Разбитая. На пути к счастью

11.

Рома снял трубку телефона:

– Студия. Да, это я. Слушаю. Концерт? Когда? Сережа, ты с ума сошел! Такие вещи обговаривать нужно заранее! Подменить «Императоров»? Что у них случилось на этот раз? Витька опять запил? Он уже который концерт срывает? Ему еще не надоело?! С кем играем? Голландцы? Они уже приехали? Сегодня вечером? Катя нужна как переводчик? О чем разговор — конечно, будет! Сколько нам дадут?..

На минуту наступила тишина.

– Сережа, говори быстрее… За такие деньги пусть какой‑нибудь алкаш на балалайке играет. Нет, я всё понимаю, но… – На другом конце провода нервно тараторили. – Да. Да. Теперь ближе к делу. Давай номер поезда и вагона — я записываю. Ладно, до встречи. Пока.

Рома повесил трубку и снова набрал:

– Макс, собирай команду – немедленно на студию. Завтра вечером играем в паре с голландцами. «Императоры» не вышли — Витька снова напился. Продюсер уже приехал. Это шанс раз в жизни! Понял? Жду тебя через час.

Он нервно закурил. Поезд в восемь. Голландцев нужно встретить вместе с Катей. Но где её теперь найти?..

«Ушла устраиваться на работу…»

Куда? Почему? Черт, как не вовремя весь этот семейный развал… А она ему сейчас была нужна больше, чем когда‑либо.

Позвонил домой. Длинные гудки. Бросил трубку от злости.

«Где ты, Катя?..»

Катя между тем сидела рядом с Мишей в его больничной палате. Он был бледен, взгляд напряжён, голос жесток.

– Он ушёл из налоговой около часа назад. Ни один мой звонок не нашёл ответа. Его никто не видел. Даже в ресторане не появлялся… Пакет с деньгами и ключи от сейфа у тебя?

Катя молча протянула ему пакет и связку ключей.

– Положи под подушку, – попросил Миша. Она аккуратно приподняла его голову и спрятала документы под подушку.

– Что теперь будет? – спросила Катя, не отводя взгляда от его лица. Впервые она видела его таким жестким.

– Найдём, – коротко ответил он. – Как же так получилось… Меня сегодня переведут в частную клинику. Тамара Петровна договорилась. Надеюсь, за те деньги, что она заплатила, меня поставят на ноги быстро. А ты пока иди перекуси, а потом возвращайся в офис. Там тебе всё расскажет Тамара Петровна. Это твои обязанности.

– Может быть… – начала было Катя.

– Не хочу втягивать тебя во всё это, – резко оборвал он. – Вечером позвоню.

– Хорошо, – кивнула она, легонько поцеловала его в губы и направилась к двери.

На пороге остановилась, оглянулась. Миша уже снова нажимал кнопки телефона, будто забыл о её присутствии.

Катя вышла.

Оказавшись в кафе на углу, заказала еду и медленно принялась есть, хотя вкуса не чувствовала.
За окном город продолжал свою жизнь. Прохожие спешили по своим делам, пряча глаза от ветра или от самих себя. Машины плевались грязью. Бездомные собаки, поджав хвосты, перебегали дорогу. У стены дома, жалобно мяукая, просила помощи маленький, облезлый котёнок.

На перекрёстке внезапно собралась толпа. Кто‑то кричал. Кто‑то толкал. Кто‑то просто смотрел. Катя заметила знакомое лицо — сморщенное, с выбившимися из‑под платка седыми прядями.

«Цыганка!» — мелькнуло в голове.
Она вскочила, оставив недоеденный обед, и побежала к выходу.

Успела увидеть, как двое милиционеров запихивают в машину закутанную в лохмотья фигуру.

– Подождите! – крикнула Катя, но голос потонул в шуме города.

Машина тронулась. Катя постояла немного, провожая её взглядом. Потом медленно пошла обратно — в сторону офиса.

Остаток дня она провела в компании Тамары Петровны. Та следила за каждым движением, каждый шаг. Женщины в комнате бросали любопытные, полные вопроса взгляды. Леночка несколько раз влетала сюда, утаскивала в коридор рыжую девушку, сидящую у двери, долго шепталась у окна, стряхивая пепел своих сигарет в стоящую на подоконнике пепельницу.

В пять часов рабочий день закончился, Катя разобрала документы, лежащие на столе и поднялась.

– Могу я вас попросить зайти ко мне на минуту? – Тамара Петровна стояла на пороге кабинета и ждала.

Катя вошла. Тамара Петровна несколько секунд изучала её, потом спросила сухо:

– Кем вы приходитесь Михаилу Леонидовичу?

Катя даже слегка вздрогнула. Внутри сразу вспыхнуло раздражение. Как всегда, когда кто‑то задавал слишком личные вопросы.

– Об этом можете спросить у него самого, – твёрдо ответила Катя.

– С тех пор как вы появились, у него начались неприятности, – отрезала Тамара Петровна. – Я не знаю, кто вы и откуда, но проверю. И если что — не рассчитывайте на моё благосклонное отношение.

– Я учту, – спокойно ответила Катя. – Это всё, что вы хотели сказать?

– Все, – величественно кивнула Тамара Петровна.

– До свидания. – Катя вышла из кабинета, забрала сумку и спустилась по лестнице, прожигаемая взглядами шушукающихся у подоконника женщин.