Рассвет над Греолом

16

Друзья, немного задержала выкладку главы - дописывала свою "Марту" и эпилог вышел просто огромным. Но вот, голова свободна для нашей новой истории, и мы продолжаем!

А вот и молодой Велт.

- Миледи, благодарю вас за отменную «заплатку», расшаркиваясь передо мной, остроумничал Велт, намекая на боевую ссадину, починенную мной. Правда, про организованную ему в шевелюре проплешину скромно умалчивал.

Малый вроде был вполне безвредный. Обижать его не хотелось. Но это шутовство, честное слово, вязло на зубах и вызывало стойкую оскомину. А «юноша пылкий со взором горящим» никак не унимался, сверкая огоньками в очах, как мальчишка, который точно знает, что вот-вот нашкодит.

- Да у меня вообще… рука лёгкая, — вполголоса прокомментировала я. И про себя ещё добавила:

- Хоть и не всегда, не всегда.

- Удивительное у тебя терпение, — «невероятно проницательно» подметил он после короткой паузы, сообразив, что предыдущая тема как-то не развивает наш разговор. Правда, мы с ним сейчас имели в виду немножко разное, размышляя о моей выдержке. — Будь на твоём месте, я бы, признаться, и дня не вынес с Эльтеном под общей крышей один на один.

-Так ты и не на моём месте, — спокойно парировала я. — И, судя по манерам, терпение тебе вообще не свойственно. А Эльтен, между прочим, замечательный дед. И вашу четвёрку экстремалов-приключенцев любит всем сердцем.

- Экс… чего?

- Любителей риска.

- А! Ну, это да. Так ведь зудит же постоянно, как заноза в…

-А что ворчит, так это напускное, ради дисциплины, — прервала ябедническую тираду собеседника я. - Он ведь не сердобольная бабуля, чтобы за вами с платочком носиться, охать-причитать, пирожком кормить да по макушке гладить. Важнее то, что он о вас заботится. Не без подначек и «подзатыльников», конечно, зато надёжно, крепко, искренне. Куда вы без него? Да и я теперь... тоже. — махнула рукой и нахмурилась:

- Так что ты мне старика не трожь и со мной не обсуждай — не поддержу.

- Сурово отчитала, — хмыкнул Велт, потешно сморщил нос и моргнул. Физиономия у парня сделалась, как у чихнувшего Пикша, сунувшего нос в пыль. И следом его брови театрально вздёрнулись «домиком»:

- А я всего лишь хотел выразить восхищение: не каждый день в доме старого барона появляется женщина столь… необыкновенная.

Ёлкин дрын, ну что за... унылый Пьеро воплоти! Ещё и руку к груди приложил с видом уязвлённого в самое сердце рыцаря.

Я остановилась и повернулась к нему лицом. Собиралась окатить юношу порцией прохладной иронии, но вместо этого просто расхохоталась:

- Велт, если ты продолжишь выражаться в подобном духе, я заподозрю тебя в том, что ты вовсе не воин, а просто актёр-любитель. Или — не приведи судьба — поэт.

- Ну прости, — он с наигранным покаянием опустил глаза. — Я всего лишь странник, сбитый с пути взглядом удивительной женщины, которая могла бы стать мне…

- Только не продолжай, — бодро вставила я. — Первое, что приходит на ум – «воспитательницей». Но это полная жуть. Так что давай сразу остановимся на доброй дружбе.

- Я хотел сказать — вдохновением, — кажется, не желая сдаваться, мягко улыбнулся он.

Я только вздохнула. Знала таких — обаятельных, уверенных, льстиво-шутливых, и всё же… было в нём что-то обезоруживающе искреннее. Как у щенка, который старательно прикидывается волком. Однако задорно мотыляющийся из стороны в сторону хвост уже выдал его с головой.

- Велт, — сказала я нарочито строго, но без злости, — если хочешь нравиться женщинам, начни с молчания. Работает безотказно. А теперь — шагай. Честное слово, не знаю, как ты, а я устала как собака.

- Молчу, — покладисто кивнул тот и потопал к дому. Тут же, зараза, ещё развернул голову в мою сторону и добавил через плечо:

- Только помни, что и молчание бывает очень красноречивым.

Еле удержалась, чтобы не подобрать какой-нибудь дрын покрепче и не добавить этому «обольстителю» вторую шишку – для симметрии.

Удивительно, что всю мою «звёздность» Велт изначально воспринял без малейшей опаски. У старших вон и умы понаморщились, и желваки заходили, и подозрительность во взорах образовалась поначалу. А у этого игривого, белозубого самородка из местной знати – сразу один лишь восторг.

К дому я вернулась с невероятным облегчением. Прогулка с целью релакса для нервов, прямо скажем, не задалась.

Во дворе у кострища сидели молчаливые, серьёзные Эльтен с внуком.

- Велт, — разогнулся и сурово воззрился на товарища Кайрен, разводивший огонь, — баронетте нужен отдых. Задержись.

- Баронетте?! – запнулся на полуслове наш молодой ловелас.

- Именно.

- Но как?..

- Потом узнаешь, — оборвал его мой спаситель.

Кстати, реально спаситель и уже не в первый раз. Велт так решительно шагал в сторону дверей, даже не собираясь тормозить во дворе, что у меня возникло опасение, будто юноша вознамерился провожать меня до самой спальни.

- Так что твои шутки про «миледи», возможно, не так далеки от правды, — «пропела» я, по плавной дуге огибая застывшего на месте «кавалера». Послала благодарный взгляд Кайрену, поймала понимающую усмешку деда и, устало, но быстро переставляя ноги, отправилась в комнату. Ещё бросила на ходу:

- Всем добрых снов.

Правда, ложится спать, очевидно, пока никто, кроме меня, не собирался. Раган и Торвен (как самые здоровые), судя по шуму, устроенному в дальней комнате, готовили мужской номер для проживания. Половина небольшого стожка душистого сена с улицы планомерно перекочёвывала в это помещение.