Рассекающая песнь ветра: Алый

Часть 2 Глава 11

Весна потихоньку вступала в свои права. После наступления нового года снег стал редким явлением в Леаре, который постепенно и вовсе сменился холодным моросящим дождем. Конец зимы и середина весны изобиловали такими вот капризами погоды, к которым было сложно привыкнуть. Зима в этой стране скорее напоминала европейскую, нежели сибирскую, привычную мне в прошлой жизни.

Сидя в школьной столовой и мешая ложкой молочный напиток, я поджидала Алена, который ушел к директору на ковер. Он частенько общался с другом смотрителя и в целом имел с ним хорошие отношения. Правда порой были и споры... по разному поводу.

Закончив со своей едой, я сидела в ожидании синшили, охраняя нетронутый им завтрак. Задумчиво глядя на белый водоворот в своей кружке, я невольно вспомнила события прошедшего года.

Прошел ровно год с моего попадания в этот мир. С того переломного момента многое изменилось в моей жизни, изменилась я сама. Не знаю, что больше поспособствовало этому – смена обстановки и постоянное стремление к знаниям этого мира или физические тренировки и бесконечные спарринги с моим напарником. Возможно что это был и сам Ален. Я стала сильнее не сколько физически, сколько морально, хоть и физическая подготовка страдала уже меньше. Несмотря на новую жизнь в новом мире, я чувствовала себя более уверенной. Я знала куда иду и чего хочу добиться.

После прошлого нового года Ален взялся за меня всерьез и решил-таки обучить древней технике темных. Я наивно полагала, что схвачу пару приемчиков для самообороны и все, но этот синшили загонял меня в доску со своими тренировками. Гонял утрами и вечерами, но добился за год такого уровня, что я сносно могла скрестить с ним свой клинок. По поводу приобретения клинка для меня – отдельная история. Стыдно вспоминать, как он привел меня к своему знакомому артефактору-оружейнику и тот почти полдня не мог подобрать мне оружие. Все были или массивными, или тяжелыми, не предназначенными для хрупкой девушки вроде меня. Было очень стыдно за свою нескладность и доставленные окружающим неудобства. Поэтому пришлось делать тот по спецзаказу.

Однако не только эта история врезалась в память. Я пережила еще несколько казусных и стесняющих обстоятельств. Желая обзавестись собственными накоплениями на будущее поступление в академию, я решила продать часть своих земных вещей. Начала с самого ценного, со своих немногочисленных украшений, а именно с золотой цепочки с крестиком и браслета. Серьги конечно были дороже в цене, тяжелее по весу и искуснее выполнены, но с ними я бы не рассталась, даже умирая. Ведь те были сделаны по эскизу моей мамы, который в жизнь воплотил отец. Он был ювелиром... при жизни. Поэтому их совместное детище, подаренное накануне их гибели, я бы не продала не за какие деньги любого из миров.

Моя вылазка в тот день и сама продажа прошли успешно, хоть я и выручила небольше деньги. Но с ними на душе стало намного спокойнее. Однако меня все равно настигла буря, пришедшая оттуда, откуда совсем не ждала. Буквально на следующий день в комнату влетел взбешенный синшили. Тогда я впервые увидела его в таком состоянии: парящие волосы словно у горгоны, горящие яростью глаза и ничего хорошего не предвещающая пугающая саркастическая улыбка. Я испугалась в тот момент не на шутку и забилась в угол кровати, готовясь к расправе. Но Ален и пальцем меня не тронул, хоть и кричал так, что верно весь этаж общежития слышал его ругательства. Он с пристрастием выяснял зачем мне резко понадобились деньги, и почему я таскаюсь по злачным заведениям в одиночку. Чуть позже я узнала, что те и вправду могли привести меня к печальным последствиям. Тот вечер выяснений впервые за долгое время вывел меня из равновесия и довел до слез. И я, сморкаясь и заикаясь, рассказала о причине своего поступка. Ален по мере моего рассказа успокаивался, а я чувствовала такой стыд, что хотелось сквозь землю провалиться.

– Бельчонок, успокойся. Вот, держи и больше не шастай по городу в поисках приключений, – положив передо мной на кровать мои украшения, сказал он тогда. – Это моя вина, что не думаю о тебе и твоих нуждах. Завтра вместе пойдем в город и купим тебе что необходимо. И про академию не думай. Думаешь, мне не хватит средств купить тебе котелок для зелья-варенья?! Пффф… Не оценивай меня так низко. И вообще, не стесняйся и говори, что тебе нужно. С меня не убудет, поверь. Я взял за тебя ответственность, так что смело говори со мной о своих проблемах и переживаниях. Твоя жизнь дороже всяких "неудобных разговоров".

С тех пор напарник ежемесячно и на расходы деньги выдавал, как бы я не упрямилась и не отнекивалась в их необходимости. Такой неловкости я не испытывала даже в оружейной лавке. Все врученные деньги я не тратила и откладывала на черный день. Сейчас я и при большом желании не могла их потратить, ведь меня всегда сопровождал Ален, который расплачивался за все сам. Однако я решила, что, учась в академии, найду себе подработку. Ведь вся эта финансовая сторона вопроса очень тяготила. Я понимала, что Ален ни мой родитель, ни брат и ни муж. Он ничего не был мне должен. И я решила, что стану самостоятельной и по возможности компенсирую все затраты.

Передо мной приземлилась знакомая фигура, которая отвлекла от самокопания и неловких воспоминаний.

– Молодец, что прихватила на меня еды, а то совсем не успеваю. Черт бы побрал этого Шигана, – негодовал Ален, с силой нарезая оладьи ножом так, что тарелка издавала жалобный скрип.

– Что произошло?! – прикоснувшись губами к своей кружке, спросила я несколько нервозного напарника.

– Да ничего хорошего. Просто этот Шиган вновь подложил мне свинью! А именно подбросил мне на попечение первогодок. МНЕ. ПЕРВОГОДОК. НА КЛАССНОЕ РУКОВОДСТВО!!! То ли надо мной издевается, то ли эта малышня перед ним чем провинились, – усмехнулся синшили, успокаиваясь. – Я подозреваю второе. Их прошлый классный руководитель с переломом ноги и руки ушел на лечение и реабилитацию. Везет ему, отдыхает сейчас в лекарском крыле. И что-то мне подсказывает, что это дело рук тех детишек. Так что не было печали…