Рамки добра и зла.

3.

1744,

Полнолуние. Север Уэрхена.

Звезды освещали дорогу для Вивьен и Киды, которые брели по небольшому перелеску, направляясь на старинное кладбище, где многие захоронения датируются 10-12 веком. Неподалёку расположен ручей, вода в нём постоянно холодная и кристально чистая. Журчание воды немного разбавляло жутко-таинственную тишину природы, от которой у многих бы перехватил дух.

Много легенд ходило об этом месте. Слухи и предания говорили о том, что здесь, пару десятков лет назад, был похоронен слуга дьявола, который обесчестил множество молодых девушек, выпивая у них всю кровь до последней капли, тем самым убивая несчастных.

Вивьен помнила ту ночь на городской площади, когда её другу выносили «смертный» приговор по какому-то ложному обвинению. Разве нормальный и вполне предусмотрительный вампир будет выбрасывать трупы в сухой городской колодец? Шеи жертв были разорваны, как будто их рвали дикие животные. Хотя Нермитов можно назвать таковыми.

Ульрих Вонамут попался случайно. Кровь людей он не пил, а вот кровь животных с удовольствием. При обыске дома, где временно остановились ведьма и вампир, нашли бутыль наполовину заполненную кровью. Судьи не стали выслушивать никакие оправдания, а просто передали дело Инквизиторам, заявив, что иметь дело с дьявольским отребьем не собираются. Вивьен не было в городе в это время. Узнав об этой истории, она быстро ретировалась в город, но не успела. Попала лишь только на окончание следствия, когда уже ничего не смогла бы сделать.

«Не волнуйся, упырина, я нашла тех, кто оклеветал тебя. Они уже давно почивают на райских небесах, как и те Нермиты…» — про себя подумала ведьма, когда перешагивала через очередное надгробие.

— И всё-таки, какая злая судьба завела нас в это ужасное место? — шёпотом спросила Кида, которая еле поспевала за колдуньей. Та явно хорошо знала это место, идёт и даже не теряется в окружении стольких захоронений. — Ты как будто в родные места попала! Ориентируешься, словно бываешь здесь чаще, чем на родном болоте…

— Мне 150 лет! Я столько лет бродила по кладбищам! — недовольно отмахнулась Вивьен, нисколько не отвлекаясь от замысловатых поисков.

По преданию могила злого вампира была издалека заметна. Находится она на небольшом пригорке, на котором стоят засохшие стволы ивы. Огромный покосившийся крест должен стоять в ногах захоронение, делая акцент на дьявольском происхождение умершего. Сама могила должна напоминать холм, на котором растут ромашки, символ избавления от зла и ненависти.

Возле захоронения было не по себе. Осенняя луна, которая ярко освещали происходящие, висела будто прямо над могильными крестами, огромные страшные тени — причудливые силуэты деревьев. У ограды стоял невыносимый запах плесени, гнилости и влажной травы. Стая крупных ворон разрасталась над древнем кладбище, как громовая туча. Пахло смертью. Старой смертью.

— Я так понимаю, мы на месте? — раздвигая перед собой ветви ивы, спросила Кида. Ей было наверняка мерзко здесь находиться. Зловонный запах будто намекал, что нужно побыстрее уносить отсюда ноги.

— Да… Мы пришли, — Кида ещё раз огляделась и кивнула Вивьен в знак принятия данного факта. — Нужно готовиться к процессу поднятия. Я на сто процентов уверена, что он закован в железо, а это сильно ослабляет вампиров. Короче говоря, он чувствует себя хуже, чем вообще можно представить. Небольшой инструктаж, — ведьма бегло оглядела русалку, — не приближайся к нему, а то он выпьет тебя в ту же секунду, как увидит. Стой за моей спиной, — девушку кивнула, соглашаясь с условиями Вивьен.

Колдунья устало вздохнула и повернулась к могиле лицом. На прогнившей табличке всё ещё можно было разобрать слова, которые были написаны на латыни: <i>«Auferte malum ех vobis.»*</i> Язык мёртвых всегда был в почёте у высшего света. Ведьмы, вампиры, суккубы тоже не гнушались и хорошо знали этот язык.

Чтобы поднять мёртвого или почти мёртвого нужно произнести заклинание на древнем ведьминском языке. Вивьен знала его благодаря книге, оставленной её бабкой, которая являлась ведьмой. Магия не всегда передаётся от матери к дочери. Белые ведьмы получают её при рождение, но и живут они примерно столько же сколько и обычные люди, только не стареют, ведь магия не позволяет портиться внешней оболочке. Но есть и тёмные ведьмы, которые получают магию как наследство от умершей родственницы — ведьмы, но это та ещё пытка. Магия вливается в тело так, будто ломает все преграды перед собой, выживают после этого лишь единицы. Намного разумнее отказаться от такого дерьма, чем помереть в страшной агонии. До начала семнадцатого века ведьм насчитывалось порядка двух сотен, но почти треть из них были белыми. Более восьмидесяти ведьм были пойманы в лапы инквизиторов и преданы публичному сожжению. Это были слишком горделивые слабачки, которые намеревались очистить мир от доставучих католиков. Кто же знал, что люди умеют обращаться с железом от соприкосновения с которым магия становится неподвластной.

— A mortuis suscitares, oratio et animi. Corpus iterum veniamen, etes tua fata, nisi, * — нараспев произнесла ведьма, когда склонилась на колени перед могилой. — Tui fidelis ad me in aeternumes, quia brevis aetas, — земля над могилой начала обваливаться вниз, создавая впечатление будто внизу полностью пустое пространство. — Diabolus tecum, si tu cum me. *Ульрих.

Земля полностью обвалилась, и перед глазами предстал гроб, цвет которого уже невозможно было определить. Кто-то кашлянул изнутри.

— Поздновато вы за мной явились, моя старая подруга! — голос был хриплым, из-за чего некоторые слова были неразборчивыми для понимания.

— И тебе здравствуй, дорогой упырина, — колдунья немного задумалась, а после повернулась в сторону русалки. — Кида помоги мне, пожалуйста! На него явно надеты железные оковы, а я не хочу даже притрагиваться к ним, ибо моей силе это не понравится. Будь добра, помоги и сразу отскакивай от него.