Раенгот. Академия страшных дел

Георас

— Почему ты не сказал мне о Георасе? — Эриоган кричал на своего заместителя так громко, что тот не только покраснел, но и покрылся бордовыми пятнами. — Разве не понятно, что о подобном нужно предупреждать?

— Но… Я… — Гарой пытался подобрать слова, но под напором ректора его словарный запас явно уменьшился. — Он же всего лишь племянник…

— С каких пор племянник перестал относиться к родственникам?! — возмущение хлестало через край. Казалось, что еще немного, и оно накроет собеседника с головой. — Хорошо хоть не скрываешь, что знал о нем.

— Разве есть смысл скрывать это? — тень тяжело вздохнул. — Я не думал, что племянник императора может вызвать у вас такой интерес…

— Плохо, что не думал! — Эриоган немного сбавил громкость. — Ты занимаешь эту должность именно для того, чтобы думать! Зачем мне нужен не думающий заместитель?

— Простите, но вы ругаетесь из-за меня? — тихий спокойный голос вторгся в хаос бушующих чувств. — Я в чем-то провинился?

Хуже не придумаешь! Мало того, что племянник императора поступил в Академию без ведома ее ректора, так теперь он еще и уверен, что в чем-то провинился!

— Нет, ты ни в чем не провинился, — Эриоган не собирался унижаться. Даже сам император не смог бы заставить его сделать это. Не говоря уже о племяннике. — Но я хотел бы знать, почему ты выбрал мою Академию?

— Вашу Академию? — Георас заметно растерялся. — Не понимаю смысл вопроса…

— Почему ты не выбрал Горстен? — не уступал ректор. — Не нравится убивать?

— Если честно, то не очень, — парень поморщился. — Не вижу смысла в убийствах.

— Думаешь, что страх продуктивнее? — зерно истины в его словах точно имелось. — «Неужели он действительно поступил в Академию по собственному желанию?»

— И снова я вынужден признаться в различиях наших суждений, — в его словах прослеживались ангельские нотки. — Страх я так же не считаю продуктивным. Я вообще не вижу смысла в демоническом подходе. То ли дело ангельский…

«Что?! — еще с десяток подобных слов и Эриогана точно вывернуло бы недавно выпитой плазмой. — Как ЭТО попало в мою Академию? Как ЭТО будет учиться в Раенготе?»

— Наверное, я должен был рассказать ранее, — не сказал, а скорее прошипел Гарой. Словно кто-то проколол его и вместе со словами из образовавшегося отверстия вырвалась наполняющая его тьма. — Горстен рожден в союзе ангела с демоном…

— Что?! — на этот раз ректор не сдержал эмоций. — С каких это пор полукровкам дозволено поступать в Академию?!

— Могу ошибаться, — Георас говорил все так же спокойно и уважительно, — но мне кажется, что с этого самого момента…

— Император лично подписал прошение, — тень явно уменьшился в размерах. Но скорее всего он просто растекся в стороны.

— Прошение? — Эриоган рассмеялся. Он-то знал, чего стоит прошение императора. — Может быть приказ?

— Возможно… Но его величество озаглавил его, как прошение…

Спорить бессмысленно. Гарой никогда не отличался гибкостью разума и чувством юмора. Прямолинейный, как шпиль Раенгота, он всегда говорил то, что думал, а думал лишь о том, что видел.

«Что мы имеем? — картина вырисовывалась не самая приятная, но далеко не худшая. — Племянник императора, полукровка, поступил в Академию потому, что его сюда направил дядюшка. А направил он его сюда потому, что…»

— Если вы считаете, что дядя Самитрион решил устроить за вами слежку, скажу сразу: вы ошибаетесь! — Георас сам продолжил развивать так и не законченную мысль ректора. Словно он услышал ее. — Но обрадовать не могу. Мог ли его величество желать пристроить отпрыска нелюбимого брата с ангелом в хорошее место?

Желание придушить наглеца на месте жгучим комом подкатило к горлу. Но Эриоган сдержался. Парень ведь говорил чистую правду.

— Значит тебя отправили обучаться… — подобрать нужные слова оказалось не так легко. — …хотябы где-то?

— Не хочу вас обидеть, — хотя по выражению лица чувствовалась, что хочет, — но как-то так…

— Я тебя услышал, — ректор махнул рукой в знак того, что недодемон может быть свободен. — До чего же мы докатились? — обратился он уже к заместителю.

— Мне кажется, что нужно менять политику, — Гарой никогда прежде не говорил о делах Академии в таком ключе.

— И что же ты предлагаешь? — Эриоган с интересом посмотрел на тень. Краснота практически сошла с него и лишь легкий румянец переживания говорил о его неуверенности.

— Ничего конкретного, — улыбнулся тот. — Это ведь вы у нас по делам политики. Я умею только выполнять поручения…

— Только давай без этого! — каждый раз, когда дело доходило до важных решений, Гарой указывал на свою никчемность. — Если есть что сказать — говори!

— Я… — тень заколебалась. Причем как душевно, так и физически. — Я считаю, что нам стоит действовать жестче…

— Жестче? — интересный поворот событий. — И в чем же нам следует проявлять эту самую жесткость? В убийствах?

— Нет! Что вы! — Гарой явно обрадовался самому факту, что ректор его слушает. — Никаких убийств! Но травмы не помешали бы…