Следующие несколько дней Эстер проводила за работой до боли в пальцах. Непроглядная ночь, что приходила на смену холодным дням, приносила с собой ветра, наполненные зловещим пением и липкое чувство страха. Девушка почти не спала. Это только усугубляло положение. Измученный разум стал ненадежен. Он все чаще подкидывал пугающие картинки или странные звуки. Так что Эстер почти не могла определить, что из этого реальность.
К концу третьего дня все было готово. Маленький каркас, сплетенный из ползучих растений и веток молодой ивы, что еще не успела набрать полный рост, Эстер обтянула брезентовой тканью. Круглый плот больше напоминал спасательный круг и почти не внушал доверия, но девушка делала его под точным руководством книг. Все должно получиться. Небольшая доска, некогда служившая половицей, теперь несла гордое звание – весло.
Эстер не знала, вернется ли она обратно. В импровизированный мешок она сложила все, что может пригодиться в ее нелегком приключении: самая теплая одежда, что имелась в наличии, рыболовные крючки, нож, немного еды. Девушке совсем не хотелось расставаться со своим верным другом, но брать Цицерона в неспокойное море – слишком опасно.
Она вдоволь накормила растение, и теперь, глядя как сытые слюнки вытекали из уголков его ртов, поглаживала его листья.
- Я так надеюсь, что смогу вернуться к тебе, Цицерон, - голос Эстер напоминает звук песка, что сыплется в песочных часах. Она почти никогда не говорит, от того ее речи всегда тихие и сиплые. – Ты мой единственный друг, и только у тебя я могу просить совета. Когда мне отправиться в путь: прямо сейчас или на рассвете?
Сумерки уже сгущались над водами. Возможно, вылазку следовало бы начать утром, но, кажется, с каждой минутой море становилось все беспокойнее. Эстер боялась, что близится шторм.
Отредактировано: 30.11.2021