Расколдуйте меня, господин следователь!

Глава 7. Бегу, волосы назад, претор!

Лиза

Попытка поменять позу на диване обернулась невообразимой болью в коленях и пояснице. Я чуть не вскрикнула и не разревелась снова. Ломота в суставах была невыносимой, будто кто-то вогнал в них раскалённые гвозди. К этому добавилась ещё одна неприятность — глаза словно затянуло лёгкой, мутной пеленой. Я поморгала, но чёткость не вернулась.

Чёрт, неужели я ещё и видеть в этом старом теле стала хуже? Отчаяние снова охватило меня, к горлу подступил ком, но я его проглотила. Нет. Истерики ни к чему не приведут. Нужно думать, что делать.

В этот момент Оливер Фолквэр, закончив просмотр бумаг, обратился ко мне с видом человека, решившего неотложную проблему.

— Мадам Лейфсон… Простите, мисс, но сейчас к вам так логичнее обращаться. — Правильно, стрёмно тебе старуху «мисс» звать. — С вас снимут показания, но, учитывая ваше состояние и пробелы в памяти, вряд ли это будет продуктивно. Так что считайте это простой формальностью. Вас отвезут домой. И мы вызовем вас, когда вы придёте в себя. В любом случае, вы ещё понадобитесь для уточнения некоторых деталей.

Его тон не обещал мне ничего хорошего. «Отвезут», «вызовут». Словно я не пострадавшая, а преступница, не имеющая права на сострадание. Словно от меня так просто можно отделаться, упаковать в эту старую шкуру и выбросить на свалку прежней жизни этой девицы. И всё это пока он тут будет задирать нос в своём уютном кабинете, свысока судя обо всех и вся? Дудки! С фига ли ему так хорошо живётся?

— Ага, как же, бегу, волосы назад, — хрипло выдохнула я, с трудом поднимая на него взгляд. Голос звучал старчески, но в нём появились те самые нотки, после которых Артёмушка обычно был готов везти меня хоть на другой конец света. — То есть меня, как пострадавшую сторону, превращённую в это, — я с отвращением махнула рукой на своё тело, — расколдовывать и возвращать к нормальному виду не будут? Оставят в таком виде?

Фолквэр нахмурился.

— Мадам, лекари осмотрят вас, но заклинание такой силы… Это не простой морок, который можно развеять щелчком пальцев. Это изменение самой ткани тела, ускорение времени. Это достаточно сложное и вряд ли поддающееся обратному действию. — Сказав это, он вдруг замер. Точно только осознал, в какой… жопе я очутилась.

— Я ничего не помню, это правда! — перебила я его, вкладывая в слова всю свою искреннюю боль и страх, которые тут же, как по мановению волшебной палочки, превратились в оружие. — Но я ведь могу что-то знать, да? И даже если я не помню, то те, кто устроил это нападение, могут решить, что я что-то видела? Что я могу их опознать? И придут за мной, чтобы добить? — Я посмотрела на него прямо, и в моём взгляде теперь не было ни капли восхищения им. — Нет уж, претор Фолквэр. Несмотря на внешний вид и отсутствие памяти, я в своём уме. Спасибо за гостеприимство и заботу, — сарказм засунуть глубоко не получилось, — но я не намерена сидеть в своей конуре и ждать, когда за мной придут убийцы, превращающие людей в пыль. Я требую защиты. И раз уж вы — представители закона, то вы и обязаны мне её предоставить.

Пока я это говорила, под левой лопаткой как-то странно запекло, отдавая в руку и шею. Ещё какой-то сюрприз от этого проклятого дня? Может быть… Но фиг с два я дам ему мне помешать!