Раскрытая Книга

Хроники скрипучего пола

Закончив приготовления, она удалилась в ванную. Оставшись один, он разделся и улёгся на отведённом месте, чувствуя себя голым и беспомощным без зубной щётки и сменной одежды. Закинув руки за голову, он уставился в потолок. По лицу его поползла неуместная, но непобедимая улыбка.

Она вернулась в застиранной до нежности розовой пижаме, от которой пахло детством. Влажные волосы, расслабленная улыбка и всё то же игривое настроение.

— Ну, чем займёмся? — запрыгнула она на кровать, поджав под себя ноги.

— Спать? — выдавил он, уже предчувствуя поражение.

— Я не хочу. А ты? — склонила она голову набок.

— Тоже нет.

— Тогда придумай ещё историю!

— Нет, я устал. Мы весь день слушали мои истории, у меня голова уже гудит. Давай лучше ты почитаешь? Только что-то коротенькое, так, чтобы на час или полтора.

Она надула щёки, окинув взглядом владения.

— Не знаю, что у меня есть такого... — пробормотала она, сползая с кровати.

Не долго думая, она откопала сборник детских сказок.

— То, что нужно! — выдохнула она и тут же, вспомнив о спящей матери, прикрыла рот ладонью. — То, что нужно, — прошептала уже тихо, помахивая книгой. — Сказки на ночь.

Устроившись в кровати под одеялом, она начала читать. Свет лампы отбрасывал тёплые блики, заполняя комнату уютом. За окном бушевала непогода, а здесь пахло её шампунем и безопасностью. Как всегда, она не могла сидеть спокойно — требовала, чтобы он тут же представлял себе только что услышанное. В книге были картинки, и она тыкала в них пальцем.

— Смотри, какое чудовище! — свесилась с кровати вниз головой. — Я в детстве до ужаса боялась эту страницу!

— Это же дерево, — удивился он.

— Нет! Смотри, это чудовище: вот рожки, ножки, — она тыкнула пальцем в невинные сучья, сияя от восторга.

Чтение продолжилось. На следующей иллюстрации был изображён лесной домик. Мика опёрлась одной рукой о его грудь, свешиваясь над ним и тыча пальцем в книгу.

— Хотел бы в таком жить?

— Нет.

— Почему? — она сделала круглые глаза. — Ты же отшельник! Тебе самое оно.

— Я отшельник современный. Мне нужен комфорт. Где тут душ? Интернет? Как я буду… ну, справлять нужду? Нет, — буркнул он. — Не моё.

— Странный ты отшельник, — заключила она и плюхнулась на него всем телом.

Её голова оказалась у него на груди, а ноги всё ещё болтались на кровати. Она продолжила читать, уютно устроившись на живом матрасе. Сказка быстро закончилась. Она с грустью захлопнула книгу.

— Ну что, спать? — спросила она, зевнув.

— Да. Доброй ночи, — ответил он, развернувшись к ней спиной.

— Ага! — улыбнулась она. — Спокойной!

Она продолжала лежать на полу рядом с ним, стараясь сдержать смех.

— Мика... — прошептал он.

— Что? — как бы недоумевая, спросила она.

— Что ты делаешь?

— Сплю!

— А почему тут, а не там?

— Тут лучше! — сказала она, пожёвывая прядь волос. — Ты знал, что у меня никогда не было пижамных вечеринок или ночёвок у друзей? Ты первый, кто спит у меня в комнате! Это так странно...

— А парни? — не удержался он, переворачиваясь к ней. — Мальчики?

— А что парни? Они тут бывали, но не ночевали, — рассмеялась она.

— Ну да…

Она продолжала лежать на полу.

— Ты всё ещё здесь, — занудно сказал он.

— А что? Тебе тесно?

— Нет. Просто я, в прямом смысле, лежу на полу, здесь мало места.

— Ладно, — сдавленно прошипела она, изображая обиду.

Мика забралась обратно в кровать и выключила лампу. Она уснула почти мгновенно. А он всё ворочался, пытаясь привыкнуть к скрипу половиц, чужим запахам и полосам света от уличных фонарей на потолке. Его мучила непривычная жёсткость пола и сама абсурдность происходящего. Минут через тридцать его «соседка» уже тихо посвистывала носом, уткнувшись лицом в подушку. И лишь спустя час усталость наконец взяла своё, и он провалился в короткий, тревожный сон.

Посреди ночи Мика проснулась с миссией. В полной темноте и в состоянии глубокого сна она благополучно забыла о госте. Спустив ноги с кровати, она уверенно наступила сначала на его правый бок, потом — на левый, споткнулась, рухнула и что-то невнятно пробормотала. Он вздрогнул и включил свет. Перед ним предстало зрелище: сонная, с растрёпанными волосами Мика поднималась с пола. Во взгляде её читалась лёгкая ненависть ко всему миру и смутное презрение к гравитации.

Вернувшись из уборной, она забралась в кровать, но падение окончательно прогнало сон.

— Ты спишь? — прошептала она в темноту.

Ответа не последовало.

— Лиам!

Молчание.

Тогда она свесила руку и начала тыкать ему в рёбра, нараспев приговаривая:

— Я знаю, ты не спишь…

— Чего тебе? — прорычал он недовольным, сонным голосом.

— Я упала, — жалобно простонала она.

— Я в курсе. На меня.

— Мне больно.

— Вызвать скорую? — поинтересовался он без особого сочувствия.

— Нет! Зачем? — она мгновенно переключилась на обычный тон.

— Ну, тебе же больно…

— Не настолько… Мне скучно.

— Так и должно быть, ты же спишь. Спать невесело, но приятно. Пожалуй, это самое приятное скучное занятие, которое есть.

Минута тишины.

— Я не могу уснуть, — тоскливо заныла она.

Не дождавшись ответа, она продолжила своё тактильное наступление. Минут через десять её дыхание наконец стало ровным. Примерно через час в комнате раздался глухой удар. Он включил свет и увидел, что «соседка», по всей видимости, снова свалилась во сне. Он закрыл лицо руками и тихо, истерически захохотал. Проверив, что она действительно спит, он заботливо накрыл её своим одеялом, а сам, наконец, сдался и перебрался в её тёплую, пахнущую ей кровать.

Около пяти утра её разбудил холод. Зубы стучали, всё тело дрожало. Она огляделась, пытаясь понять, как очутилась на полу. Не долго думая, она забралась обратно в кровать, где обнаружила спящего парня, развернувшегося к стене. Он был тёплым и мягким. Она, довольно улыбнувшись, прижалась к его спине и мгновенно уснула.