Рассказы о животных

Прогулки по радуге

Посвящается хозяевам,

 терявшим своих питомцев

Ненси была небольшой очаровательной собачкой. Черной, с белыми отметинами. В последнее время подобные хвостики встречаются практически возле каждой многоэтажки. Хозяйка считала ее той терьером, исходя из внешнего вида и размера любимицы. Уважаемые владельцы тоев, не надо кидать в меня гнилыми помидорами. Это мы с Вами знаем, что подобный окрас для наших божественных созданий неприемлем и ведет к выбраковке. Вера Степановна ничегошеньки  не знала про стандарты, она даже ни разу не была ни на одной собачьей выставке, считая их профанацией. “Как можно измерять любовь? Моя Ненси - самая лучшая, для меня, разумеется. Если кто думает иначе, он лжет” - говорила она - “И нечего выпендриваться. Это от жажды наживы”. 

После отъезда дочери в новую семью, Вера Степановна со своим тойчиком стали совершенно неразлучны. Спали, гуляли, работали обязательно вместе. Еще в молодом возрасте собачку пришлось стерилизовать. Врачи настаивали. Отсутствие щенков мало огорчало подружек.

Ненси была типичным представителем своей породы: обожала свою хозяйку до безумия. Бесстрашная, она была готова биться с кем угодно, хоть с догом. Размер был не важен. Главное дабы все понимали: ее мамка под защитой самого преданного в мире существа.  Она никому не позволит даже тявкнуть в ее сторону. Себя она маленькой не считала. Если к собаке можно применять человеческие понятия, тогда у Ненси пришлось бы диагностировать “Комплекс Наполеона”, причем ярко выраженный, что, впрочем, не отравляло ее жизнь ни капельки.

Внукам, как и прочим родственникам, разрешалось целовать бабушку, оказывать ей знаки внимания. Более того, ради обожаемой хозяйки Ненси согласна была терпеть приставания “любимых” гостей. Она разрешала себя гладить, брать на руки. Лишь бы мамка была довольна.

Собаки появляются в нашей жизни не только ради того, чтобы показать нам, гордецам, что в мире существует простая и бескорыстная Любовь. Они не просто Утешители. Их век, к сожалению,  не долог. Четверолапые хвостики приучают нас к потерям. Близкого, дорогого, любимого. ... Пришел срок и Ненси. Однажды морозной ночью она тихо “ушла по Радуге”. Для Веры Степановны ее смерть оказалось невосполнимой утратой. Старушка рыдала дни напролет, забывая обо всем. О себе в первую очередь. Для нее бытие закончилась с уходом  любимицы. Самое страшное для ее родственников, было то, что она на полном серьезе собиралась вслед за подружкой. Пропал у бабушки интерес к жизни. Ни дочь, ни внуки не могли утешить страдалицу. Казалось, что наближалася катастрофа. 

Но не все так плохо в это мире! Спустя пару недель, приехав к матери, дочка неожиданно для себя застала ту в прекрасном настроении. Вера Степановна была не просто в порядке: ухожена и одета во все чистое. Она вернулась к своему любимому занятию - выпечке. Куличи для внуков  отдыхали под вафельным полотенцем и источали превосходный, такой манящий, знакомый с детства запах  приближающейся Пасхи. На вопрос: что произошло, счастливая Вера Степановна ответила, что она видела сон и свое маленькое ушастое счастье. Их Любовь не может просто так исчезнуть! Нэнси скоро вернется. Надо будет в последнее воскресенье октября приехать на “Птичку”. Найти продавщицу - Светлану Михайловну. У нее и будут щенки той терьеров, а среди них  обязательно найдется и мое сокровище. 

За повседневными заботами лето она и не заметила. Близилась зима. В последнее воскресение октября Вера Степановна чувствовала себя именинницей. Надев свой лучший наряд, она собралась на “Птичий рынок”. Надо ли говорить, что дочь и зять были рядом? Опасаясь непредвиденного, они оставили детей, слишком юных для возможных потрясений дома. 

Денек выдался хмурым, солнышко пряталось небольшими свинцовыми тучами. Иногда оно проглядывала в образовавшиеся оконца, одаривая прохожих последним осенним теплом. Дыхание зимы становилось все более осязаемым. Наши посетители переходили от прилавка к прилавку, знакомились с продавцами. Светланы Михайловны среди них не обнаруживалось. Более того. Никто даже предположить не мог: о ком идет речь. Праздничный настрой Веры Степановны угасал с каждой минутой. Истерика приближалась, как зимний снег. Дабы отвлечь маму от грустных мыслей, решили зайти в одно из прилежащих кафе. Переждать неприятный, холодный дождик и выпить кофе. В данной ситуации тот был просто необходим. Неожиданно, возле столика, прямо на столбе, они увидели объявление, написанное корявым, почти неразборчивым почерком: “элитные той-терьеры. Светлана Михайловна”. Внизу был указан телефон. 

“Она, звоните быстрее!” Старушка просто тряслась от нетерпения. Благо, в современном мире, после появления мобилок, звонок из кафе давно уже  не был роскошью. Абонент ответил не сразу. Действительно Светлана Михайловна была заводчицей тоев. Да, недавно у одной из ее девочек был помет. Но он весь распродан. Нет. Она никогда не торговала на “Птичке”, ее собаки слишком дороги и не место им в подобной обстановке. Вера Степановна заревела во весь голос и прокричала в трубку: “Ненси, отдайте мне мою Ненси!” Зятю даже пришлось отойти в сторону. Он извинился и сообщил, что его теща недавно потеряла собаку. Черную с белыми пятнами. Той терьер. Ей приснилось, что ее Ненси вернется к ней именно  с пометом Светланы Михайловны. Сбивчивые объяснения молодого человека возымели неожиданное продолжение. После недолгого молчания женщина вдруг продиктовала свой адрес и произнесла: “приезжайте”. Путь был неблизким. Частный сектор. Пригород. 

Спустя час - полтора они были на месте. Светлана Михайловна оказалась миловидной женщиной “бальзаковского возраста”. Во дворе, примыкая к дому расположился небольшой вольер, прямо под открытым небом.  В нем просто бесновались тойчики различных окрасов. Зайдя в дом, они обнаружили, что в прилегающей к огражденному участку двора комнате, уместилось достаточное количество уютных клеток-домиков. Добротное и качественное жилье для питомцев. Тоев было много. И каждый норовил запрыгнуть на руки, где замирал, млея от удовольствия. Его товарищи прыгали вокруг и требовали для себя такого же обращения. Этот живой конвейер, по идее, мог растопить сердце любого. Только не Веры Степановны. Осмотревшись, та заявила, что тут нету Ненси и опять заплакала.