Рассказы Чумы

Глава 60. Знакомство

Щёлк. Щёлк. Мокрая ладонь в панике безуспешно скользила по портфелю — замок никак не желал поддаваться. 
Брюнет недобро улыбнулся. 

— Мне кажется, мальчик не понимает, с кем он связался, — вкрадчиво прошелестел он. — Дима, объясни малышу, что он неправ. 

— С удовольствием, — шатен угрожающе шагнул вперед. 

Щёлк! Крышка наконец откинулась. Никита в спешке рванулся, опираясь на столик. Рука выхватила грозное, сверкающее в свете электрических ламп оружие. Металл опасно взлетел в воздух. 

И невинно лег на столешницу, покрытую накрахмаленной скатертью. 
Брюнет молчаливо разглядывал лежащий перед ним серп. Отшатнувшийся было парень с хвостом из собранных тонкой резинкой волос открыл рот, да так и замер. Блондинка ойкнула и зажала длинными пальцами с ярко накрашенными ногтями полные красные губы. 

— Он совсем, что ли, идиот? — Глад, внимательно следивший за ними, нахмурился. — Что он делает? 

— Тааак, — наконец протянул мужчина. — И что это такое? 

— Аркадий Степанович, да он вам угрожает! Щас я тебя закопаю, козлина! — шатен схватил Никиту за грудки, вжав кулаки в горло. 

Скворцов попытался высвободиться, но не тут-то было. Противник не давал ему даже вздохнуть. 

— Я вам сейчас все объясню! — закричал студент, судорожно ловя ртом воздух. — Вы не так меня поняли! Мне сказали… — шатен вдавил кулаки посильнее, и Никита захлебнулся последней фразой. 

Посетители, сидевшие за другими столиками, стали оборачиваться на шум. Официантки дружно перешли в дальний угол кафе, делая вид, что поглощены обслуживанием новоприбывших клиентов. 

Брюнет молча взял со стола серп, повернул наточенным лезвием. Зеленоватый блик мелькнул на острие, вспыхнул и исчез. Полюбовавшись еще мгновение на оружие, он засунул его под пиджак. 

— Кончай с ним, Дима, — мужчина широко, не стесняясь, зевнул. — Пойдем, Олечка, что-то здесь нынче очень душно. — И, приобняв девушку за талию, двинулся к порогу. 

— Понял, Аркадий Степанович, — осклабился подчиненный. — Все сделаем в лучшем виде! — Блондинка обернулась, и, хмыкнув, изобразила чмокающее движение губами, хлопая напоследок стеклянной дверью. 

— А вот теперь пора, — Глад, расслабившись, откинулся на спинку стула и милостиво кивнул Брани. — Похоже, что этот дурень совершенно не умеет пользоваться артефактом. 

Всадник неторопливо встал. 

Полупридушенный Никита слабо отбивался руками. Дмитрий швырнул его на скатерть, роняя одиноко стоявший стакан с персиковым соком. Послышался звон разбитой посуды. 

— Что ж это творится-то такое, — старичок в очках, сидевший неподалеку, всплеснул руками. — Милицию надо вызвать! 

Кто-то из персонала уже поспешил к телефонной будке, стоявшей на улице. 

— Сиди, старикан, — огрызнулся парень, — а то следом щас отправишься! А ты, курица, куда рванула?! — Он подхватил обломок стекла и швырнул вслед официантке. Девушка, сжавшись, шмыгнула в подсобное помещение. 

Никита тем временем немного проморгался и попробовал сесть. Как раз вовремя, чтобы увидеть Брань, тихо подкравшегося со спины его противника. В памяти всплыло: 
«…Твоя задача — сдружиться с ними как можно ближе. Ты должен стать одним из них». 

— Сзади! — завопил он Дмитрию, показывая рукой за спину. Тот обернулся и никого не увидел. 

— Ты что, шутки шутить вздумал со мной, козел? — Парень навалился коленом на и без того болевшую от недавних «объятий» шею. — Да я тебя… 

Брань осуждающе покачал головой. 

— Ты и вправду больной на голову, — прокомментировал он, втыкая пальцы в обе сонные артерии Дмитрия. В зале кто-то завизжал, увидев, как здоровый бугай с хвостиком из волос ни с того ни с сего рухнул мешком на пол. Никита, ничего не понимая, обалдело смотрел на внезапного спасителя. 

— Скорую! Скорую вызывайте! — закричала немолодая женщина в цветастом платочке, незатейливо прикрывавшем верхнюю часть груди. Какой-то строгий мужчина, с виду похожий на военного, нагнулся над телом. 
— Ничего себе ты его отделал, — «военный» сурово посмотрел на Никиту. — Как бы не помер. 

Старичок, пять минут назад искренне сочувствовавший студенту, засуетился. 
— Я, если что, свидетелем пойду, — он подобрался поближе к месту происшествию. — Такой молодой, а уже руки замарал! Убивец! 

На улице послышался звук милицейской сирены. Кто-то из доброжелателей все-таки добрался до телефонной будки. 

Невидимый Брань взял Скворцова под локоть. 
— Пошли отсюда, быстро, — и вытолкнул его из гущи событий. Никита, оглядываясь и шатаясь, как пьяный, ухватился за дверную ручку. Очевидцы так шумно обсуждали случившееся, что и не заметили, как исчез главный участник событий. 

Глад спокойно допил пиво, поднялся из-за стола и, улыбнувшись своим мыслям, покинул помещение. 

*** 
Брань налил в кружку кофе, аккуратно сложил нарезанные бутерброды с «Докторской» на тарелку и пододвинул все это к Никите. Сел напротив и с интересом начал разглядывать юношу. 

— Ешь, не стесняйся, — он усмехнулся, видя, каким голодным взглядом парень смотрит на еду. 

— Спасибо, — растерянно пролепетал Никита. — А ты… а вы… а вы кто? 

— Для начала хотелось бы послушать, кто ты, — фыркнул всадник. 

— Меня зовут Никита, — отозвался Скворцов, уплетая бутерброды с толстыми кусками колбасы. 

Из прихожей донесся звук открываемого замка. Хлопнула входная дверь, и кто-то вошёл в квартиру. Человек снял обувь, одежду. Зашумела вода в ванной, и через несколько минут на кухне появился Глад. 

Он осторожно положил на стол серп — совсем близко к кружке с недопитым кофе. Сел на стул, с видимым удовольствием закинул ноги на край стола. Никита ошарашенно смотрел на оружие. Брань ничего не сказал, лишь одобрительно поднял бровь. 

— Ну-с, молодой человек, хотелось бы послушать, кто вы, откуда и где взяли эту вещь. 

«Убили, наверное, этого, который был с блондинкой. Во я влип», — пронеслось в голове у Никиты. 

— Мы как раз выясняли этот вопрос, — встрял красный. 

— И как успехи? — без особого энтузиазма поинтересовался Глад. 

— Говорит, что его зовут Никита, — повёл плечами собеседник. 

— Я… Я студент, — нашёлся Скворцов. «Фамилию лучше не называть, — подумалось ему, — меня, наверное, ищут уже везде». 

— Замечательно, студент Никита. И где же ты достал эту вещь, студент? В университетской столовой после занятий в пирожке обнаружил? Или под парту подсунула уборщица баба Клава? 

— Нет, — сбитый с толку Никита не понимал, почему эти люди, вместо того, чтобы отправить его на тот свет, мило беседуют, шутят и угощают едой. — Мне его дали, — ляпнул он, не подумав. 

— Вот как? — Глад привычно вертел в руках картонный прямоугольник. — Дали, говоришь? Кто дал? 

«Самая лучшая ложь — та, которая похожа на правду», — это утверждение Скворцов прочитал в одной из заумных книг по психологии уже очень давно, и с тех пор регулярно им пользовался. «Скажу, все как есть, — решил юноша, — ну, почти, как есть». 

Он проглотил остатки «Докторской», кашлянул и сказал: 

— Один человек. Подошёл на улице, отдал его и сказал, кому и где передать. 

Глад засмеялся. 

— А ты, значит, вот так просто взял и согласился? 
— Он… Он угрожал. — Это тоже отчасти было правдой. 
— Ну, допустим, ты не лжешь, — развеселился всадник, — тогда расскажи нам, студент, как выглядел этот человек. 

Скворцов подумал про Иерема. Такой достанет из-под земли, если про него слово лишнее скажут. 

— Ну такой… черноволосый, — произнёс парень, вспоминая льняные кудри Иерема. — Волосы прямые. Глаза карие. Одет… — Белые цвета слишком приметны. — В серое и чёрное, — закончил он и отхлебнул из кружки. 

Глад и Брань переглянулись. «Похож», — одновременно подумали оба. 

— А кому он тебе сказал передать? 

— Не передать, — поправил Никита, — а показать. Он сказал, прийти в это кафе в семь вечера и ждать троих, брюнета, шатена и блондинку в белом костюме. Сказал, что они сами подойдут. А они в драку полезли, — обиженно закончил юноша. 

— Но ведь блондинка была не в костюме, а платье, — удивился Брань. 

— Я подумал, что мало ли, переоделась, — дёрнул уголком рта Никита. — Тем более тот человек вначале говорил просто про белую одежду, а потом уже добавил про костюм. 

Дверь в кухню распахнулась, и на пороге возникла Чума в полупрозрачном дорогом пеньюаре, купленном ею по случаю ещё во Франции, откуда они все вместе приехали буквально месяц назад. Белая ткань обворожительно облегала девичье тело, кружевной поясок нежно обхватывал тонкую талию. 

Волосы девушки были растрепаны, глаза заспаны. Весь вид говорил о том, что появившаяся только выбралась из постели. 

— Всем доброе утро, — взгляд её упал на Никиту. — А это кто такой? И почему он так упорно смотрит сквозь меня? 

Всадники дружно грохнули. Парень покраснел и отвел глаза. 

— Не сквозь тебя, а на тебя, — всё ещё смеясь, ответил Брань. — Он нас видит, Чума. 

До девушки сказанное дошло спустя несколько секунд. Она длинно выругалась, как заправский работяга, и кинулась вон. До сидящих на кухне только и доносилась отборная ругань, пока Чума переодевалась в своей комнате. 

— Ну, как видишь, студент, с платьем ты ошибся, — развел руками Глад. — Похоже, твой таинственный товарищ отправлял тебя к нам. Просто по несчастливой случайности Чумы с нами вчера не было. 

Он поднялся из-за стола и подошел к совершенно оглушенному происходящим Скворцову, покровительственно положил ему руки на плечи. 

— Сходи-ка, прими ванну, отдохни, — ласково сказал всадник. — Устал, небось. — И легонько подтолкнул парня по направлению к ванной комнате. 

Пока Никита мылся, а Чума приводила себя в порядок, Брань и Глад молчали. Первым заговорил красный: 

— Ты думаешь, это был Смерть? 

Тот задумчиво потер подбородок. 

— Возможно, возможно. Но почему он, объявившись столько лет спустя после пропажи, отдал свое оружие этому мальчишке, а не пошел к нам? Увидел в нем скрытый потенциал? И где сам Смерть? Почему скрывается? 

— Слишком много вопросов, — пробурчал Брань, наливая себе чай. — И что будем делать со студентом? Он нас видел, он знает про серп. Мы не можем оставить такого свидетеля просто так. 

— Это верно, — согласился Глад, крутя в руках ложечку. — Оставить его просто так мы не можем.