Разбитое не склеишь.

16.

Сегодня после пар я сначала отправилась в клуб «Бегуны». Тренер как всегда приветливо ворчал и ругался, что через неделю первые соревнования, а мы к ним совершенно не готовы. Уж не знаю, как остальные, а я заряжена по полной, готовясь показать свои силы. Я могу и хочу бежать, чтобы утереть нос противникам из других колледжей.

Мужчина сурово глянул в список и оглядел строй. Его взгляд прошёлся по каждому из нас, и мы поняли, кого он ищет. Я помялась на месте и поняла, что не видела этого пропащего даже в колледже сегодня. Кажется, дела у него плохи.

— А где самый быстрый Штирлиц?

Все дружно пожали плечами и посмотрели вдаль, не идёт ли Тим к нам. Нет, его не было. Я разочарованно выдохнула, боясь, что с ним случилось что-то серьёзное или случится. Например, выгон из клуба.

— Кто-нибудь знает, что с ним? — спросил Алексей Михайлович.

— Может, сам понял, что ему здесь не место? — усмехнулся весельчак Прокопенко, и мы с тренером злостно на него посмотрели. Не знаю, почему я защищаю Штиля, но внутри меня идёт борьба за него.

— У него личные проблемы, — неожиданно громко сказала я.

— Надеюсь, когда он явится, расскажет о них.

«Это вряд ли», — подумала я.

Я не обратила никакого внимания на тихий шепот со стороны женской части группы и просто направилась к старту, чтобы начать разминку. Я снова обогнала несколько человек, пришла третья, а во время челночного бега отдала всю себя, чтобы выиграть несколько раз подряд у других. Алексей Михайлович молча делал заметки и внимательно следил за каждым нашим движением. В конце тренировки я была вся сырая и липкая, мне хотелось пить, но я рассеянно забыла воду в комнате, а у других обиженных студентов спрашивать совершенно не хотелось.

Мы снова построились в ряд, мужчина встал перед нами и начал отчитывать отстающих, среди которых меня, конечно, не было. Он похвалил Прокопенко Ваню и ещё одного парня, Костю, а дальше шла я.

— Мне нужно отправить на соревнование трёх ребят. Насколько я знаю, вам предстоит дистанция в два километра, челночный бег, шестьдесят и тридцать метров. На данный момент я уже решил, кого хочу отправить туда, имена уже назвал, — я смутилась под двумя парами суровых взглядов женской стороны. — Если вы претендуете на эти соревнования, так покажите! Сейчас я не вижу, что кто-то другой здесь готов. Синицына и Авдеева, вы сдаёте позиции! — наругал мужчина девочек, и те одновременно цокнули языком.

— Михалыч, они нормально бегают! — заступился наглый Ваня и махнул в конец строя рукой. 

— Нормально — верно. Но не отлично и не быстро. Мы хотим выиграть и не опозорить колледж и меня? Хотим. Для этого нужно выкладываться по полной. Они не могут тренироваться хотя бы в половину силы на тренировке, так что я не могу довериться им на соревнованиях. Времени у нас осталось в обрез, я всё сказал! Ещё есть время меня переубедить. — Нотации от тренера закончились, и он немного успокоился. — Юль, если сможешь, то передай Штирлицу, что я жду его на этом же месте в среду. На сегодня всё, идите по домам. 

Мужчина по-доброму улыбнулся и первый пошёл на выход со стадиона, насвистывая. Я поплелась к полотенцу, чтобы немного вытереться. Воды всё ещё ужасно хотелось. Мне было страшно, что кто-нибудь из этой группы ко мне подойдёт и начнёт качать права, но подростки быстро разошлись парами, и я осталась одна. Написала в групповой чат с соседками, что скоро буду в комнате, и те весело начали обсуждать сегодняшнюю фотосессию Алисы. Да уж, пока не представляю, как это всё будет. 

Пока я шла к общаге, от них всё прилетали фотографии макияжа Лисы. Девушка выглядела замечательно, пытаясь создать контраст между своим вычурным внешним видом и обшарпанными стенами здания. Надеюсь, мы не отхватим ни от кого за наши проделки. 

Усталость давала о себе знать, пока я поднималась на третий этаж. Подруги позволили мне сходить в душ и освежиться, а потом Алиса надела красивое короткое чёрное платье и недлинную кожаную куртку с сапогами. Я смотрела на неё как заворожённая, завидуя идеальному телу и вкусу. В своих широких джинсах рядом с ней я выглядела нелепо.

— Так, вот камера, — Марина вернулась в комнату и отдала нам большой профессиональный фотоаппарат. — Я долго пыталась запомнить, как им пользоваться, и вроде бы получилось. Но слишком много фоток мы не сделаем, у Ленки мало места. Вперёд!

Мы втроём вышли в коридор. Я побежала гасить свет, и мы шли к окну с помощью фонариков на телефоне. Сердце бешено стучало от волнения, что вот-вот кто-нибудь пожалуется, и комендантша выселит нас, но девочки лишь тихо смеялись и пытались придумать позы. Сначала Марина фотографировала Алису с зажженной сигаретой у окна с помощью вспышки, потом у стены, на полу. Я стояла на шухере и объясняла кратко выходящим студенткам о происходящем. Те всё понимали и шли по своим делам.

Чуть позже я зажгла лишь часть света, чтобы было достаточно тускло. Алиса прислонилась к стене, согнула одну ногу и руками обхватила ворот своей куртки. Она действительно напоминала профессиональную модель, так что проблем со снимками не оказалось. Девушка меняла позы, мимику, принимала разные состояния. Так что она ещё и актриса. Я тихо восхищалась до того момента, пока мы не переместились в наши страшненькие туалеты. Но даже в таком месте Лиса смогла придумать что-то интересное. Марина снимала подругу в зеркале, у кабинки, у окна и раковины. Ну и финальным штрихом мы запечатлели Алису на улице у входа, когда она села на ступеньки.

— Круто вышло? — Алиса вновь стала милым подростком, подбегая к нам и заглядывая в экранчик фотоаппарата.

— Отпад! — сказала я и принялась тоже смотреть снимки, пока Марина нажимала на кнопки.

— Осталось их пофотошопить для полного антуража. А сейчас пошлите внутрь, я ужасно замёрзла, — и мы послушались, весело говоря о прошедшей фотосессии.