Радона Гас. Право выбора. Серия 1. Дочь кузнеца

Глава 11. Надо уйти тихо

Первую половину ночи ворочаюсь, прислушиваюсь – не крадутся ли соседи к двери. Переживаю за родителей и сестру. Снова и снова прошу Пресветлую о милости. Не замечаю, как засыпаю.

Утром пробуждаюсь от лучей светила. Бужу Нирону. У неё, слава богам, всё в порядке. На скорую руку перекусываем и ставим собранные вещи возле двери. Осталось каким-то образом забрать Лою.

– Закройся и жди. Ни в коем случае не выходи. Если вдруг... – Глаза сестры стразу округляются. Ну вот. Напугала. – Не бойся. Внутрь им не пробраться – окна маленькие, а дверь крепкая, – даю наставление сестре спокойно, но строго.

– А ты? – шепчет Нирона дрожащими губами.

– Выкручусь. Главное – не бросайся мне на помощь. Поняла?

– Поняла, – мелко и торопливо несколько раз кивает младшая.

Я выхожу. В руках лишь подавитель, а острый нож всегда на поясе. Летар не беру – может помешать. Нирона послушно закрывает дверь. Щёлкает запор.

Тихо крадусь по росной траве. Лёгкий ветерок охлаждает внезапно вспотевший лоб. Недалеко от сарая к растущим рядом деревцам с не слишком толстыми, но достаточно крепкими на вид стволами привязаны два хоррга. На верёвки. Надеюсь, что это подавители, а не обычные. Оба с любопытством косятся на меня, втягивая ноздрями воздух. Вблизи они выглядят ещё опаснее, но красавцы! Видна порода. Наша Лоя им не ровня. Парни, видимо, непростые, хотя одеты небогато.

Продолжаю бочком продвигаться к двери. Ладони потеют так, что с них скоро начнёт капать. Ближний хоррг вскидывает голову, бьёт шипастым копытом, выдирая комки дернины. Те разлетаются в стороны. Зверь делает несколько шагов ко мне, шумно втягивая воздух. Выступающие из-под губ клыки длинные, страшные.

Я по очереди осторожно вытираю руки об одежду и готовлюсь к броску, наблюдая и за этим, и за другим хорргом. Второй не проявляет ко мне интереса и спокойно доедает траву, до которой может ещё дотянуться.

Замираю.

– Тише. Тише, мой хороший, – говорю как можно спокойнее.

Прикидываю на глаз. На беду, ближний хоррг привязан на длинную верёвку. Её вполне хватит, чтобы перекрыть доступ к сараю. Определить, наложена магия или нет, невозможно. А вдруг это всё же обычная верёвка? Зверь как будто чувствует мой страх, делает несколько шагов и косится, угрожающе хоркнув.

Решаюсь. Мне лишний шум не нужен. Удобнее перехватываю подавитель, несколько раз прокручиваю. Бросок!

Проклятье! Хоррг делает рывок и уходит от петли. Всё. Мне конец! Один взмах – и острая лопасть рога перерезает привязь, как будто толстая верёвка лишь тонкая ниточка. Возношу сумбурную молитву Пресветлой, одновременно отскакиваю и судорожно подтягиваю петлю подавителя. Если сейчас не накину его…

Яха хранит меня! Хоррг не бросается нападать, а лишь перегораживает проход к двери и снова замирает, поглядывая с любопытством. Тихонько предупреждающе хоркает. Тёмно-каровая шкура с угольными полосками и пятнами блестит в лучах светила. Длинный густой хвост вызывающе приподнят. Ветер развевает его подобно боевому стягу.

Всё. Петля снова у меня, но только замахиваюсь, как зверь делает прыжок и уходит с линии удобного броска, сердито взвизгнув.

– Да чтоб тебя! – вскрикиваю, не сдерживая досаду; всё равно тихо пробраться в сарай и не разбудить пришельцев уже не получается.

Пытаюсь лучше прицелиться. Кажется, хоррг нападать не собирается. Он только охраняет и не пускает к своему хозяину.

Я снова бросаю петлю подавителя. Шустрый зверь делает резкий скачок. Промахиваюсь, но быстро дёргаю верёвку к себе, чтобы снова попробовать. И тут дверь распахивается. В проёме появляется один из незнакомцев.

– Эй, да вы что творите! – сердито кричит он и едва не получает по лицу хвостом, но успевает уклониться. – Тише, Спи́рит, а то зашибёшь меня.

Зверюга послушно замирает. Всё происходит так быстро, что не успеваю сдержать замах. Петля подавителя точнёхонько попадает в цель, затягиваясь на шее и так смирно стоящего хоррга. Чувствую неловкость, хотя я тут ни при чём. Это магия подавителя так срабатывает.

Не успеваю рта раскрыть, чтобы оправдаться, как мальчишка выхватывает из ножен кинжал, режет подавитель и отшвыривает его чуть ли ни в лицо. Неловкости как ни бывало. Потеря дорогущей и очень нужной вещи возмущает так, что теряю всякую осторожность.

– Мой подавитель! Зачем ты его испортил!

– Подавитель? Это? Первый раз такое вижу. Разве заклинание подавления воли накладывают на верёвку?

Правая бровь мальчишки приподнимается от удивления, а взгляд нагло и оценивающе перемещается с лица на грудь. Щуплый, мне до подбородка едва достанет, а туда же! Видимо, чувствует себя настоящим мужчиной. Или пытается им казаться.

– Заклинание можно накладывать на любую вещь, только на металле и камне оно держится намного дольше. Ты это не знал, полукровка?

Ну да, он не виноват, что родился от какого-нибудь похотливого говнюка из олиев, но не могу сдержать прорвавшуюся ненависть к этой высокомерной расе.

– Если и не знал, то теперь точно знаю. Зачем ты хотела надеть усмиритель на хоррга?

Мальчишка тоже переходит на «ты».

– Он не пускал меня в сарай, где стоит хорргари. Только глупец станет привязывать хоррга, у которого не спилен рог и нет подавителя воли, на обычную верёвку. Он же одним взмахом головы перерезал её, словно тонкую ниточку. Скажи спасибо, что я из летара в твоего зверя не выстрелила.