Разделенное царство

Глава 6

Приятное тепло, исходящее от рук целителя сменилось жжением и болью. Длительная процедура заживления ран требовала от больного изрядного мужества. Использование силы пламени обеспечивало выжигание гнили и прочей грязи из раны, а дальнейшее сращивание плоти проходило по принципу приваривания. Потому раны, заживлённые таким способом неизбежно сменялись довольно серьёзными шрамами и рубцами. Опытные маги-целители могли проводить исцеление совершенно безболезненно вводя раненых в сон или снимая боль в конкретном месте. Но Волку не повезло и таковых в лазарете не было. Суровые местные целительницы едва выучили простейшие практики магии а потому оставалось лишь одно – терпеть.

Едва прозвучали заветные слова о завершении исцеления, воитель вскочил с лежака и выдал протяжный рык, призванный сбросить накопившийся от боли гнев. Осмотрев место где ранее зияла рана он отправился с хорошими новостями к хозяйке. Злоба от «пытки» мешала быть доброжелательным к неумелым служительницам лазарета, однако, воинская традиция ставила их в один ряд с собственными родителями и требовала соответствующего уважения. Первую жизнь дают отец и мать, а все последующие именно лекари, а потому не поблагодарить было нельзя. Приняв поклон он исцелённого, женщины перешли к следующей койке.

Проколотое плечо больше не болело, но шевелить им было сложнее чем раньше. Грубое сращивание мышц ограничило возможности их сокращения. Надежда о временном характере этого явления слегка приободрила. А тем временем впереди уже виднелась дверь покоев Гиалы. Однако, открыв её Волк пришёл в гнев, который, тем не менее, выражать было бы неуместно. Рядом с ней стоял Гев. Сдержанная беседа с отцеубийцей тут же прервалась и женские пальцы начали активно исследовать шрам на плече телохранителя. Тот специально пришёл без верхней одежды согласно указанию хозяйки, что непременно хотела взглянуть на результат работы магии. Она не отправилась в лазарет, зная о длительности процедуры. Предполагалось, что её защитой в отсутствие телохранителя будет запертая наглухо дверь, но компания наместника видимо оказалась предпочтительней.

Всё время пока девушка трогала плечо и другие, привлёкшие её внимание не менее интересные места, обладатель подтянутой фигуры находился в зрительном поединке с Гевом. Тот надеялся на продолжение беседа, но вскоре был в вежливой форме выдворен из комнаты.

- Раз ты теперь здоров, мы можем отправляться. – Едва закрылись двери, начала девушка. – Мы отправляемся следом за Бором. Гев поможет нам покинуть город незаметно.

Услышанное Волк принял сдержанно. Помогать ей сбежать из под носа царя – верное самоубийство, но клятва есть клятва.

Дочь лорда не собиралась сидеть сложа руки в месте где на неё уже было совершенно покушение. Кроме того без её помощи Бору не удастся склонить на свою сторону командира пограничной армии. Как она считала. Да и само желание находиться с ним рядом служила достаточной причиной для побега. Желание это было настоль сильно, что ради осуществления задуманного красавица не гнушалась даже флиртом с наместником взамен на его сотрудничество.

Гев обещал помочь дочери лорда покинуть город. Для этого ему нужно было подготовить двух скакунов с припасами и оставить их в нужном месте. После чего Гиала с телохранителем покинут город под видом его гонцов. Отцеубийца не охотно согласился на содействие в побеге, но пламя жажды служить государству, горевшее в его сердце, смешалось с желанием угодить неприступной красавице и склонило его к очередному предательству. На самом деле, сомневаясь в способности Бора справиться с задачей, он считал участие Гиалы просто необходимым. И хоть Алиор ясно выразил свою волю на этот счёт, Гев воспринимал это как ошибку еще не опытного царя которому нужна помощь. Потому помочь ей сбежать считал своим долгом. Всё время, пока молодой наместник выполнял обещанное, ему сопутствовало уверенное расположение духа, однако, случайная встреча взглядом с Алиором сломила его. Страх перед нарушением воли царя начал терзать его изнутри ещё задолго до того как он поставил двойку скакунов в безлюдный уголок одной из улиц.

Добравшись до лошадей, Волк осмотрелся, убедившись, что никто их не видит. После этого крепкие руки опустошили привязанный к седлу мешок с формой гонца. Накинув походный плащ он уже собрался в седло, как обнаружил свою хозяйку, что всё ещё безуспешно пыталась завязать боковой шнурок. Мастерски справившись с задачей, телохранитель принялся помогать надевать остальные части маскировки. Смерив взглядом щуплую имитацию гонца, он усадил её на лошадь. Отцеубийца, терзаемый сомнениями, стоял на крыльце большого дома градоначальника в тот момент когда эти двое показались меж домами. Он должен был дать отмашку городской страже, чтобы тех выпустили из города и на том его часть была бы выполнена. Но сомнение всё же взяло вверх.

- Стой, кто идёт? – остановил их стражник.

Сначала Волк ничего не ответил, ожидая вступления Гева, но ничего не последовало. После повторения вопроса он взглянул на крыльцо, где только что стоял исчезнувший наместник. Лёгкая паника не позволяла открыть, рот не обдумав предварительно слова. Повисла тишина.

- Пятьсот тридцать девятый? – вдруг прозвучал голос второго стража, узнавшего одного из всадников. – Давно ты гонцом заделался? А говорили что тебя к госпоже Гиале приставили.

Взгляд стража передвинулся на второго всадника, а точнее… всадницу. Но не успел тот открыть рта как Волк шлёпнул коня Гиалы и сам рванул вперёд, сбив обоих воинов с ног. Стражи осуществляли лишь контроль проходящих через здесь людей, а сами врата были открыты. Галопом пролетев под сводом городских ворот беглецы стремительно стали скрываться из виду под шум поднявшейся суматохи.