Разбитое прошлое: недосказанности

Глава IV — «Ты не знаешь, на кого лаешь»

Это случилось после обеда. Ничего особенного. Никакого спора. Ни угроз. Ни столкновений.

Просто взгляд.

Один слишком долгий взгляд Бакуго в сторону Коросе.

Инабу — тот самый «спокойный хвост» — не выдержал.

— Эй, ты что опять пялишься? Может, хватит вести себя как подросток на взводе?

Катсуки остановился.

Очень медленно обернулся.

— Повтори.

— Сказал, заткнись. И гляди на свою еду, если мозгов не хватает…

ХЛОП.

Рука Бакуго грохнула по столу.

Тишина во всём классе.

Даже в других группках замерли.

Он подошёл к Инабу впритык.

Глаза горят.

Там ярость. Настоящая. Без тормозов

— Повтори, если не боишься остаться без зубов, мелкий…

Инабу на секунду помедлил. Но не отступил.

— Хочешь драться? Перед учителем? Ты же герой, вроде бы, да?

Катсуки сжал кулаки.

Секунда — и он бы сорвался.

Но именно в эту секунду...

— Хватит.

Голос Коросе — ровный.

Она встала.

Не спеша.

Подошла.

Встала между ними.

— Он не стоит того, чтобы ты пачкал кулаки, Бакуго.

Он не сразу понял: она про Инабу… или про него?

— А ты не стоишь того, чтобы за тебя кто-то получал в нос, — бросает он.

— Я за себя постою. Но я выбираю, когда. А не ты.

И тут он замечает: группа позади неё — тоже встала.

Четверо. Без слов.

Но все смотрят на него.

Как на чужака.

. . .

Он уходит.

Не отступает — взрывается.

Буквально — с хлопком из ладони в воздухе, как флаг гнева.

Все снова замирают

. . .

Позже, на лестнице, Инабу говорит ей:

— Прости. Я просто… не мог смотреть, как он...

Она отвечает не сразу.

Глаза — в окно.

Руки — сцеплены.

— Не надо. Ты уже сделал. Теперь он не забудет тебя.

Он хмыкает.

— А тебя он уже забыл?

Она смотрит на отражение в стекле.

— Нет. И в этом проблема.

. . .

На следующий день Бакуго перешёл черту.

Он больше не просто вбивал клинья между ней и её "свитой". Теперь — он вторгался в её воздух. В её кадр. В её каждый день.

— Фушигура, ты чё, заглохла? — осклабился он, откинувшись на стуле, когда она молчала на обсуждении проекта.

— А, ну да, тебе ж всё равно, ты же просто фон.

Смех класса.

Учитель молчит —Бакуго ведь "тянет команду".

Но она не отвечает. Даже не смотрит.

На перемене — он стоит в дверях.

Как будто случайно.

Как будто просто прохладно.

— Слушай, мне реально интересно. Ты кого изображаешь?

— Кого?

Он подходит ближе. Слишком близко.

— Ты. С этими глазами. С этим выражением, будто ты выше всего. Будто ты не из нашей грязи.

Её пальцы дрожат. Но она даже этого не замечает. Она лишь моргает.

— Прости. Тебе показалось.

— Да ты пустая.

— А ты — слишком громкий, —отвечает она тихо, почти устало. — Знаешь, в жару бывает этот ветер… сухой, пыльный. Не приносит прохлады. Только раздражает. Ты — как он.

Он на мгновение замирает.

Словно не ожидал.

Словно его действительно назвали неопасным.

Только — назойливым.

Он отступает.

Только на шаг.

— Посмотрим, сколько ты продержишься в этой своей шелухе. Посмотрим, как ты себя покажешь, когда всё начнёт сыпаться.

Она смотрит ему вслед.

Холодно.

Пусто.

Но внутри— пульсирует.

Не страх. Не вина.