Равновесие в тебе. Выбор.

Глава 2

На утро вновь прибыл Габриэль. В этот раз позолоты на нем не было. Лишь небрежно расстегнутая рубаха и невзрачные кожаные штаны. А еще ужасающая извращенная ухмылка, с которой он бил меня, не боясь замарать руки.

- Говорят, равновесницы - мерила справедливости. – Он сжал мне подбородок, заставляя посмотреть в его темные глаза. – То, что я делаю с тобой, похоже на справедливость?

Его излюбленный удар внешней стороной ладони вновь пришелся по моей скуле. Я лишь безвольно дернулась, повисшая на цепях.

- Я слышал, равновесницы пропускают всю несправедливость через себя и это дико больно. – Он получал истинное удовольствие, мучая меня. – Значит боль, тот рычаг, который должен заставить тебя пробудиться.

Снова удар, на этот раз под ребра. Я гулко выдохнула, кусая губу, чтобы не вскрикнуть от боли.

- Я не равновесница… - Повторила я в очередной раз, как мантру.

Но он, как и во все остальные разы, пропустил это мимо ушей.

Не знаю, сколько прошло дней. Моя магия, как будто не работала. Я чувствовала ее в себе, знала, что она немного поднакопилась, но видимо темный барьер не позволял мне залечить даже разбитые губы. Габриэль приходил ежедневно, а иногда и не по одному разу. Я свято верила, что делать мне больно, стало для него любимым занятием.

- Ты все равно пробудишься. – Прошептал он в один из дней, приблизившись ко мне очень тесно. – Рано или поздно, но тебе придется откликнуться.

И он впился в мои окровавленные губы, как будто смакуя, пущенную им же, кровь. Его рука больно сжала мою грудь, а вторая прижала меня к его телу. Не бей он меня до этого, может это и стало бы для меня полнейшим шоком и гранью моего страха. Но все болело так, что единственное, что во мне всколыхнулось это неисчерпаемое омерзение!

- И желательно «рано». – Оторвался он от меня и улыбнулся, испачканными в моей крови, губами. – Ведь будущему императору нужна исключительная императрица! Хоть и в ошейнике!

Его смех умудрился отозваться эхом в маленькой каменной келье, заставляя задохнуться от подступившего ко мне ужаса.

- Да, - Продолжал он через смех. – Ты будешь ходить в ошейнике! Не думала же ты, что я позволю тебе направить свой дар на меня!?

Он резко дернул мою блузу, разорвав ее на две части и, вперился в меня глазами.

- Зато нашу дочь уже не придется заставлять трудиться на благо моей Империи!

И да, его руки опять больно стиснули меня, заставляя молчаливо взмолиться о том, чтобы он лучше продолжал меня бить. И, кажется, мои молитвы были услышаны, ибо он остановился и не позволил себе большего. Проскочила мысль, что ему просто-напросто запрещено трогать меня в этом плане, ведь иначе он сделал бы это еще в первый день.

Спустя какое-то время он все-таки заставил меня кричать от ужаса, изменив тактику. Вероятно, он понял, что избивание и запугивание не работает, и стоит попробовать что-то еще.

Дверь в келью открылась, и люди Габриэля втащили сильно избитого паренька.

- Томас? – Воскликнула я прежде, чем осознала происходящее.

Он не стоял на ногах, а висел на двух мужчинах, державших его. Одежда была изрядно испачкана и порвана. Но самым страшным было его лицо. Почти все в крови, опухшее, правый глаз и вовсе не открывался, нос был неестественно сдвинут в сторону…

- Господи, Томас! – Зарыдала я.

-Мира… - Прохрипел он, чуть подняв голову.

Но едва он заговорил, один из мужчин ударил его сапогом в живот.

- Нет! – Крикнула я, но совершенно в пустую. – Пожалуйста, не надо!

Но мужчины продолжали избивать его прямо у меня на глазах. Маленький попаданец хрипел, уже, кажется, не способный кричать, и периодически отплевывался кровью. Когда мальчишка отключился, я уже сорвала голос, умоляя оставить его в покое. Я повисла на цепях, вздрагивая от всхлипов и в очередной раз проклиная этот мир.

Едва Томаса уволокли, в келью вошел Габриэль. Все с той же извращенной ухмылкой и донельзя довольный. Медленно подошел ко мне и снова сжал грудь так сильно, что я не сумела сдержаться и вскрикнула от боли.

- Я убью тебя. – Прошептала я, пытаясь унять рыданья. – Убью тебя, а из твоего черепа сделаю сувенир для орков!

Слышать его смех было еще больнее, чем терпеть его удары. Мне казалось, я быстрее умру от чувства безнадежности и понимания, что ничего не могу сделать. В этой чертовой пыточной у меня не хватало ни физических, ни магических сил!

- Как думаешь, кто пострадает следующим? – Продолжал глумиться лорд Айрима. – Может быть, та подавальщица из твоего мира? Или та студенточка, которая лишь недавно обрела Силу?

Кажется, он говорил о Зофии и Дине. Но ведь если до Зофии он и сможет добраться, как он доберется до студента Академии? Вряд ли тот маг, согласится так напрягаться лишь для поимки рычага давления на строптивую равновесницу!

Стоп!

Томас - студент Академии! Он под охраной Тахая и Марайи! А знаток попаданцев пеклась о парнишке, как о собственном сыне!

И я глухо засмеялась, вызывая удивление на лице императорского племянника. Удар вновь пришелся по лицу, но не заставил меня перестать смеяться. Габриэлю, явно, не нравилось не быть королем ситуации, поэтому очередной удар и вовсе заставил захохотать меня, как ненормальную.

- Его здесь не было… - Хрипела я через смех, как сумасшедшая. – Его не было…

- О чем ты говоришь, дрянь!? – Он схватил меня за волосы, откидывая мою голову назад.

- О том, - Смеяться с запрокинутой головой было жутко неудобно. – Что кого бы ты ни привел – тебе это не поможет!

Удар под ребра и мой смех превращается в какой-то тявкающий хрип. Наверное, действительно, я сойду здесь с ума. Сколько я смогу это все терпеть? И сможет ли Касси привести помощь? А если и сможет, то справятся ли они с темной магией?