Расколдуйте меня, господин следователь!

Глава 16. Когда в папке целая жизнь

Оливер

Взгляд Оливера упал на вторую папку. Он открыл её с предвкушением найти там подтверждение своим мыслям — список подарков, вымогательств, отчёты о её расточительности.

Первой же строкой, выведенной аккуратным каллиграфическим почерком клерка, был год рождения. Оливер замер. Он пересчитал мысленно. Двадцать один. Ей было всего двадцать один год.

— А ведь Ивор говорил об этом… А я… Не придал значения и забыл. — Мужчина сел в кресло и откинулся на спинку, и внезапная тяжесть сдавила ему виски. — Двадцать один. Почти ребёнок. Всего на год старше кузины Айвори. А ведь Ай тоже не вышла ещё замуж, живёт с родителями и никуда не спешит. Разве что на учёбу. — Оливер схватился за голову. — И этой девушке, такой юной, была уготована та же участь, что и Сандемусу? Обратиться в прах?

Направь заклятие чуть точнее, он бы сейчас изучал дело о двойном убийстве. И в папке лежали бы не отчёты об её жизни, а фотографии ещё одной кучки пепла. И это позволило претору откинуть предрассудки.

Внутренняя буря, что кипела в нём по дороге, внезапно утихла, сменившись льдом, сковавшим суть. Он вдруг подумал, что разве есть смысл винить её? В чём? В том, что она не пожелала умереть гордой, но голодной аристократкой? Он, выросший в семье преподавателей, где ценность человека определялась его знаниями и умением ими пользоваться, всегда с презрением смотрел на эти устаревшие аристократические условности.

Он снова взглянул на досье. Род Лейфсонов — обедневший род баронов, имеющий славную многовековую историю, но не произведший за последние сто лет ни одного сколь-либо значимого мага или государственного деятеля. Её отец умер, оставив долги, а у девушки — слабый дар, на уровне бытового применения. И образование соответствующее: курсы при Академии, этикет, музыка. Никакой реальной профессии.

Оливер тяжело вздохнул, представив себе дилемму, стоявшую перед юной Элизабет. Работать прачкой или посудомойкой? Для девушки её круга это немыслимый позор. Выйти замуж за не-аристократа? Та же история, пусть даже этот «простой» человек был бы честным ремесленником или преуспевающим купцом. Нет, только равный по крови. А равные по крови, видя её положение и отсутствие дара, разворачивались к более выгодным партиям.

Оставался один путь. Тот, что она и выбрала. Стала содержанкой влиятельного и богатого мужчины. В высшем свете на это смотрели сквозь пальцы. Да, дамы при встрече могли пренебрежительно пожать плечиками и сказать что-нибудь язвительное за её спиной, но это была узаконенная, понятная всем социальная ниша. Аксель Сандемус давал ей кров, еду, статус, защиту. Возможно, со временем он действительно мог бы пристроить её замуж за какого-нибудь небогатого, но родовитого дворянина, нуждающегося в деньгах, или устроить на условно подходящую для её положения должность у себя в министерстве. В её случае встречи с ним были не из-за жажды роскоши и лёгких денег. Это был единственный шанс на выживание в обществе, которое давно прогнило изнутри своими предрассудками.

И этот шанс у неё отняли, убив Сандемуса и превратив девушку в дряхлую старуху, обрекая на медленное, мучительное угасание в старом теле. Оливер на секунду представил себя на её месте, и мороз пробежал у него по спине. Одно дело, когда к такому неприятному, но логичному концу приходишь с долгими годами, другое — если это происходит одномоментно.

Оливер закрыл папку и подошёл к окну. За стеклом на парковке суетились стражи, движи заезжали и выезжали. И никому не было дела до бедной Элизабет Лейфсон.

Он вышел в отдел и посмотрел на секунда.

— Да, претор? — тот подскочил, понимая, что его ждёт задание.

— Сейчас у дома мадам Лейфсон находится патрульный, смените его. Дежурите до вечера. Потом заступлю я.

— Будет исполнено! — воскликнул подчинённый, схватил мантию и вымелся в коридор под смешки своих товарищей.

— Я не понял, все возможные свидетели опрошены? — Оливер строго посмотрел на парней. Нет, он ни капли не сомневался в их профессионализме. Да и в лени они замечены не были. Это скорее так, видимость контроля, которого даже не нужно.

— Выезжаем в градоуправление, претор, — отчитался Пелле, чуть ли не за шкирку схватив Матса. А Оливер перевёл взгляд на своего некроманта. Тот, как обычно, хмыкнул, прежде чем начать говорить. Претор в который раз подумал, что тёмные маги все с особенностями, но без них работать очень трудно, поэтому остаётся только принимать их такими, какие они есть. Даже если по их столу бегает большая серая крыса.

— У меня сегодня два подъёма в воскресной, Лорда заберу с собой. — Хакан проследил за взглядом начальника и поманил животное пальцем. Серый комок мгновенно подскочил к руке хозяина и взобрался ему на плечо. — Отчёт будет через пару часов.

Тёмный тоже выскользнул в коридор, оставляя Оливера в одиночестве. Но он лишь покачал головой и вернулся к себе. Достал проекционный и развернул уменьшенную копию места преступления. Ему нужно было время, чтобы рассмотреть всё до мельчайших деталей. Только в мысли упрямо лезла мадам Лейфсон. Он уже не считал её меркантильной дрянью. Она переквалифицировалась в жертвы, и его долг — обеспечить её безопасность. Даже если для этого придётся лично терпеть её капризы и научить её контролировать внезапно выросший дар. Эта мысль вызвала у него на лице лёгкую, едва заметную улыбку. Оливер всегда любил сложные задачи.