Раз чешуйка, два чешуйка… Ты попала, чистоплюйка!

3

— Укушу.

Я тяжко вздохнула и подвинула крысе печенье. Точнее, теперь было очевидно, что это именно крыс, то бишь, он.

— Вполне неплохо…, — оценил тот, дожевывая предпоследний кусочек из полукилограммовой пачки, — боги, как же я соскучился по еде…

Вот уже полчаса я наблюдала, как мужик, чудесным образом перевоплотившись в жирного рыжего грызуна, уничтожал мои скудные продовольственные запасы. Кому бы рассказать, не поверят. А лучше вообще не рассказывать, ибо после подобных рассказов велика вероятность окончить свои дни в казённом заведении с мягкими стенами.

— Ещё раз, как ты оказался в крысе?

Сидящее передо мной на столешнице животное лишь встряхнулось, не отвлекаясь от праздника живота, а в голове снова прозвучал мужской голос:

— Ты разбила зеркало, которое являлось окном в Междумирье, где я и был заточён. Мой дух освободился. Но, так как моё собственное тело пока недоступно, пришлось занять ближайшее подходящее. Это оказалось тело стража Междумирья, как видишь. И он был настолько добр, что потеснился. Приятный малый.

Я задумчиво отпила давно остывший чай из крышки термоса. Хм… либо я таки сошла с ума, либо вижу сон, либо же всё происходящее действительно правда. Столько книг было прочитано мною о параллельных мирах, не счесть. И вот теперь настал момент убедиться в правдивости теорий об их существовании. И всё же я глядела на деловито жующую крысу, не веря своим глазам.

— Кто же тебя заточил в это Междумирье, и где твоё тело?

— Мой брат. Он решил, что не потребуется соблюдать очередность наследования, если избавиться от старшего родственника. Поэтому он меня и убил.

Мои брови поползли вверх, грозясь уползти за границу роста волос.

— Да, — кивнул крыс на моё изумление, — сам в шоке.

Пожалуй, если воспринимать все происходящее, как своеобразные нон-стоп съемки фильма со мной в главной роли, то вполне можно абстрагироваться от навязчивой мысли о собственном сумасшествии. Мужик, между тем, обретя тело после долгого заточения, заметно ко мне смягчился, лишь смотрел недобро, стоило протянуть руку за кусочком печенья.

Налопавшись, крыс бесцеремонно процокал по столешнице, подвинул к себе мою импровизированную чашку и принялся запивать уничтоженное печенье. М-да… Благородство прямо-таки плещет через край. Сразу видно настоящего аристократа.

— Но ты не умер, потому что…

— Потому что, — икнула крыса, отодвигая от себя крышку, — меня спасла бабуля. Как я уже говорил, она зачаровала моё династическое кольцо, и в момент смерти я перенесся в Междумирье, а тело заточили в семейный склеп, где оно и лежит по сей день. А ведь она меня предупреждала о подобном исходе, да я, глупец, не верил, что братишка может быть способен на подобное…

Все эти события плохо складывались в общую картину, и уж тем более не особо вязались с моей собственной персоной. Причём тут вообще я?

— Отвратительное пойло, — скривилась крыса на мой остывший чай, указывая лапой куда-то в угол, — ну-ка глянь-ка в том сундуке.

Я послушалась, выудив из-под тяжелой крышки запылившуюся заначку. Ею оказалась внушительная бутыль с тёмно-золотистой жидкостью… Вино с утра? Хм, и правда, аристократ. Этого уже ничем не вытравить.

Кое как справившись с тугой пробкой, я щедро плеснула в уже опустевшую крышку из-под термоса. Крыса тут же присосалась к напитку, едва не урча от удовольствия. И вдруг меня осенило:

— Ну, раз теперь у тебя есть какое-никакое тело, в моих услугах надобности нет?

Крыса отлипла от питья, вытерла лапками мокрые усы и невозмутимо почесала сытое пузо.

— Отнюдь. С телом, конечно, удобней, но я не смогу видеть чешуйки. Это часть заклятья.

— А зачем они тебе вообще? — выдохнула я.

Хоть в блокнот схему рисуй, что с чем связано и от чего зависит… Очень, конечно, интересно, но совершенно ничего не понятно!

— Скажем так, брат догадался, что бабуля приняла меры по моему спасению и принял собственные. Он украл у меня три важных чешуйки, провёл особый ритуал, а затем разбросал их по мирам. Теперь, пока я их все не найду, не смогу вернуться в свое тело.

Хм… Кое-что прояснилось. Одно осталось непонятным: причем здесь всё-таки я?!

— Думаю, твое появление — это часть бабулиного заклятья, — пояснил крыс, будто прочитав мои мысли, — не прошло и нескольких часов, как ты успешно нашла одну из них. Где она, кстати?

Порывшись в кармане, я достала золотистый кругляш и шлепнула на стол. Крысиные глаза засияли.

— Эх, где же мои чары… Припаять бы обратно. У тебя случаем нет более надежных карманов?

Я пожала плечами. Есть один, в лифчике, но мужику в крысином обличье я его демонстрировать не собиралась.

— Спрячь, — скомандовал крыс, — отвечаешь головой.

Я подавила тяжкий вздох. И, тем не менее, всё это привело нас к самому началу.

— И зачем же мне всё-таки тебе помогать, м-м? Какова будет моя мотивация? — поинтересовалась я, с сомнением глядя на безмолвно поблескивающую чешуйку посреди стола.

— Мы же договорились на кучу золота, нет?

— Вообще то нет.

Животное склонило голову набок, изучая мое выражение.

— Значит, золото тебя не устроит, я верно понимаю?

Я чуть пожала плечами. Золото – это, конечно, неплохо. Но тут есть свои нюансы…

— Чего же ты хочешь в обмен на помощь? — выдохнул он нетерпеливо.

— Для начала давай обсудим в подробностях мои задачи. По пунктам. Начинай.

Крыс откинулся на задние лапы и начал загибать пальцы на лапках:

— Найти чешуйки, помочь мне вернуться в моё тело.

— Всё?

Он кивнул.

— Но на это может потребоваться туча времени, так что куча золота может быть величиной с тебя. Или можешь взять драгоценностями. Пойми, я не обещаю того, чего не могу дать. Вся сокровищница в моём распоряжении.

— А что, если у меня не получится?

Крысиная морда осталась невозмутимой, а голос в моей голове горько усмехнулся:

— Тогда всё останется, как есть. Ты ничего не теряешь. Просто для того, чтобы освободиться, ты, как часть заклятья, должна выполнить определённые действия, чтобы завершить магический контракт. А когда выполнишь – будешь свободна с карманами, полными золотом. Если же нет… Ну что ж, поживём-увидим. Думаю, хуже, чем сейчас не станет.