Рабыня. Влюбиться в господина

Глава 1

Место действия - альтернативная Османская Империя средних веков, не все пункты будут совпадать с прошлым. Здесь женщины второй сорт и существует рабство, как насильное , так и добровольное.

Глава 1

- Иди за мной, - янычар равнодушно окинул меня взглядом и развернувшись пошел вперед не став оборачиваться.

Обидно - он даже не видел во мне женщину. Хотя наверное так и смотрят на тех, кто добровольно продает себя в рабство - уже не женщина, а просто - вещь. Да и вид у меня ужасный - голова не мытая, одежда не свежая и явно мятая, под глазами огромные круги и опухшее лицо - действительно, не женщина - Гуль выбравшийся из могилы.

Такой женщине даже нищий дервиш протянет пару лир из жалости.
Мы миновали несколько коридоров, и пару этажей, прежде чем янычар открыл одну из дверей и шагнул внутрь.

Внутри оказался небольшой зал с потертым каменным полом и стенами украшенными мозаикой изображающей жизнь нашего Имира. Внутри помещения были несколько стульев, длинный стол, за которым сидел худой человек с чисто выбритой головой и читал записи в одном из свитков.
Да уж, действительно глупо было ждать, что моим случаем займётся сам Эмир или его Визирь.
- Достопочтенный Аслан, дева прибыла.

- Спасибо Ахмет, можешь идти, - коротко кивнул ему человек.

Янычар слегка поклонился и развернувшись пошел к двери. Я поспешно опустила взгляд - не стоит гневить мужчину лишний раз, особенно если у него есть власть или сила.

Дверь закрылась, а я украдкой не поднимая глаз начала рассматривать Аслана. Мощное телосложение, обритая голова скорее подходили тому же янычару, но никак не младшему писарю, а богатый халат, который только подчеркивал мускулатуру Аслана больше подходил вельможе, чем воину или писарю. Этот человек был буквально противоречием.
- Жасмин из северного переулка? - спросил он глядя в свиток.
Я коротко кивнула.

- Двадцать шесть лет, из родственников никого не осталось?

Ком подступил к горлу, а на глаза навернулись слезы, но я снова кивнула. Стараясь не поднимать глаз.
Аслан оторвался от свитка и посмотрел на меня с каким-то сочувствием, затем снова посмотрел в список и сказал:
- Значит все правильно. Поскольку ты продаешь себя сама, а не продаешься по решению суда, то сможешь выбрать... покупателя...
Слово покупателя он сказал с какой-то странной интонацией. Явно сжалился над убогой и заменил более обидное - хозяина.

- Надеюсь ты попадешь в рай, - сказал он почти шепотом так, чтобы я не услышала.
В смысле? Я почувствовала сначала шок, а потом легкий озноб. Меня решили казнить?
Пальцы похолодели.

- Господин, - я бросилась к его ногам кланяясь до земли на них и тут же повинуясь внезапной интуиции протянула единственную ценность которая у меня осталась - золотое кольцо с агатом. - Пожалуйста, примите мой скромный подарок и помогите глупой женщине - расскажите, кого мне лучше выбрать?
- Подымись, - нахмурился Аслан. - Это правильный вопрос.

- А это, - он протянул кольцо. - Убери.
Я коротко кивнула не смея поднимать глаз.

Аслан молчал нахмурившись минуту, а затем произнес:
- Вот что ты должна знать: Ты увидешь пашу (капитана) янычар Ахмета, за глаза его зовут Человек-Гора. Он огромнее любого человека, и всегда ищет новых рабынь. Но ни одна рабыня не выжила более двух ночей - он слишком велик для любой женщины.

- Заир, - черноволосый и учтивый мужчина средних лет. - Иногда у него случаются приступы мужского бессилия, тогда он впадает в ярость и просто убивает рабыню.

- И Саладин - это седой почтенный старец, все время читающий свитки. - Он ученый муж и ищет способ вернуть себе молодость, и покупает для своих исследований рабыню. Потом она исчезает, а он начинает искать новую.
Я почувствовала себя так, как будто из меня выдернули скелет.
* * *
Утро. За несколько часов до торгов.
Едва только солнце встало из-за края земли на работы побрели рабы эмира сопровождаемые янычарами.
Тощие, изможденные в нередко порванных одеждах они шли в кандалах строить дорогу.
Совсем скоро мне предстояло стать почти такой же, как они.

Рабы эмира - неверные захваченные в войнах, выполняли работу за которую нельзя было поставить других - строили дороги, рыли рвы, тягали бревна, пытались сбежать и снова работали.
Однако эмир был умен и милосерден - янычары не могли бить и мучить рабов - те были собственностью эмира. А собственность эмира портить нельзя.

После работы, янычары вели рабов обратно и уже местные жители платили янычарам несколько лир, чтобы они дали раба на время.
После этого янычар отдавал часть лир рабу, а часть оставлял себе - чтобы у раба было желание работать и вера в то, что он может выкупить себя, а янычар - чтобы чувствовал меньше ярости от того, что не может убить раба.

А отбирать у раба деньги, зачем? Мудрый эмир сделал специальный трактир для рабов куда отправлял работать виночерпием провинившихся слуг. На вырученные деньги рабы могли купить там вино - напиток неверных, табак, и почти все, если раб смог скопить достаточно денег. Вплоть до ласк падших женщин.

Кто-то становился спустя пять или восемь лет свободным, а кто-то так и умирал рабом.

* * *

Мое лицо побледнело, я почувствовала, как кровь отливает от лица, как холодеют руки и ноги. С противоположной стороны скрипнула дверь и в нее с легким поклоном вошел другой янычар.
- Приветствую вас достопочтенный Аслан. Покупатели прибыли.
Следом за ним в помещение зашли трое человек. Первым шагнул огромный гигант в доспехах.
Я никогда не видела настолько огромных людей - он был в два, а то и три раза выше любого человека и настолько же шире в плечах. Лицо его было хмурым и суровым. Паша Ахмет.
Нет, только не он! Я не хочу быть разорванной изнутри!