! Тем более мы будем вместе, и я постоянно буду держать тебя за руку.

Весь оставшийся вечер он пытался меня упросить остаться дома, но я не поддалась его уговорам. И даже сладкие пламенные поцелуи не переубедили меня в твёрдости своих решений. Почему-то я была уверена, что всё пройдёт гладко. Не может же что-то случиться на площади переполненной людьми.

Вчерашний дневной сон не помог восстановиться до конца после нашего небольшого путешествия, поэтому этим утром я спала до победного. Марк так долго не спит, поэтому, когда я проснулась его уже не было рядом. Интересно, он вообще спал сегодня? Наверное, наматывал круги по комнате, обдумывая как бы незаметно навесить замки на все двери и приковать меня к кровати. Переживания заразительны. Начинаю нервничать, что Марк так сгущает краски и считает, что я уже не жилец.

Привожу себя в порядок и вопреки советам мужа надеваю самые обычные вещи, не привлекающие внимания. Спускаюсь вниз, чтобы найти Марка, выпить кофе, позавтракать и отправиться на праздничную ярмарку.

Нахожу Марка на кухне в состоянии мрачнее тучи, словно мы собираемся на похороны, а не весело провести время.

— Не передумала?

— Нет, и я даже в хорошем настроении. Готова прекрасно провести с тобой время.

— Только не отходи от меня ни на шаг.

— И не собиралась, — я подхожу к нему вплотную, становлюсь на носочки и касаюсь губами его щеки. Заглядываю в его глаза, в которых бушует гроза, и успокаивающе провожу руками по волосам. — Расслабься, настройся на хорошее. Там слишком много людей и охраны, чтобы что-то можно было сделать.

Марк ничего не ответил, как-то обиженно поджав губы он принялся варить кофе. Завтракали мы молча, каждый думал о своём. Я настраиваюсь на прекрасный день, и верю, что так оно и будет, хотя, конечно, немного переживала. Понимаю, что это риск. Но кто не рискует, тот не пьёт шампанское. Обязательно потом выпью его, когда всё закончится!

— Ну что, поехали? — спрашиваю печального Марка, и он обречённо кивает. Веду его к машине за руку и решаю, что сегодня поведу я, раз он такой грустный.