Ради высокого рейтинга

Глава 15. Чапаевск, 1986 год.

Володя осторожно выглянул из-за угла и задумчиво покачал головой. Парни опять стояли на том же самом месте, что и вчера. Конечно, возможно, это было просто совпадение, тем более, что никого из этих ребят Володя не знал лично, - так, видел пару раз мельком в школе, - но интуиция подсказывала ему, что они ждут именно его. А интуиция его ещё никогда не подводила.

Накануне парни поджидали его на том же самом месте, но Владимир, увидев их, предпочёл просто пойти другой дорогой. Не потому, что струсил, - несмотря на то, что ребят было четверо, и все они были на год – на два старше самого Володи, он не боялся драки. Невысокий ростом, но необычайно крепкий для своих лет, Владимир был намного сильнее любого из этих парней, и его не смущало даже то, что они превосходили его численностью. Но он не хотел ввязываться в очередную драку. Просто не хотел.

Честно говоря, Владимиру уже до смерти надоели все эти постоянные выяснения отношений. Он мечтал лишь о том, чтобы его все оставили в покое и дали ему просто спокойно жить. Но, похоже, он желал от этой жизни слишком многого…

Вчера он всё-таки решил обойти их другой дорогой. Конечно, можно было бы пройти там и сегодня. Но кто может дать гарантию, что завтра они не придут снова? К тому же, никто не помешает им подкараулить его в другом месте, - там, где свернуть будет некуда… Значит, необходимо всё-таки покончить с этим раз и навсегда…

Володя тяжело вздохнул и шагнул вперёд. Парни заметили его появление и разом все притихли, с интересом глядя на него. В их глазах не было ни злобы, ни ненависти, и именно это всегда поражало его больше всего. Если бы они хотя бы ненавидели его, Владимир смог бы тогда понять это их настойчивое желание во что бы то ни стало отлупить его. Но, похоже, по-настоящему отрицательных чувств к нему не испытывал ни один человек из всей этой пёстрой компании. Зато их с лихвой заменяли совсем другие эмоции.

Володя всегда осознавал, что он не такой, как все. Но, если он сам относился к этому совершенно спокойно и естественно, то других ребят это почему-то жутко раздражало. До такой степени, что им снова и снова хотелось поставить его на место, несмотря на то, что сам он первый никогда и ни с кем не связывался. И делали они это из одного лишь желания унизить его и посмеяться.

Но Владимир давно уже никого и ничего не боялся. Ему всегда казалось, что он не испытывал ни малейшего страха даже тогда, когда был маленьким и слабым, и его лупили все, кому не лень, а он был не в силах даже как следует дать им сдачи. И это действительно было так. А уж теперь-то ему вообще было грешно чего-то бояться. Ему настолько часто приходилось драться, что всё это уже давно стало просто образом его жизни, и все эти драки заканчивались с минимальными потерями для него. Противники бежали врассыпную, а сам Владимир, как правило, отделывался разбитым носом или рассечённой губой. Но его противников даже это не останавливало, и некоторое время спустя снова появлялись новые желающие померяться с ним силами. Его упорно не хотели оставить в покое, а это было единственное, о чём он ещё мечтал…

Именно из-за этого Владимир временами чувствовал такую вековую усталость, что был бы счастлив просто однажды заснуть и не проснуться. В свои шестнадцать лет он уже настолько устал от этой проклятой жизни, что продолжать её больше не было уже никаких сил. Но сам свести с ней счёты он тоже не мог. Та, первая, попытка самоубийства, совершённая им несколько лет назад в деревне, оставила в его душе неизгладимый след. И, несмотря на то, что он действительно искренне желал бы умереть, снова решиться на что-то подобное он больше был уже не в силах. И ему оставалось лишь тихо и мирно плыть по течению, мечтая в душе только о тишине и покое. Но, увы, парни, подстерегавшие его за углом, имели на этот счёт своё мнение.

Владимир грозно нахмурил брови. Ну, что ж, если они так хотят этого, он сумеет их хорошенько проучить!..

Чем ближе Володя подходил к ним, тем меньше у него оставалось сомнений в том, что их присутствие у него на пути – не просто случайность. Они действительно ждали именно его. И далеко не с мирными намереньями.

Обычно они нападали без предупреждения, - молча и всем скопом. Иногда для очистки совести пытались сначала завести разговор или затеять ссору. Но чаще всего они не утруждали себя даже этим, потому что заранее знали, что это бесполезно. Володя всегда был очень замкнутым и неразговорчивым и даже на заданные ему напрямую вопросы отвечал крайне редко и односложно. И, прекрасно зная эту особенность его странного характера, его недруги редко вступали с ним в переговоры.

Так было и на этот раз. Парни молча перегородили ему дорогу. Владимир остановился и спокойно осмотрелся, реально оценивая свои шансы на победу. Он не испытывал ни малейшего страха. Побывав один раз на волосок от смерти, он мог теперь себе это позволить.

В голубых глазах Владимира его противникам мерещился вызов. Он был стопроцентно уверен в себе и дрался очень жестоко. В такие моменты, когда его всё-таки вынуждали прибегать к помощи кулаков, Володя в дикой ярости просто забывал обо всём на свете, и потом, когда всё это было уже позади, всегда лишь удивлялся, как это он снова умудрился никого не убить. Именно поэтому, - из опасения рано или поздно не рассчитать свои силы и совершить убийство, - он и пытался всегда по возможности избегать драк. Что-то происходило с ним в такие моменты, но что именно, - этого Владимир до конца не осознавал. Он словно полностью отключался от действительности, терял на какое-то время рассудок, а когда приходил, наконец, в себя, то обнаруживал своих обидчиков стонущими на земле. В таком состоянии он не оставлял им ни малейшего шанса.