Раскол: Звезда Дестроера

Глава 5

   Как все-таки жизнь может повернуться к человеку передом, просто залюбуешься. Ещё каких-то полтора месяца назад, он, прозябал на своей станции под номером 434, и был никем.

   А теперь он мистер Гоффе, уважаемый человек, старший инженер в не последнем по счету департаменте НАСА. Служебная квартира, это просто загляденье. Большая, просторная, и главное бесплатная. А обеды в служебном ресторане? А новая зарплата?

   Когда её выдавали Гоффе в первый раз, так он даже не поверил. За неделю теперь набегало столько, сколько он раньше не видел и за два месяца. Чистых 685 полнокровных амеро в недельку то! Так можно жить. Так не то, что можно жить, так можно радоваться жизни!

   Манассас, конечно лакомое местечко, за такое половина сотрудников НАСА не глядя заложила бы и сердце и душу.

   Но и это было не главным. Ивору открылся новый мир, в который он до конца не мог поверить.

   Он вспомнил, как той ночью, когда он так самоуверенно попытался протестировать свою программу, с ним вышел на связь искин Хуссейн. Господи, как же было тогда страшно. И как стало страшно потом, несколькими днями спустя, когда Ивор осознал, наконец, на каком чертовски малом расстоянии от падения в пропасть он находился.

   Слава, Вильгельму Аквитанскому, что все обошлось.

   Искин Хуссейн оказался вполне сообразительным, и что главное, понимающим малым. Правда весьма сложно было привыкнуть к его манере разговора, но удалось. А теперь Ивор находился с Хуссейном на прямой связи постоянно.

   Сразу по прибытию в штаб-квартиру НАСА, Ивору сделали небольшую операция. Операция была быстрая. Всего за 15 минут, под местным наркозом, ему за левое ухо, в кость, вживили двусторонний радиопередатчик, а так же гнездо для сменных микроионистров. Так что теперь, стоило только обратиться вслух к Хуссейну, как тот, тут же отзывался. Обратную связь Ивор получал так же, правда голос звучал у него непосредственно в голове. Передатчик Использовал технологию костной проводимости, передавая звук сразу на внутреннее ухо. Сменного ионистора, как ему пообещали, будет хватать около месяца. Смотря конечно, от интенсивности разговоров. Но при средней загрузке, где то так.

   И вот теперь, Хуссейн постоянно вызывал Ивора, и сообщал ему разнообразную информацию и иногда, информацию запрашивая. Но большей частью Хуссейн учил Ивора.

   Так, Ивору было назначено два ассистента. К его удивлению, ассистенты, не, сколько оказывали ему помощь, хотя это тоже было, сколько принялись натаскивать его в объектно-ориентированном программировании, а так же, ускоренно давая практический университетский курс программирования на "Активии".

   То, что Ивор, уже сам многое умел, ими в расчёт не бралось. Поначалу Ивор попытался сопротивляться, апеллировал даже к Хуссейну, но получил от последнего ценный совет заткнуться и делать, что велят. Мол так надо.

   Не пытаясь более понять машинную логику, Ивор смирился и начал учиться. К его счастью, уроки с собственными ассистентами обычно занимали всего 4 часа в день. Остальное время, он был предоставлен сам себе. Должностные же его обязанности, по новому месту работы, были такие пространные, что он в них с первого раза разобраться не смог, а далее не стал и вникать.

   Так что, все остальное время, не занятое учебой, он положил на написание кода, дорабатывая свой программный модуль управления решетками радиоинтерферометров.

   Ивор, по прибытии в Манассас, получил от Хуссейна исправленную версию своего программного модуля, который он пытался запустить ещё на своём пункте космического наблюдения. Когда он просмотрел его содержание, он заметил, что во многих местах, код выправлен, причем, с парой исправлений он был категорически не согласен.

   Однако, как позже он вынужден был признать, эти исправления, во первых, сильно оптимизировали работу приложения, а во вторых, позволяли ему вообще работать. С тем исходным материалом, с которым он сунулся к серверу управления станцией поначалу, у него бы не получилось ровным счетом ничего, ибо в коде были критические ошибки. Скорее всего, он бы выловил их рано или поздно. Но его бы выловили гораздо раньше.

   Теперь же, с каждым следующим занятием, со своими "ассистентами", Ивор понимал, почему программирование дается не каждому, а так же почему это закрытая каста.

   Все было не сложно, а очень сложно. Многие особенности языков программирования, уже более 30 лет сознательно не документировались. Самоучители, и популярные пособия, чуть ли не сознательно искажались, из них вырезались целые куски и главы. В сфере программирования, шло самое что ни есть средневековое цеховое соперничество, и чужих цеховиков, а тем более ремесленников-самоучек там не жаловали. Год за годом корпорации боролись за установление полного контроля над перспективной отраслью, выкорчевывая один за другим все попытки перевести отрасль в режим работы на открытом коде. И похоже, в этой войне, корпорации одерживали над обществом убедительную победу. Такие самоучки, как Ивор, были тем исключением, которые только и подтверждали правило.

   Однажды, в нерабочее время, за рюмкой чая, два его "ассистента", уже порядочно разгоряченные так и сообщили ему, полностью подтвердив все опасения Ивора, относительно ситуации в ИТ мире. Это произошло где-то через недельки три, после перевода в Манассас, когда Ивор пригласил их в бар, пропустить по одной.