Раскрытая Книга

Первый сеанс

Лиам пришёл в редакцию за пять минут до начала рабочего дня. Внутри уже чувствовалось привычное утреннее напряжение — шелест бумаг, стук клавиш, приглушённые фразы. Лиза, Марк и Джейк сидели за общим столом, вокруг — хаос рабочих материалов: стопки распечаток, карандаши, обрывки заметок, заголовки, зачёркнутые и переписанные.

Ему снова предложили присесть с ними — как и в тот самый первый день, когда его приняли, — но он, как тогда, выбрал тихое место у окна. Там он выглядел почти как гость, который ждёт, когда его пригласят. У него не было завалов из газет и папок — только ноутбук и тонкая стопка чистых листов.

Он работал иначе, чем остальные. Там, где коллеги гонялись за громкими новостями, он предпочитал развернуть уже известный факт под новым углом. Ему важен был не столько сам случай, сколько то, что можно было в нём увидеть.

Жизнь в редакции быстро стала рутиной. Четыре из пяти его статей Джейк одобрял без особых правок, и за каждую Лиам получал свою долю. То, что его имя нигде не появлялось, его не задевало — важнее было, что тексты читают и ценят.

По вечерам, когда работа заканчивалась, они оставались ещё на час — чай, печенье, разговоры. Каждый понемногу раскрывался, делился кусочками своей жизни. Лиам в такие моменты был больше слушателем. На просьбы рассказать о себе он только отмахивался:

— Не сегодня.

Спустя две недели он получил первую зарплату. Деньги, конечно, шли на аренду, еду и пару обновок… но главное — теперь он мог позволить себе поход к психологу, женщине из метро. Прошло больше двух недель с их встречи, и он всё думал, помнит ли она его и не передумала ли.

В свой выходной он проснулся рано, позвонил — и услышал в трубке радостное:

— Конечно, приходи.

После утренних покупок он дошёл до нужного дома. Обычный, неприметный, без вывесок. На крыльце он столкнулся с пожилой женщиной, выгуливавшей собаку. Та улыбнулась и кивнула ему, и парень невольно ответил тем же.

Офис психолога оказался расположенным на первом этаже обычного жилого дома. Здесь не было помощников или секретарей. Достаточно было просто постучать, чтобы вам помогли. Так он и сделал.

Дверь распахнулась, и на пороге стояла она — с той же доброй улыбкой и лёгким волнением, как в метро:

— Проходи. Меня зовут Мэри, а тебя как?

— Здравствуйте, — ответил он, чуть поудобнее перехватывая пакеты в руках. — Я Лиам, приятно познакомиться.

— И мне! — она тепло улыбнулась, разглядывая слегка настороженного парня. — Можешь положить пакеты, они нам не нужны. Проходи, присаживайся. Может, чай? Или кофе?

— Нет, спасибо, — робко отозвался он. — Может, сразу обсудим вопрос оплаты? — пробормотал, роясь в карманах и будто извиняясь за прямоту.

— Оплаты? За что? — удивилась она. — Мне не нужны твои деньги. Это наш первый сеанс. Если я не смогу тебе помочь, то и денег я с тебя не возьму.

Он кивнул, взгляд скользнул по комнате. Помещение оказалось удивительно уютным — будто сама тишина здесь жила. Всё напоминало о времени: стол с ободранными ножками и столешницей, испещрённой рисунками; диван с едва заметными следами фломастера, словно его когда-то «украшал» ребёнок; маленькая тумбочка с облезлыми детскими наклейками, спрятанными от глаз гостей.

Обои с нежным цветочным рисунком придавали стенам мягкое тепло. Через тонкие занавески лился золотистый солнечный свет. На журнальном столике стояла ваза с цветами — видно, когда-то разбитая, но теперь аккуратно склеенная. Символично.

Прошло две минуты, как Лиам устроился на диване. Он молча скользил взглядом по каждому предмету, будто искал в них ответы. Но молчание не могло длиться вечно.

— Может, расскажешь что-нибудь о себе? — спросила Мэри.

Он оторвался от изучения комнаты. Слова напомнили, где он и зачем пришёл.

— Не так-то просто начать рассказывать о своей жизни, — тихо сказал он.

— Особенно незнакомому человеку, да? — в её голосе звучало понимание. — Если хочешь, можем начать с вопросов. Познакомимся.

— Ладно, я попробую, — он чуть задумался. — Вы давно работаете психологом?

— Девятнадцать лет. Я уже говорила тебе это в метро.

— Да, помню… Просто начать тоже не так-то просто. У вас есть дети?

— Дети? Да, есть дочка, примерно твоего возраста. Кстати, сколько тебе лет? — она раскрыла блокнот.

— Двадцать один.

Разговор снова застопорился. Мэри убрала блокнот, устроилась поудобнее и начала сама:

— Я родилась и выросла здесь, в этом городе. Окончила школу с отличием, поступила в университет на психологию.

— Это был ваш выбор? — неожиданно спросил он.

— Трудно сказать… — она чуть прищурилась, будто обдумывала, с чего начать, и уголки губ дрогнули в лёгкой улыбке. — Родители хотели, чтобы я стала адвокатом или юристом, сами толком не знали кем. И не сказать, что это был мой выбор. В школе я влюбилась в мальчика, который поступил в университет, и… — она на миг опустила глаза, будто снова проживая тот момент, — чтобы быть ближе к нему, я поступила туда же.

— Он тоже психолог?

— Нет, он учился на инженерном. А я не смогла, и из всех вариантов выбрала психологию. Понравилось. Через месяц мы уже проводили много времени вместе. Потом стали встречаться. Через год поженились.

— Красивая история, — сказал он с искренней улыбкой.

Снова повисла пауза. Лиам будто собирался с мыслями, но внутри его терзал страх: что будет, если она узнает про тюрьму? Прогонит? Разочаруется? Но, глубоко вдохнув, он всё же решился:

— Мне двадцать один. Три брата. Вырос за городом. И… не так давно попал в тюрьму, — он встретил её взгляд.

Мэри не изменилась в лице: тот же тёплый, внимательный взгляд.

— Я оказался не в том месте, не в то время. Меня обвинили в убийстве девушки и посадили на год.

Блокнот мягко раскрылся в её руках.

— Ты был знаком с девушкой?

— Нет, никогда её не видел.

— Если можешь, расскажи подробнее.