Рассказы неаполитанской тётушки

Способ понравится

Глава 9

Субботний день, последовавший за выходным днём пятницы, окунул Таисию в привычные будни. Она рьяно взялась за свои прямые обязанности. Сказка закончилась и, после того, как часы пробили полночь, у Золушки снова наступила реальная суровая жизнь.

Но, несмотря ни на что, Таисия чувствовала себя прекрасно. Она светилась каким-то внутренним сиянием, словно ей открылась тайна мироздания и, от осознания своей сопричастности к этой тайне, ей теперь было всё нипочём.

Ещё долго этот экскурс в историю и соприкосновение с прекрасными творениями человечества, будут подпитывать её внутренний свет. После завтрака она рассказала Мари о своих впечатлениях от увиденного в Риме и вдохновенно живописала всё в красках.

Мари слушала её заворожённо, а потом вдруг лукаво спросила, удалось ли её сыну ловеласу добиться желаемого? От глаз пожилой женщины не укрылось то, каким фазаном всё это время ходил Роберто вокруг Таис.

Таисия сильно покраснела и отделалась парой незначительных фраз, что их с Роберто связывают только дружеские чувства и ничего более. На это Мари внушительно заметила:

- Девочка моя, ты прости меня за бестактность. Но я ведь когда-то тоже была молодой и всё прекрасно понимаю. Ты не из тех, кто будет кидаться на шею мужчине, он должен тебя завоевать медленно, но верно.

- Мне очень хотелось, чтобы именно ты щёлкнула моего сына по носу, а то он совсем разбаловался в своих суждениях о предназначении женщины в жизни мужчины.

- Какая вы коварная, Мари. Значит вы всё предвидели и ничем не выдали свою осведомлённость? Бедный Роберто, если бы он только знал, что попадёт в ловко расставленные вами сети, - отшутилась Таисия.

- Я прежде всего женщина и, хоть и очень люблю своего сына, но я рада, что ты преподала ему этот жизненный урок.

После этого разговора, Таисия попросила Мари снова поведать ей воспоминания о своей жизни. Женщине и самой очень хотелось излить душу о том, что наболело за все долгие годы её вынужденного молчания и она с воодушевлением вновь принялась рассказывать:

"Мне тогда было наверное где-то около 45 лет. Я продолжала жить благополучной жизнью рядом со своим мужем Стефано. Он много работал, а я была примерной женой, вела хозяйство и воспитывала детей.

Глория уже была самостоятельной, на тот момент ей было 22 года, а Алессандре и Роберто соответственно 15 и 14. Всё у нас шло своим чередом, пока детектив, нанятый моим мужем, не нарыл нечто стоящее нашего внимания.

Ему наконец удалось найти семью Алекса. Он приехал неожиданно и сидел тогда в кабинете мужа, рассказывая нам обо всём, что ему с недавних пор стало известно. Оказывается все эти годы семья Алекса никуда не уезжала из Италии.

Им удалось затеряться в Тоскане, в пригороде Флоренции. Если бы не одно обстоятельство, то возможно им и дальше удавалось ничем не выдать своего присутствия в стране.

Сын Алекса и Берты, 30-летний Вальтер Нойманн в свои года стал блестящим политиком и его партия успешно прошла выборы в парламент, закрепив за собой несколько мест.

Имя нового человека, умеющего управлять людьми, теперь было на слуху у многих газетчиков во Флоренции. Слухи о нём неизбежно донеслись до Рима, а потом разнеслись и по всей Италии.

Этому политику прочили большое будущее в управлении государством. Имя Вальтер переводится с немецкого, как управляющий людьми, а фамилия Нойманн означает новый человек.

Если сопоставить все факты и возраст Вальтера, то всё указывало на то, что Берта родила Алексу сына почти сразу же после того, как я, в свои 15, покинула их дом. А их поспешное бегство с насиженного места говорило о том, что им есть что скрывать.

У меня гулко колотилось сердце, когда детектив рассказывал нам со Стефано все эти факты. Я не могла теперь думать ни о чём другом, кроме как о том, чтобы взглянуть на этого мальчика своими глазами.

Материнское сердце обмануть невозможно и оно мне сразу подскажет, мой это ребёнок или нет. Это моё желание не было невозможным, учитывая высокопоставленный пост политика. Интервью с ним было доступно каждому желающему и детектив вручил мне видеокассету.

Я вновь и вновь прокручивала её, пристально вглядываясь во всё происходящее на экране. Ведущий новостного канала задавал каверзные вопросы, пытаясь поставить впросак молодого человека, чтобы он чувствовал себя неловко и уходил от ответа. Но не тут то было.

Этот улыбчивый молодой человек, с приятными чертами лица и горящим взглядом, с упоением рассказывал о предстоящем Италии, да и всему миру в целом, устройстве и миропорядке, если в будущем партия, лидером которой он является, победит на выборах в парламент, после чего выдвинет его в премьер-министры или президенты.

Он был довольно таки убедителен в своём стремлении сделать мир лучше и чище. В интервью его спросили о родителях и Вальтер с большой теплотой отзывался об отце и матери. Он говорил, что они положили жизнь на то, чтобы он стал тем, кем является сейчас.

Всё то время, что я смотрела на него и слушала, я не переставала плакать. На экране сидел мой сын, я это точно знала и чувствовала. Видимо план у Берты и Алекса созрел сразу же, как только я родила и впала в забытье.

А когда они, плюс ко всему, узнали, что ребёнок от Йоганна, то и вовсе укрепились в своём стремлении забрать моего сына себе и дать ему своё имя. Я негодовала из-за того, что они отняли моего первенца и выкинули меня из своей жизни. Стефано успокаивал меня и поддерживал.

Мне хотелось лететь к своему мальчику на крыльях, но муж убедил меня, что сделать это будет непросто. Как я смогу до него донести, что я его мать? Обрадуется ли он этому, учитывая своё теперешнее положение?

Ему ведь нужно всячески избегать скандалов, связанных с его именем, если он и правда хочет стать большим человеком по всей Италии. Нужна ли ему эта правда? Сделает ли она его счастливее?

Одно дело быть сыном успешных бюргеров эмигрантов и совсем другое родиться у кухарки без роду и племени, которую из жалости приютила у себя добропорядочная семья, а она, проявив чёрную неблагодарность, соблазнила члена этой семьи и родила в его лице ублюдка.