Расколдуйте меня, господин следователь!

Глава 3. Не стоит садиться в машину к незнакомцу

Тут новый мир открытий полон

А я для них всего лишь папка

С делом свидетель жертва да и

бабка

Лиза

Машина беззвучно скользила по брусчатке, и я, прижавшись лбом к прохладному стеклу, пыталась привести в порядок разбегающиеся мысли. За окном пролетали улицы города, словно сошедшего со страниц учебника по истории. Правда, если бы они описывали альтернативные реальности. Широкие чистые улицы, фасады с лепниной, похожие на те, что в нашем историческом центре, но без единой трещинки или граффити. Всё было настолько ухоженным, что казалось просто нереальным. Нет, были в них следы износа зданий — всё же я, пока выбирала место под ресторан, изучила немало помещений. И теперь подобные вещи не ускользали от моего взгляда. Но тут были даже канавки для стока воды и решётчатыелюки. Такое даже у нас есть далеко не везде. Зато на перекрёстках я не увидела ни одного светофора. Да даже знака! А ведь я сдавала на права сама и учила их. И ещё рядом с нашим раритетом двигались такие же ретро-автомобили, и именно они убедили меня, что всё это не глупая шутка. Это какой-то другой мир, немного отстающий во времени!

Хотя, при этом я видела многих женщин в брюках! Да, это не скинни и не бананы, да даже не классические прямые. Скорее палаццо. Некоторые были в платьях, но я не заметила никаких корсетов или излишней пышности, что очень порадовало. А главное — никаких косых взглядов в их сторону. А то помнится, лет сто пятьдесят назад у нас так вольно не было. И я тихо порадовалась, что этот странный мир не похож на мой.

Но эта радость быстро угасла, сменяясь леденящим осознанием. Это другой мир! Тут другие вывески, другие здания, другие люди, нет привычной суеты. Даже воздух, наполненный сладковатым дымком и ароматом неизвестных цветов, здесь был чужим.

Мой спутник, претор Фолквэр, молчал, и его молчание с одной стороны давало мне время обдумать ситуацию, в которой я оказалась, а с другой — давило сильнее любых вопросов. Он смотрел вперёд, его профиль был строг, выражение лица нечитаемо. Я краем глаза заметила, как его взгляд на секунду скользнул по мне. Но не с мужским интересом, к которому я привыкла, а холодно и словно оценивающе. Так смотрят на вещь, на улику. Или на подозреваемого…

Нет, Лиза, говорить правду, что я не из этого мира, что я не та, за кого меня приняли, было бы чистым безумием. Меня точно сочтут сумасшедшей либо, что гораздо страшнее, вообще обвинят в смерти того черепка. Учитывая кости в пепле и светящиеся сканеры в руках у этого человека, второй вариант казался весьма вероятным. А значит, лучшее, что я могу сейчас сделать, — это притвориться слабой, беспомощной и без памяти. Это даст время осмотреться, оценить обстановку и, главное, понять, как здесь можно извлечь выгоду. В конце концов, я не для того так усердно обустраивала свою жизнь, чтобы попасть за решётку в другом мире из-за какой-то сумасшедшей старухи.

Я тихо вздохнула, откинулась от стекла и прикрыла глаза, изображая истощение и растерянность. Пусть думают, что я в полуобморочном состоянии и ничего не соображаю. Ведь так и есть, в самом деле: у меня ломило всё тело, особенно поясница. И в висках стучали маленькие молоточки.

Машина плавно остановилась у внушительного здания из тёмного камня, больше похожего на дворец правосудия, чем на полицейский участок. Оно смотрело на улицу высокими арочными окнами, украшенными витыми решётками. А вход в это здание охраняли две скульптуры, похожие на грифонов, в глазницах у которых были большие зелёные камни. Интересно, драгоценные или нет? Если да, то почему никто до сих пор не утащил — ведь тут ни одной видеокамеры нет? Или боятся реакции служителей закона?

Я бросила взгляд на спутника и невольно съёжилась. Он такой серьёзный, что если там все такие, то понятно, почему камни до сих пор на месте.