Расширенное партнерство. Беременные будни

Глава 1

— Я все решила! — заявляю я, стоит Артему и Кириллу появиться на горизонте. — На следующей неделе будет гендер-пати!

— Какое еще гендер-пати, маленькая? — уставшим голосом спрашивает Кирилл, взъерошивая светлые волосы.

— Самое настоящее. С шарами, тортом и фейерверками!

Мужчины переглядываются. Понимают, что спорить бесполезно, и просто кивают.

Да, да. Сейчас меня сложно переспорить. У меня уже два месяца лежит конвертик с полом малыша, а мы все никак не можем устроить вечеринку. А я ее очень, прям очень хочу… Правда, до этого думала, что до родов подождем, а там и узнаем кто у нас. Но надо же комнату делать, вещи покупать. Поэтому на следующей неделе вечеринка, а потом все остальное.

Артем уходит в спальню, а Кирилл молча подходит и обнимает меня, по привычке вдыхая аромат моих волос.

— Маленькая, тебе надо замену искать, — вдруг говорит он.

— Зачем? — не понимаю я. — Какую еще замену?

— Ну, ты же в декрет должна уйти…

Вот тут вся нежность и заканчивается. Я отстраняюсь.

— Какой еще декрет? — хмурюсь. — Ты что…

— Маленькая, я просто…

— Просто что? Решил списать меня с должности и поставить кого-то другого?! — смотрю на него в упор. — Стоп. Вы уже нашли замену, да?

— Арин…

— Да?!

— Ну да, да, — кивает Кирилл. — Ты на седьмом месяце беременности! Каждый день мотаешься с нами на работу! Мы переживаем, что ты на этой работе и родишь! Все, точка. С завтрашнего дня начинаешь передавать свои дела Юле.

— Какой еще Юле? — шиплю я и так резко хватаю его за ворот футболки, что он сам охреневает. — Какая нахрен Юля, Захаров?

— Арина, успокойся. Это не то, что ты думаешь… Отпусти.

— А что я думаю?

Все мое прекрасное настроение пропадает бесследно.

— Что здесь происходит? — в дверях снова появляется Артем, уже сменивший свой костюм на джинсы и футболку.

Я отпускаю Кирилла и отхожу к окну, где уже делаю глубокий вдох, прежде чем посмотреть на явно сговорившихся мужчин.

Юля. Просто Юля. Как интересно.

— Арин, — вздыхает Кирилл.

— Кто такая Юля? — еще раз спрашиваю я.

— Знакомая моей мамы, — отвечает Артем.

В памяти всплывает история про «милую девочку», с которой хотела познакомить Ольга Владимировна Артема, когда не знала про меня. Я не знаю ее имя, но если это она…

— Это та самая «милая девочка»? Да? — смотрю на Артема. — Та самая, с которой тебя хотела познакомить твоя мама, да? И я смотрю, она все-таки вас познакомила, да и не только тебя…

Он не отвечает сразу, но по его глазам я все прекрасно вижу. Это она.

— Ариш, — вздыхает Артем.

— Идите к черту. Оба.

— Арин, — делает шаг ко мне Кирилл.

— Отвалите.

Иду в коридор. Надеваю куртку. Беру телефон и выхожу, плотно закрыв за собой дверь.

Бесят. Оба.

***

Кафе в соседнем доме не слишком большое, но очень уютное. Люблю его. Сижу у окна, смотрю на улицу и злюсь. Уже не так яростно, как десять минут назад, но все еще достаточно.

Официантка приносит шарики клубничного мороженого и большой стакан латте «Баунти».

Пью. Ем. Злюсь.

Малыш толкается где-то в районе ребер. Чувствует. Все чувствует.

Восемнадцать минут. Я засекла.

Именно столько проходит, прежде чем в кафе появляются они. Оба. Артем замечает меня первым, кивает Кириллу, и они направляются к моему столику. Молча садятся напротив.

— Мороженое вкусное? — спрашивает Кирилл, пытаясь поймать мой взгляд.

Не отвечаю.

— Мы ее ни разу не видели, — вдруг говорит Артем.

— Маленькая, — Кирилл наклоняется ближе, тянется к моей руке, но я убираю ее в сторону. — Ты правда думаешь, что мы бы так поступили? Ты думаешь, нам кто-то нужен кроме тебя?

Честно? Нет. Не думаю. Но я ничего не могу с собой поделать. Злость накрыла. Ревность… Как представлю, что они уйдут, бросят меня, заменят…

Делаю глубокий вдох, сдерживаю подступающие слезы.

— Арин, — шепчет Кирилл. — Мы любим тебя.

— А Юля… Откуда она взялась? Почему именно она?

— Мама позвонила на прошлой неделе. Сказала, что Юля ищет работу, спросила, нет ли у нас места, — объясняет Артем. — Мы как раз думали о замене. Вот и все.

— Вот и все, — повторяю я.

— Вот и все, — эхом отзывается Кирилл.

Я наконец смотрю на них. Оба сидят с одинаково виноватыми лицами.

— Знаете что? Я сама. Поняли? Сама найду себе замену. Сама просмотрю резюме. Сама выберу, кому передавать проекты и кому объяснять, как я веду дела. Никакая Юля в моем кресле сидеть не будет.

— Ариш… — мягко произносит Артем. — Мы просто хотели помочь.

— Я не просила. И то, что твоя мама предложила именно ее…

Замолкаю. Потому что это реально ревность. Гормональная, иррациональная, совершенно необоснованная ревность к женщине, которую я в глаза не видела.

— Арин, наши мамы безума от тебя, — говорит Кирилл. — Никого, кроме тебя, они не видят рядом с нами. И мы не видим. Нам никто не нужен, кроме тебя, маленькая.

— Правда?

— Ну конечно, правда, глупышка, — улыбается он. — Мы просто переживаем. Хотим, чтобы ты больше отдыхала. На прошлой неделе ты опять заснула за рабочим столом. Вчера приехала со встречи с поставщиками и отрубилась, едва голова коснулась подушки.

Что-то внутри меня неохотно, но оттаивает. Он прав.

Злость медленно уходит, и я спокойно принимаюсь доедать мороженое.

Мужчины не торопят меня. Не переглядываются многозначительно, не вздыхают демонстративно, не барабанят пальцами по столу. Просто сидят и терпеливо ждут.

— Ладно, — говорю наконец. — Но еще раз: я сама выберу себе замену. Ясно вам?

— Справедливо, — кивает Артем. — И раз уж мы здесь все сидим… Может, скажешь нам, кто там? — он кивает на мой живот. — Мальчик или девочка?

— Тем, — предупреждающе произношу я.

— Маленькая, — Кирилл складывает руки в молитвенном жесте. — Конвертик уже два месяца лежит.