Рассвет перемен для леди Уокер

16. Прекрасная пара

Юлиана

Остаток вечера прошёл напряжённо, ведь я понимала, что Ракель случившееся просто так не оставит. Она не успокоится, пока не отомстит мне. Не напрямую, нет. Сестрица не станет гадить в открытую. Будет действовать исподтишка — в этом она мастерица. В её мыслях уже наверняка сложился план, где пострадает та, кто мне сильно дорога.

Мия.

Ракель прекрасно знала, что мы с ней дружны. Что Мия для меня не просто камеристка, а гораздо большее — подруга, которой я доверяла свои тайны. Сестра ударит по ней.

Вот только я через это уже проходила и буду готова!

В прошлый раз, когда она оттаскала меня за волосы из-за Яна, ей этого показалось маловато. Она подняла вой на всё поместье, уверяя, что потеряла в саду свой любимый браслет, и заставила слуг искать его, слёзно обещая щедрое вознаграждение. Но браслет, что вполне ожидаемо, не нашёлся, ведь эта гадюка его не теряла!

Два последующих дня Ракель ходила заплаканной и убитой горем. При бабушке за общим столом ничего не ела, а потом наигранно покачивалась при ходьбе, искусно изображая головокружение от недостатка пищи.

Ракель делала всё, чтобы выглядеть измученной и убитой горем. Бабуля так сильно переживала за неё. Вызывала лекарей и предлагала купить любое украшение, но она отказывалась, выжидая нужного момента.

И такой момент настал.

Через пару дней после «потери» драгоценности прачка, ответственная за грязное бельё в поместье, прошлась по всем комнатам служанок, собирая их форму, и как раз-таки в фартуке Мии нашла тот самый злосчастный браслет.

Бабушка, не находя покоя из-за здоровья своей старшей внучки, не стерпела. Ещё и Ракель подливала масло в огонь, всхлипывая и хватаясь за сердце. Глава дома пришла в ярость, вызывая стражей и требуя, чтобы те немедленно казнили воровку.

Именно это и произошло…

От одного только воспоминания о том, как я умоляла бабулю простить Мию, как падала стражникам в ноги, пытаясь защитить её, сердце разрывалось в клочья, а душа наполнялась несокрушимой яростью.

Моя Мия… Она так плакала… Беззвучно, прощаясь со мной взглядом. Я никогда не прощу Ракель за то, что она сделала! За то, как злорадно хохотала над заплаканной мной, рассказывая о своём коварном плане. Она видела, как сильно мне больно, как я мучаюсь, но продолжала издеваться, наслаждаясь моими страданиями.

Сейчас ситуация была другой, но в чём-то всё же схожей. Бабушка впервые в жизни выставила её из своей комнаты, ещё и мой танец с Яном… Интуиция верещала о том, что совсем скоро Ракель даст о себе знать. И я буду к этому готова!

Ночь прошла вполне неплохо. Проснулась чуть раньше, намереваясь побыстрей позавтракать, а после отправиться к отцу. Хотела попросить, чтобы он помог до конца разобраться с цифрами в отчётной книге из лавки тканей. Она была мне необходима для воплощения идеи с шёлком.

— Бабушка, доброе утро! — войдя в комнату, я приветливо поклонилась.

— Юлиана? — удивлённо вскинула она бровь. — Так рано встала.

— Хочу получше ознакомиться с делами лавки, — я подошла к чайнику и налила чай в чашку главы дома.

— Я ещё не дала своего согласия, — хмыкнула она, поблагодарив меня кивком головы за напиток.

— Не подумай плохого, — сдержанно улыбнулась ей в ответ, — даже если ты откажешь, я получу хотя бы теоретические знания в этом деле. Практика, конечно, хорошо, но база строится на теории.

— Всё верно, внучка, — бабуля одобрительно кивнула. — Мне нравится твоё стремление к ведению дел, — довольно сощурилась она, делая глоток чая. — Присаживайся. Позавтракай со мной. А после я дам тебе пару уроков.

— Правда? — замерла я. — Спасибо, бабушка!

По обеденному залу прокатился тихий смех главы дома, который тут же прервался, стоило на пороге показаться тётушке и Ракель.

«Нет, вы только посмотрите на неё! — фыркнула я мысленно. — Глазки в пол, ни грамма косметики, а лицо-то какое виноватое!»

Ракель пусть и не обучалась актёрскому мастерству, но владела им в совершенстве.

— Доброе утро! — смиренно произнесла она, поклонившись ниже положенного.

Меня сестрица не удостоила даже взглядом, тем самым делая мне одолжение.

— Мама, Юлиана, — кивнула тётушка, — доброе утро!

— Доброе, — ответила бабуля.

В зале повисла тишина, нарушаемая пением птиц за окном и звоном посуды.

— Мама, — начала Сильяна, не смея оторвать глаз от тарелки, — прошу простить меня за то, что не смогла воспитать дочь, как положено!

«Ну началось!»

— Её неподобающее поведение — полностью моя вина, — каялась тётка, жаль только, что неискренне. — Уверяю, больше такого не повторится!

Бабуля недовольно зыркнула на неё, не произнося ни слова.

— Будь спокойна, — продолжила Сильяна, — когда она выйдет замуж, то не посрамит честь нашей семьи!

— Замуж, — фыркнула бабушка. — Разве есть кандидатура?

«Нет…» — замерла я, с трудом контролируя дыхание.

— Есть! — важно кивнула тётка.

«Нет! Нет! НЕТ!» — закричала я мысленно, сжимая ложку до побелевших костяшек.

— Молодой лорд Нортон! — довольно кивнула Сильяна, которую невероятно хотелось чем-нибудь заткнуть. — Сын министра военного дела! Значимая фигура в знатных кругах! Возглавляет столичное бюро расследований. Дочь выбрала его! Вы дали слово, мама, что, если Ракель кто-то на ужине придётся по душе, то свяжетесь с его семьёй и предложите им нашу красавицу, — тётка любя провела пальцами по волосам смиренно сидящей гадюки. — Уверена, — вздохнула Сильяна, улыбаясь, — из них получится прекрасная пара!