Расколотое небо

39

Не успела Катерина войти, мать огорошила:

– Фил, Филипп Александрович... звонил два раза. Передавать ничего не просил, но я решила, тебе будет интересно... – и прошла мимо застывшей Кати в ванную. – У вас все в порядке? – спросила через секунду.

– Все просто отлично!

– Ты уверена? – Вера Павловна вышла, держа в руках тушь для ресниц, остановилась возле большого зеркала. – Какой-то вид у тебя кислый. Или это из-за твоей работы? – с толикой презрения уточнила она.

– Нет, все в порядке, честно, – Катя задумчиво потерла лоб и стала стягивать пальто. Первым порывом было, только услышав о Филе, развернуться и броситься назад, на работу, под опеку Андрея, но она сдержалась. Сколько можно? Да и Андрей занят, нечего его беспокоить... И без того упадническое настроение стало еще хуже. Словно и не было Таиланда, далекого, теплого, не было свободы. Снова липкий страх паутиной опутывал душу.

Катя аккуратно поставила сапоги на коврик, тщательно вымыла руки.

– Суп на плите, мы с папой в гости, будем поздно, я тебе вкусненькое принесу...

– Мам!

– Я знаю, ты большая девочка, но все же... – Вера Павловна внимательно оглядела себя в зеркале. – Поешь, пожалуйста.

– Я обедала, только чаю попью…

– У тебя совершенно изможденный вид. Всё эта твоя, с позволения сказать, карьера! Непонятные командировки, работа по выходным! И отношения с Филиппом у тебя... странные! Нам с папой это не нравится, Катя, – мама посмотрела на часы.

– Я сама разберусь, все будет хорошо, – дежурно ответила Катя, заваривая чай.

– Я надеюсь, – Вера покачала головой, – не шали тут без нас, хорошо?

– Хорошо... – Катерина закрыла за торопящейся мамой дверь. Как жаль, что не получилось уговорить Андрея, чтобы он позволил остаться ей на работе! Но он был непреклонен – переговоры обещали быть жаркими, и ее близость будет его... сбивать.

– Ты мне не доверяешь? – спросила Катя, когда они уже вышли из кафе, где он с явным сожалением сказал, что вынужден отправить ее домой, да еще и проводить не сможет.

– Доверяю, но втягивать тебя в это... не надо. И я не смогу сосредоточиться ни на чем, зная, что ты рядом.

– Раньше мог, – прошептала она, отворачиваясь: не сказать не могла, но не хотела, чтобы он расслышал.

– А сейчас – не могу, – он повернул ее к себе. – Ты боишься ехать домой?

– Нет, не боюсь! – и почему это дух противоречия поднимает голову всегда так некстати? – Просто, просто придется бездельничать...

– Справишься?

– Справлюсь.

Чтение книги, просмотр занудного умного фильма не могли отвлечь Катю от напряженного ожидания звонка. В какой-то момент она поймала себя на мысли, что уже хочет, чтобы Фил скорее позвонил и эта пытка ожиданием кончилась. Уж поскорее бы выслушать от него всякой гадости и...

Однако все равно, как бы ни ждала, вздрогнула от протяжной трели телефона. Встала, морщась от покалываний в затекшей ноге, похромала поспешно до оставленного на столе телефона, ни секунду не усомнившись, что звонит именно Фил. Почему, интересно, он не звонил на мобильный? – подумала вдруг. – Хочет убедиться, что она дома?

– Привет, красавица! – ни намека на обиду. Голос бодрый, жизнерадостный, будто ни ее бегства, ни их разговора на лестничной площадке не было. Катя тряхнула головой - может ей только все приснилось, а на самом деле...

– Что ты молчишь?

– Я дремала, прости.

Это «прости», как безусловный рефлекс! Она все время перед ним извиняется, даже когда не виновата. Что же такое?! Нет, было все! Таиланд – был, и вчерашний поцелуй с Андреем – был. И Андрей, дай Бог – это будущее, а вот Фил – прошлое. И надо набраться храбрости...

– Понятно... И что ты поделываешь в субботу? Вера Павловна сказала, ты вся в трудах да заботах? Не хочешь развеяться, сходить куда-нибудь?

Он что это? Серьезно? Он предлагает ей, в такой вот завуалированной форме, начать с начала?

– Фил... Я не пойду с тобой. Мы, кажется, все решили... Я... наши отношения зашли в тупик. Давай останемся друзьями, – сказала и сама же поморщилась от пошлости фразы.

– Друзьями? – он рассмеялся. – Друзьями?

Ей показалось, что его смех сейчас перейдет в рев, в истерику, и она, повинуясь импульсу, выключила телефон. Держала кнопку отбоя, пока аппарат не выключился совсем и табло не погасло. Схватила мобильный и отключила звук, и тут же позвонила Андрею. Это было проявление слабости, безусловно, но ей сейчас было наплевать. Она до спазмов в желудке испугалась этого смеха Фила. Господи, да что же он за человек, если даже на расстоянии, одним звуком своего голоса может нагнать на нее такой ужас?