Радона Гас. Право выбора. Серия 1. Дочь кузнеца

Глава 13. Попутчики

На озере, когда начинаю дёргать и складывать в кучу сочные стебли вместе с корнями, Берис сразу же берётся помогать, свалив заботу о своём хоррге на брата.

– Мара Радона, а как это называется? Вы для хорргари собираете? – прерывает он немного напряжённое молчание.

– Для неё, но и сами будем есть. У рагазата корни и семена довольно вкусные.

– Надо попробовать! – подаёт голос Вирон, тут же с трудом выдёргивает толстый стебель.

Он отламывает кусок корня, очищает, прополаскивает в воде, а затем осторожно надкусывает.

– Подожди, не ешь! – с беспокойством в голосе кричит ему Берис. – А это точно съедобно? – оборачивается ко мне.

Ну и смешные наши новые знакомцы! Они впервые слышат, что рагазат можно есть? Вон, Лоя напилась воды и пользуется случаем брюхо набить.

Я смотрю на парня как на несмышлёныша, вздыхаю и возвращаюсь к работе.

– Берис, а это и правда вкусно, – сообщает об очевидном Вирон, едва прожевав. – Сам попробуй!

Лоя стоит рядом и с удовольствием хрустит сочным стеблем, постепенно скусывая от верхушки до воды. Она забавно чихает и хоркает, когда окунается за лакомством слишком глубоко и вода попадает в ноздри, а затем нагло нацеливается на выбранный мной рагазат. Улыбаюсь и отстраняю мокрую морду.

Берис снова что-то спрашивает, но затем отстаёт, когда ему не отвечаю. Думаю о родителях и творю молитву Пресветлой. Как же тяжело на сердце!

Вместе с добровольным помощником увязываю надёрганное в снопик и закрепляю у Лои на спине. Берис наконец-то перестаёт молоть языком. Вот спасибо ему большое за это! Вообще-то парни ведут себя вполне достойно, и я прихожу к мысли, что им можно доверять. Немного. Они не распускают руки, пользуясь возможностью, вежливы и даже не слишком назойливы.

Хорргов привязываем возле домика и заходим внутрь. Нирона уже собрала на стол. Сидит – ручки сложила. При нашем появлении вскакивает, застенчиво улыбается, с любопытством разглядывая братьев. Представляю их друг другу. Берис и Вирон раскланиваются, заставляя щёки сестры запылать закатными красками.

Парни распаковывают походные мешки со снедью. На ладони появляются тонкие копчёные колбаски и окорок бисо́лу. Я чищу несколько корней, а остальные пойдут в запас – он никогда в дороге лишним не будет.

Новые знакомцы с аппетитом поглощают мясо, ловко орудуя кинжалами, и с опаской пробуют, видимо, незнакомую им сырую рапу. Понятно, что не в селе жили. Мы с Нироной уже завтракали, поэтому ради приличия беру на пробу два кружочка колбасы, а сестра вообще забывает о еде. Всё смотрит, как Вирон кормит Лулу. Та сидит у него на плече, а мальчишка очень ловко нарезает тонкими, почти прозрачными кусочками то корень рагазата, то рапу и отдаёт ненасытной зверушке. Зубельхорис забавно чавкает маленькими остренькими зубками, подбирая языком крошки, если случайно их роняет хозяину на одежду.

– Девушки, а почему так вяло кушаете? – снова заводит разговор старший из братьев, когда молчание затягивается после его неуспешных попыток вызнать, почему и куда мы направляемся без сопровождения мужчин. – Стесняетесь?

– Нет, уже раньше поели. Мы с сестрой давно бы в дороге были, если бы не… задержались.

– Простите нас, – с раскаянием в голосе улыбается Берис. – Сейчас отправимся. Вирон, у твоей Лулу сейчас живот лопнет. Заканчивай. Пора выезжать.

Младший послушно кивает и отправляет оставшийся кусочек себе в рот. Лулу забавно курвыкает. Кажется, она недовольна тем, что её трапезу так резко прерывают и тем более съедают предназначенную ей пищу. Нирона прыскает в кулачок. Мы быстро сворачиваемся и выходим, плотно закрывая дверь. Пора в путь.

Несколько кринов то скачем, то шагом едем, чтобы дать хорргам передохнуть. Лесная дорога иногда начинает петлять, обходя стволы высоченных ка́геров. Они очень толстые. При желании вполне можно выдолбить изнутри, вместо того, чтобы строить дом. Старики говорят, что эти деревья могут жить десять тысяч лет. Раскидистые ветви с пучками узких жёстких листьев создают густую тень. Из-за неё травы почти нет. Всё вокруг покрыто опадом. Лучи светила прорываются сквозь кроны. Это очень красиво, но тревога на сердце мешает полностью насладиться созданным богами великолепием.

Братья впереди, мы с Нироной за ними. Тропа довольно широкая, правда, иногда сужается из-за наползающих колючих кустов. Тогда выстраиваемся цепью. Парни настороже. Глядят не только вперёд, но и по сторонам, посматривая на нас с сестрой – не отстаём ли. Я тоже прислушиваюсь, то и дело оборачиваясь – нет ли погони.

Нирона сидит тихо, но не дремлет, держится крепко. Она о чём-то сильно задумалась, на губах лёгкая улыбка. Даже песенку тихонько не напевает, как обычно. У меня же мысли скачут с одного на другое. Погони нет – это хорошо. Есть попутчики – тоже, вроде бы, неплохо. Они пока что ведут себя достойно, но всё равно гложет сомнение – а вдруг и они такие же, как наш хаспадар? Вдруг потом потребуют оплату. Не монетами оплату, а ту самую? Просто решат, что возьмут своё по праву. Не за себя больше боюсь, а за сестру. На всякий случай проверяю оружие.

Резкие вскрики птиц кажется тревожным, как будто их кто-то напугал. Может, я настолько сама себя накрутила, что во всём чудится опасность?

Парни замедляют ход и останавливаются. Поперёк дороги лежит толстый ствол.