Разбей меня. Собери заново.

Глава 1

Алина вышла из автобуса с явным облегчением.
Дорога укачала, спина ныла, а чемодан — казалось — стал вдвое тяжелее.
Город был незнакомым, но солнечным. Пахло свежестью, асфальтом после недавнего дождя и весной. Она прижала телефон к уху, стараясь перекричать шум машин.

— Саш, я уже на месте, ты где?
— Блин, Алиииин, прости! — в трубке зашипел голос подруги. — Я застряла в пробке, вообще не двигаюсь! Ну, прям вот тупо стою.
— И что мне делать?
— Через дорогу есть кофейня, видишь? Там терраса. Сядь, я туда подскочу как только — так сразу.
— Ладно, окей.

Алина огляделась. Кофейня и правда была напротив — уютная, с навесом и деревянными столиками у витрины. Она перешла улицу по пешеходному, таща за собой чемодан. Светофор только что мигнул зелёным, но машины, как это обычно бывает, не спешили останавливаться. Она бросила быстрый взгляд по сторонам — пусто. Пошла.

И тогда это случилось.

Визг тормозов. Удар. И тишина.

Она даже не закричала — просто упала. Всё произошло слишком быстро. Колесо резко свернуло, и машина будто слегка “зацепила” её — толчок в бедро, сильный, но не смертельный. Чемодан вылетел в сторону, сумочка — на асфальт.

Она лежала, зажав локоть. Кровь. Кожа на коленке содрана. Лоб горит. Сердце бьётся как сумасшедшее.

— Ты охренела?! — раздался сверху резкий, глухой мужской голос. — Ты что, блядь, глазами смотришь? Или только в телефон?
Алина подняла взгляд.
Перед ней стоял он.

Высокий. Брюнет. В чёрной футболке, джинсах, с золотым браслетом на запястье. Хищный взгляд. Злой. Очень злой.

— Ты на красный шла? —
— Нет… —
— Чего молчишь? Больная, что ли? На меня вылупилась, как будто я виноват!
— Я шла на зелёный…
— Заткнись.

Он не кричал — он рычал. Хрипло, сдержанно, угрожающе. Алина не могла оторвать от него взгляда. Она была в шоке. Ни слова, ни мысли — только сердце в горле. И этот голос.

Начали собираться люди.Кто-то снимал на телефон, кто-то шептался.
Мужчина огляделся.
Он знал: это ему не нужно.Скандал — это плохо. Даже не потому, что кто-то пострадает. А потому, что его лицо — лицо Матвийчука — не должно светиться в камере.

— Где твои вещи?
— Я… там… —
— Всё, хватит, поднимаемся.

Он нагнулся, поднял её чемодан, ухватил за локоть — не грубо, но твёрдо. Потащил к чёрному внедорожнику. Девочка из провинции. Блондинка. Красивая, испуганная.
Её просто запихнули в заднее сиденье, как мешок. Дверь захлопнулась.

Машина тронулась резко.
Алина сидела, вжавшись в спинку сиденья. Руки дрожали. Лоб пульсировал, коленка жгла. Но самое страшное — она не понимала, что сейчас происходит.

Прошло, может, пять секунд. Или двадцать.
Она всё ещё смотрела вперёд. На подголовник перед собой. Ни слова. Ни звука. Только бешеное биение сердца.

— Вы... — прошептала она наконец. — Куда вы меня везёте?
— Очнулась, — усмехнулся водитель. Его голос был спокоен, но с той самой стальной насмешкой, от которой по коже шли мурашки. — Раньше надо было думать.
— Я не... Я не просила...
— Ты мне ещё спасибо скажешь.

Он даже не повернулся. Просто ехал, держа руль одной рукой, а в другой что-то печатал в телефоне. Видимо, писал кому-то.
Спокойствие хищника. Контроль. Абсолютная власть.
Алина ощутила себя пойманной. Зажатой. Беззащитной.
Двери заблокированы. У неё ни телефона, ни даже сумки — та осталась где-то на тротуаре. Или в багажнике. Или...

— Пожалуйста, остановите. Я... Я в порядке. Мне не нужно...
— Ты точно в порядке? — он повернулся впервые. В его взгляде мелькнуло что-то... странное. Как будто он изучал её. Но не как человека. А как объект.
— Мне просто надо к подруге. Она ждёт...
— Подруга подождёт.
— Но...

Он не отвечал. Просто переключил передачу. Машина ускорилась.
На экране навигатора высветился адрес — частная клиника.

В приёмном покое уже ждали.
Он вышел первым, подал руку, помог выйти — и снова ухватил чемодан.
— Вот. Смотри, чтобы без осложнений, — бросил девушке в белом халате. — Всё оформить на меня.
— Данил Сергеевич, конечно.

Он что, здесь всех знает?..

Медсестра подхватила Алину под локоть, осторожно провела внутрь.
— Присаживайтесь, сейчас вызовем врача.
— Я... я не хочу.
— Это формальность, милая. Вы же сами понимаете — мало ли.
— Я не... я в порядке.
— Сейчас посмотрим.

Оказалась — действительно в порядке.
Ссадина на локте, синяк на лбу, ссадина на колене — но ни трещин, ни сотрясения. Состояние стабильное.
Деньги с неё не взяли.
Когда она вышла обратно в холл — его уже не было.
На стойке лежал конверт с деньгами и карточка.

«Не умеешь переходить дорогу — не суйся в город».

Впечатление было одно: он — опасный. Безбожный. Грубый. Но почему-то… защитил.

И тут она поняла: сумки нет.
Сумочки.
Той самой, в которой лежал её телефон, паспорт, карточка, бронь наобратный билет...