Работа, проклятье и прочие радости

Глава 23

Несмотря на то, что вчерашний вечер завершился для меня удивительно тепло — меня, доставленную буквально на лапах в замок, уложили спать у камина, прямо на коленях Эдриана, — утро выдалось отнюдь не радостным.

Во-первых, зима, словно обозлившись на наше вчерашнее лирическое отступление, ответила яростной пургой, которая с рассвета бушевала за окнами, заметая тропы и парализуя любые передвижения.

Во‑вторых, сразу после завтрака нас с Эдрианом оторвали от утренних дел — «кофе и бумаг» — внезапным визитом одного из «теней» Эштона.

Его сообщение было безоговорочно тревожным: эриданские войска прорвали оборону Крепости Ветров. Замок захвачен. Уцелевшие члены Дома скрываются где‑то в окрестных горах. Дорога на Эринию, столицу Вальдена, теперь фактически открыта.

На правах новоиспеченной советницы я присутствовала на внеочередном военном совещании. По «удаленной связи» у зеркала собрались не только король с милордом, Гедеберт, лорд Бейрон и генерал Левье, но и несколько командиров, чьи имена и звания я пока не знала. Я не ощущала пользы от своего присутствия — скорее была здесь как молчаливый свидетель, но понимала: мне нужно впитывать каждую деталь.

За спинами основных участников я также заметила тихонько сидевшую в уголке, как и я, леди Алейну Верден. Она слегка кивнула мне с милой полулыбкой, и я ответила ей тем же. Но видно было, что все внимание леди было направлено на короля, и только на него одного.

— Сколько им осталось до Эринии? — глухо спросил Эдриан, сжимая кулаки.

Генерал Левье, сдержанный и собранный, ответил без колебаний:

— От двух до пяти недель марша. Все зависит от их стратегии: пойдут ли налегке, рассчитывая на нашу слабость, или подстрахуются и подтянут основные силы. В лучшем случае — начало июня.

Гедеберт и Эдриан разложили на столе стратегическую карту — не ту красочную, что я видела в библиотеке, а суровую, рабочую, испещренную пометками, стрелками и условными знаками. Границы вассальных Вальдену герцогств и графств, окружавших столицу, были обозначены едва заметным пунктиром.

— Давайте по фактам, — резко прорычал Эдриан. — Основные силы противника обнаружили наконец? Что у нас есть на линии возможного продвижения?

Левье указал на карту:

— На северо‑восточном направлении, у перевала Каменный Клык, стоит 3‑й пехотный полк под командованием полковника Ардена Малкольма. Они удерживают позиции, но численно уступают противнику в три раза. Резервов нет. От приданной магической поддержки осталось всего шесть магов, но их силы фактически на нуле.

— А что с корпусом легкой кавалерией графа Эйнара? — вмешался Гедеберт. — Они должны были прикрывать фланги у Черного ручья и защищать магов.

— Кавалерия Эйнара почти сразу отступила к Рощистым холмам, — доложил Левье. — Граф сообщает, что его люди понесли потери от магических обстрелов. Сейчас они перегруппировываются, но их боеспособность под вопросом.

— Эриданцы не маги, какие еще магические обстрелы? Берт, проверьте с Бейроном, это по вашей части, что это было: не разобрался в обстановке или просто струсил?

Милорд провел когтем вдоль линии фронта:

— А как обстоят дела у гарнизона Серебряных Стрел? Они должны были усилить оборону на южном направлении.

— Крепость Серебряных Стрел держится, — кивнул Левье. — Командует капитан Лиам Торн. У него два батальона и остатки артиллерийской бригады. Но припасы тоже на исходе, а подкреплений ждать неоткуда.

В разговор вступил один из командиров — высокий, с седыми висками и холодным взглядом.

— Ваше Высочество, — произнес он, — я, генерал‑майор Казимир Вольский, отвечаю за резервную линию обороны у реки Лунной. Мы можем попытаться замедлить продвижение противника, если перекроем мосты и используем магию льда. Но для этого нужны дополнительные силы. И все магические накопители, какие только найдем.

Эдриан задумчиво постучал по карте, чуть царапая старый пергамент:

— Какие у нас резервы?

— 2‑й стрелковый батальон в столичном резерве возле Эринии, — ответил Левье. — Но это всего тысяча человек. Плюс ополчение из ближайших деревень — еще с пятьсот, но они даже не обучены. Можно бы подтащить резервы с юга, но успеют ди дойти? И порт оголим.

— Плевать пока на порт, эриданцы до него не доберутся. Собирайте все, что можно, — отрезал милорд. — В столице мобилизовать всех, кто может держать оружие. Хоть паниковать меньше будут, пока делом заняты. Если враг прорвется внутрь, нам все равно не выиграть.

Он устало облокотился на стол, который жалобно скрипнул под его весом.

Я наконец решилась вмешаться. Советница я, в конце концов, или ради фэншуя тут сижу?

— Простите, милорд, я не профи в военных делах, конечно. Но, возможно, стоит сильнее сыграть на неопределенности? У нас почти не осталось реальных сил, но мы можем создать у противника впечатление, что резервы куда значительнее, чем есть на самом деле.

Все повернулись ко мне. Эдриан приподнял бровь:

— Создать впечатление? Каким образом?

— Через ложные маневры, — пояснила я. — Например, пустить по второстепенным дорогам небольшие отряды, чтобы их заметили разведчики. Распространить через шпионов слухи о якобы прибывающих подкреплениях из дальних провинций. Или о тайном союзе с… кем-нибудь, но это, если приемлемо. Даже если противник не поверит, он начнет сомневаться и замедлит продвижение, чтобы перепроверять информацию. Тех же ополченцев в старые доспехи переодеть и пусть на стенах мелькают, если враг до Эринии все же доберется.

Генерал Левье скептически хмыкнул:

— Леди Янковская, это игра с огнем. Если обман вскроется, нас сметут за один удар.

— Но, если не вскроется — мы выиграем время, — настаивала я. — А время сейчас — наше главное оружие. Как только противник начнет колебаться, можно инициировать переговоры о временном перемирии под предлогом обсуждения «взаимоприемлемых условий». Пусть думают, что мы готовы сдаться, но хотим поторговаться. Мы же используем паузу. Перегруппируемся, укрепимся, ну и может что-нибудь толковое придумаем. Главное — не дать им двигаться вперед уверенно. Пусть каждый их шаг будет осторожным, каждый приказ — обдуманным. Чем дольше они будут гадать, тем больше у нас шансов.