Растопи мой лёд

Глава 06.

POV Святослав.

После короткого стука дверь открывается. Я вхожу вторым, прячась за спиной отца.

Незнакомая женщина с усталым лицом шёпотом отчитывается, пока я прилипаю взглядом к фигуре на кровати.

Бабушка полусидит, со всех сторон обложенная подушками.

Голова свешена на грудь. Она спит.

Медсестра или сиделка, я не особо понял, говорит, что вколола успокоительное, так как с самого утра бабушка дёргалась и переживала.

Уверен, она чувствовала мой приезд.

— Ты ей не говорил?

— Нет. Ей нельзя волноваться.

И всё же она волновалась.

— Можно? — уточняю у всех сразу, а сам уже огибаю высокую резную спинку и дотрагиваюсь до сухой ладони, расположившейся поверх объёмного пледа.

Прохладная и совсем невесомая ладошка утопает в моей большой.

А раньше бабуля водила меня за руку, и я гордился тем, что мы — команда.

Поглаживаю подушечкой большого пальца шершавую кожу. Тонкую и немного отдающую желтизной.

Не моргая, рассматриваю ту, которая навечно занимает главное место в душе.

Бабушка изменилась. Из статной мадам, как она себя называла, превратилась в старушку.

Морщины, нездоровый цвет кожи, опущенные уголки губ и тени под глазами.

Она всегда была яркой, а сейчас словно все краски выгорели.

— Страшно?

Отец подходит с другой стороны и присаживается на постель.

— Неожиданно.

— Страшно... Ты не думай, Свят, что я назло тебе всё решил. Сам бы не простил. А она слово взяла, что тебе никто не расскажет. Считай, я ради тебя нарушил обещание. И про то, что Петра отправил...

— Мне всё равно, — перебиваю. Мне надо время, чтобы переварить услышанное.

Это... шок...

— Не всё равно. И мне не всё равно. Иначе я бы не стал заострять внимание.

— И не стоит, — отбиваюсь, настроенный на другую волну. — Мне реально всё равно.

И я не лгу. В моменте мысли заняты совершенно другим. Те обиды, которые накинулись сначала, отошли на второй или даже третий план.

— Сколько она будет спать? Час, два?

Медсестра, помявшись, отворачивает голову к окну.

— До утра. Она слишком сильно нервничала.

— До утра, — повторяю эхом.

Ещё некоторое время стою рядом, не расцепляя пальцев. Хочется думать, что моё присутствие согревает.

Но отец хмурится, намекает, а потом и прямо указывает на дверь.

Я понимаю, что стоять бесполезно, и всё же покидаю бабушкину комнату с тяжёлым сердцем.

***

Получив заказ, выбираю серые джинсы и худи с абстракцией на груди.

Запрыгиваю в кроссовки, приехавшие одновременно с одеждой. На руке защёлкиваю браслет часов — подарок родителей на окончание школы.

Пара пшиков парфюмом, приобретенным в дьютике перед отлётом. Новый запах как символ новой жизни.

Сбегаю вниз и натыкаюсь на отца.

— Ты куда?

— Налаживать старые связи, — усмехаюсь. — Или новые. Как повезёт.

У ворот уже ждёт школьный друг, с которым мы не терялись. Он несколько раз прилетал ко мне в Сан-Диего, и мы классно тусили. Правда, в последний раз он был с девчонкой и, кажется, у них всё серьёзно.

Сегодня его девушка гостит у родителей, поэтому он согласился составить мне компанию. Обещал подтянуть других парней, с которыми мы раньше общались.

Мы здороваемся, стукаясь кулаками, и похлопываем друг друга по плечам.

Я протягиваю ему презент — брелок в виде клюшки с автографом Никиты Кучерова.

Этот форвард стал лучшим российским бомбардиром и ассистентом сезона, а также пятым снайпером. Куч набил сто тринадцать очков, включая восемьдесят три результативные передачи. В списке лучших бомбардиров сезона нападающий «Там*пы» разделил третье-четвёртое места с Давидом Пастрняком, который оказался выше лишь за счёт голов.

Друг мечтал о личной встрече, но повезло пока только мне.

— Пусть мечты сбываются, — подшучиваю, вкладывая подарок в его ладонь.

— Уже начинают, — бормочет он, пряча свой трофей. — Падай. Расскажу тебе последние новости.