Рассказы про Еву

Как Ева помогла снеговику увидеть цветы

Это было 28 февраля. В последний зимний день Ева и Снеговик в последний раз играли в слова. Они сидели на берегу замерзшей реки, покрытой тонкой коркой льда, отражающей бледное зимнее солнце. Вокруг них простирался заснеженный лес, деревья стояли, укутанные в белые шубы, а воздух был наполнен свежестью и ожиданием перемен. Ева и Снеговик пытались наговориться, так как завтра должна была прийти весна, и снеговик неизбежно растает.

— Ведро! Тебе на О, Ева, — улыбаясь произнес снеговик. Он знал мало слов и почти всегда проигрывал, но ведро, морковка и шарф — эти слова он знал хорошо.

Ева немного задумалась, вспоминая, какие же слова на О она еще не говорила. Ее взгляд блуждал по заснеженному пейзажу, ища вдохновения. Вдруг ее осенило.

— Одуванчик! Ну конечно же, одуванчик. Тебе на К, — уже весело смеясь сказала Ева.

— А что такое одуванчик? Я не знаю такого слова. Ты жульничаешь, — насупился снеговик. Он и правда не знал, что это.

— Ну как это нет! — возмутилась Ева. — Это такой цветок, который сначала желтый-прежелтый, а потом распушинивается, и его так весело можно сдуть. Ты что, снеговик, никогда не видел одуванчик?

— Нет. А что такое цветок? Я такое тоже не видел. Я же сплю с марта по декабрь и многого не знаю. Расскажи мне, — немного грустно попросил снеговик.

— Ой, я даже не знаю. Цветы – это такие яркие и красочные... Ну как снежинки, только другие и цветные, но тоже очень красивые. Прости, снеговик, но я правда не знаю, как тебе рассказать о них. Их надо увидеть. Может, ты не ляжешь спать, а побудешь с нами еще месяц, и ты увидишь много разных цветов — подснежники, фиалки, гиацинты. Они все появятся весной, тебе совсем немного нужно подождать.

— Я не могу. Завтра солнце будет очень яркое, и мне будет больно, — уже совсем грустно ответил Снеговик.

— Так, не грусти. Пошли к Большому, он что-нибудь придумает, — и Ева, взяв снеговика за край шарфа, побежала в сторону горы, в которой жил мудрый волшебник, у которого не было имени, или было, но он был такой старый, что забыл его, и Ева звала его Большой, потому что тот и правда был очень большой.

Когда они прибежали, Большой как раз убирал зимние вещи в шкаф и доставал весенние. Шуба, теплые куртки и много-много шапок лежали по всему дому. Их аккуратно складывали, чтобы в следующую зиму снова достать.

— Большоооой! Большооооой! — кричала Ева, забегая в комнату. — Нам нужна твоя помощь, помоги Снеговику увидеть цветы. Сделай так, чтобы ему не было больно, когда завтра придет Весна, и он не заснул.

— Хм, я, пожалуй, могу кое-что сделать, — задумчиво произнес Большой. — Я не смогу оставить тебя снеговиком, но я смогу сделать тебя ручейком! Как тебе?

— Но он же не сможет ходить и все равно не увидит цветов, Большой, — утирая слезы обиды сказала Ева.

— Не плачь, — сказал снеговик. — Подумаешь, я не увижу цветов. Я много чего за зиму увидел — рябиновые ягоды, снегирей, кормушки, лису и даже один раз большую грохочущую махину. Большой сказал, что это был трактор.

— Не спешите расстраиваться, друзья мои, — уверенно сказал Большой, подняв указательный палец. — Я сделаю Снеговика ручейком, он побежит по склону и станет частью реки, и ее течение отнесет его к теплым странам. Там солнце такое горячее, что он превратится в пар и полетит вверх, где станет частью облака. И оттуда, сверху, он сможет увидеть все-все цветы и не только. Он сможет летать над землей и видеть все то, чего раньше не видел.

— УРРАААА! — одновременно закричали Ева и Снеговик. Они взялись за руки, стали кружить по комнате, прыгая и крича от радости, а Большой стоял с гордой улыбкой и смотрел на них с высоты своего большого роста.

Когда Ева и Снеговик напрыгались, Большой отправил Еву спать, а сам начал готовить заклинание, чтобы превратить Снеговика в ручеек. Когда все было готово, и Большой сказал Снеговику, что им надо идти к реке, Снеговик попросил еще минутку, чтобы попрощаться с Евой.

— Но только минутку, — сказал Большой. — Если мы не успеем до полуночи, то ничего не получится.

— Хорошо, — сказал снеговик и пошел в комнату к Еве.

Та уже спала, держа в руках свою любимую мягкую игрушку-котенка и, наверное, видела какие-то свои сны. Снеговик сел с ней рядом.

— Прощай, Ева. Не знаю, увидимся ли мы снова, но если увидимся, то я обязательно выиграю у тебя в "Слова", так как увижу много нового и узнаю много новых слов.

После этого он поправил одеяло и пошел на улицу, где его уже ждал Большой. Они молча пришли к реке, думая каждый о чем-то своем.

— Так, Снеговик, вставай тут и жди чуда. Скоро взойдет солнце, но тебе не будет больно. Обещаю, — видя, как напугался Снеговик, поспешил успокоить его Большой. — Оно поможет мне сделать тебя ручейком.

После чего он осыпал снеговика каким-то порошком, от которого тот пару раз чихнул, и пошел домой.

Утром, когда Ева проснулась, она первым делом побежала на берег, ожидая увидеть, как Снеговик станет ручейком. Но на берегу она встретила только Большого, который радовался первому весеннему солнцу, а рядом с ним лежали ведро, морковка и шарф.

— Он... Он... — чуть не плача пыталась что-то сказать Ева.

— Он уже часть реки, Ева, — успокоил ее Большой. — Видишь вон тот гребень волны, который так весело играет с лучом солнца? Это Ручеек, который вчера был Снеговиком.

Ева всмотрелась в то место, куда показывал Большой, и ей показалось, что ручеек улыбнулся ей. Последний раз, как бы дразня солнце, коснулся его луча и побежал по реке вдаль. Он ждал ее, чтобы попрощаться — поняла Ева.

— Большой, а мы с ним еще встретимся? — немного грустно, но все-таки с радостью за друга спросила Ева.

— Конечно. Он вернется осенью, когда пойдут дожди.

— Дождиии. Не люблю дожди.

— Ева!