Рассказы о животных

Бабайка

Бабайка

Его звали «Тоха». Собачку, породы той-терьер. Что означают эти странные слова пес не знал. Люди не привыкли пользоваться образами, как животные. Песик с удовольствием откликался на произнесенное имя. Это были его и только его звуки, которые недвусмысленно определяли его индивидуальность. Почти как «пахнущий» образ. Последний без перевода понятен всем зверюшкам, а звуки — только знакомым животинкам.

Воспоминания о маме-суке потихоньку стирались из его памяти. Нет, он не был неблагодарным. От рождения и весь период взросления, по мере развития органов чувств, мироощущения менялись и песик воспринимал маму-суку каждый раз по новому. Первым он научился воспринимать запах. Мама пахла любовью, радостью, заботой и, что для него было наиболее важно - невероятно вкусно! Еще от нее исходило приятное тепло, так необходимое щенкам. Когда появился слух, он научился выделять звуки, издаваемые мамой-сукой из их огромного разнообразия. Зрение проявилось последним. Оно не было совершенным, более того, тойчик рос близоруким, если подобное определение можно отнести к собакам. На зрение он полагался меньше, чем на обоняние. Может по этому именно зрительный образ потускнел больше всех?

Песик не был одинок. Рядом копошились две сестрички. Такие же слепые, мелкие и беззащитные. Были в доме и другие собаки. Но мама-сука тех не подпускала. Только людям разрешалось прикасаться к щенкам, брать их на руки. От двуногих исходили тепло и доброта. Иногда они больно кололись, но всякий раз после этого щенки получали огромную порцию любви и ласки. Так что мелкие неприятности быстро забывались.

Мама-сука любила его больше всех. Это он помнил крепко. А также ее наставление: когда песик вырастет, он станет главным защитником стаи. Хозяева непременно будут обожать свою собачку, а он отплатит им преданностью, любовью и заботой о безопасности семьи.

Безмятежная жизнь кончилась резко и неожиданно. Он помнил только жуткий холод. И тепло сестренок в сумке. Они вжимались друг в друга, пытаясь согреться. Иногда щенков брали на руки, тогда лютый морозный воздух больно кусался. Возвращение в сумку было приятным и желанным. Через некоторое время сестренки куда то пропали и ему становилось все холоднее. Страх сковывал щенка. Он не понимал: за что ему посланы эти муки и когда они закончатся.

И тут появилась Мамка! Она единственная догадалась посадить тойчика на грудь, под одежду. Там было так тепло, что он сразу согрелся. Щенок свернулся калачиком, пытаясь спрятать свой маленький чувствительный носик от жгучего морозного воздуха. Самым большим желанием в тот момент было, чтобы эта большая и теплая женщина оставалась с ним. Ему было так уютно у нее на груди, точнее между ними двумя. ”Я вас люблю, возьмите меня. Вы меня хотите!” - неустанно транслировал он. Тогда он еще не знал, что люди почти не умеют воспринимать образы. А может хорошо, что не знал?

Его мольба была услышана. Песик так и остался в этом теплом уютном «гнездышке» на груди у доброй женщины. Вокруг раздавались голоса двуногих. Но они не волновали собачку. Он ощущал любовь и тепло человеческого тела. И радость. Безграничную щенячью радость. Он нашел свой дом, свою стаю! Или его нашли? Не важно. Он будет любить и охранять хозяев, как завещала мама-сука.

Новая семья была абсолютно другой. В ней было много людей и ни одной собаки! Но зверюшек хозяева определенно любили. В квартире проживал еще один хвостатый. Чаще его называли коротким именем «Кот». Он был просто огромный, гораздо больше мамы-суки и обладал длинной, густой шерстью. Щенок сразу полюбил кота и даже попытался лечь спать рядом. Увы, это ему не удалось. Патлатый предпочитал забираться на верхотуру, куда собачке было невозможно добраться. Уговоры, поскуливания не давали результата и щенку приходилось спать в одиночестве. Зато в своем домике! Мамка подарила.

Жизнь у щенка началась сказочная. Все члены семьи его любили, ласкали. Кот по прежнему отказывался спать рядом, но собачку обожал. Даже закапывал в ящике с песком собачьи «художества». Пес в долгу не оставался и обязательно, после туалета кота добавлял сверху, свой запах. Иногда кот мог вылизать Тохе шерстку. Язык у патлатого был жестким и шершавым. Не такой, мокрый и ласковый, как у мамы-суки. Пробирал аж до костей. Но массаж получался отменный. Щеночку нравилось. Одно плохо. Спать приходилось одному в холодном, пусть и мягком домике. Тоха мерз, но терпел. Любовь домочадцев с лихвой перекрывала эти мелкие неприятности.

Кот был большой и толстый. Бегать не любил, да и не умел толком. Когда мчались к входной двери встречать хозяев, собачка всегда его обгоняла и первая запрыгивала на руки. В прочем, такая фамильярность для хвостатого друга была неприемлема. Он разрешал только почесать себя за ухом. Или погладить. Так что их дружбе ретивость пса совсем не угрожала.

Главными в семье несомненно были Мамка и Хозяин. Мамка была сама любовь. Это песик понял еще с первой встречи, на «Птичке», морозным зимнем днем. Однако всю работу по ходу за четверолапыми любимцами выполнял Хозяин. Кот особенно его выделял и любил. Он сообщил Тохе, что только Хозяин может понимать их язык. Пусть не всегда и не с первого разу, но он был способен воспринимать образы хвостатой братии. Так что все просьбы надо направлять именно нему. Щенок сразу начал проситься в теплую и уютную постель. Кот не обманул. Хозяин не только понял его, но и ответил, что песик должен спать в домике. Это лучшее место для собак. … Не срослось. Огромные запасы позитивной энергии переполняли собачку, так что грустить было не когда. Он просто купался в любви и быстро забывал мелкие неприятности.