Разбойник в доспехах

Глава 30. Проклятье

Рувим лежал в своей комнате и смотрел в каменный потолок, кровь кипела в его венах от ярости. Он бесился из-за того, что позволил тем наемникам забрать его лошадей, доспехи, меч. Видимо они принесли все его богатство своему хозяину, и теперь тот ездил на его лошади в его доспехах и размахивал его мечом в бою.

Вены Рувима раздувались от оскорбления!

И все-таки некий голос в глубине его разума все же радовался, что Лука украл его доспехи. Теперь Айла вряд ли раскроет его настоящую личность.

До Рувима доходили нарастающие звуки битвы. Они звучали странно. Он часто слышал музыку смерти, исполняемую на железных инструментах. Вернее сказать, он был ее главным исполнителем. Но никогда ранее, он не слышал ее издалека.

Он горел желанием оказаться сейчас там, противостоять демону, который осмелился поднять свой меч на защитников Айлы, возможно, даже против нее.

Рувим пытался остановить ход своих мыслей, но не мог. Жуткие картины все всплывали в его голове. Изображений было слишком много. Все они были связаны с Айлой. Он боялся, что больше не увидит ее.

- Эй! Кто-нибудь! – Закричал Рувим. – Принесите мне меч! И приготовьте мне лошадь! Я должен быть там!

Но никто его не слышал. Все, кто не сражался, наблюдали за битвой со стен замка, надеясь на победу и молясь о возвращении своих близких. И даже если бы они его услышали, то точно не исполнили бы его просьбу. Они бы подумали, что он бредит от лихорадки и продолжили бы дальше молиться.

Рувим не верил в силу молитв. Хорошо заточенное лезвие было куда эффективнее любых молитв.

- Дьявол! – прорычал он. – Опять все делать самому.

Глубоко вздохнув, он уперся в спинку кровати и, оттолкнувшись руками попытался сесть.

Но у него не получилось. Было слишком мало сил, чтобы подняться.

- Да будь ты проклят! – Взревел Рувим от ярости на себя. – Слабак! Ты побеждал целые отряды солдат! А теперь даже не можешь поднять свою задницу с кровати!

Снаружи битва набирала обороты, шум становился все отчетливее. Боевые кличи и поток летящих стрел сопровождались стонами Рувима, когда он снова пытался подняться или, хотя бы, скатиться с этой проклятой кровати, которая держала его в плену. Пот водопадом стекал по лицу Рувима, сердце билось вдвое быстрее обычного. Снова и снова он предпринимал попытки подняться – безрезультатно.

Кровать была не виновата. Его собственная слабость удерживала его.

Он лежал, тяжело дыша, слишком слабый, даже чтобы произнести тираду жестоких ругательств и проклятий, которые пронеслись у него в голове.

В конце концов, ему пришлось признаться факт своего бессилия и рухнуть на кровать.

Лежать, прислушиваясь к звукам и не зная, была ли Айла там, жива она или нет. Это было хуже самых страшных пыток.

Он горько рассмеялся. Ему только сейчас пришло осознание, что настоящую боль нельзя вызвать горячим клеймом или выворачиванием конечностей. Истинная боль - видеть в опасности тех, кто вам дорог.

- Я клянусь себе, что одолею болезнь, - прошептал он. – Я встану, возьму меч и заставлю этого Луку сожалеть о том дне, когда он вступил за границу этой земли. Он пожалеет, что осмелился надеть доспехи сэра Рувима Рашвильда! Он обо всем пожалеет!

Снаружи, сквозь шум метала и лязги, ему показалось, что он услышал женский крик. Крик очень знакомого голоса.

- Нет, не может быть. Этого не может быть… Нет, пожалуйста, нет! – заорал в ярости Рувим, сжав кулаки.

.  .  .

Айла в отчаянии и с надеждой смотрела в пустое место, где всего мгновение назад стоял ее дядя, ее единственный рыцарь. Слезы затуманили ее взгляд.

Внезапно, сэр Изенбард вынырнул из моря извивающихся тел. От неожиданности Айла отступила несколько шагов назад. Наемник на стене удивились не меньше. Пока тот не опомнился, Изенбард так сильно ударил его в грудь, что тот перелетел через верх баррикады и упал в бурлящую массу копейщиков внизу.

- Да! – подпрыгнула Айла. – Да! Да!

Только сейчас она осознала, что все еще держит в руке хирургический нож и что солдаты с ранеными товарищами уже на подходе.

Айла поспешила освободить дорогу, жестом указывая на палатку. – Заносите скорее.

После этого Айла пропустила большую часть битвы. Остаток дня для нее состоял из сломанных костей, разбитых голов и криков боли. К счастью справиться с болью солдат помогли запасы одного из ее вассалов. Сэр Вальтер привел с собой всего восемь человек, но они умудрились принести с собой столько вина, что можно было бы напоить целую армию до состояния небытия. Ее дядя, осознавая стратегическую ценность таких припасов, успел конфисковать весь запас алкоголя и расположить его в палатке Айлы. Таким образом, большинство солдат, оперированных Айлой, были пьяны на столько, что почти и не заметили, что происходит.

Так вынимая обломанный кончик меча из руки одного из солдат, Айла не сразу обратила внимания как к ней в палатку четверо солдат на носилках занесли его…