Раздолье для воров

Глава 1. Письмо от бабушки

Бьянка

Бьянка стояла за прилавком в тонкой, но строго скроенной рубашке цвета морской волны. Её пальцы узкие и ловкие, привыкшие к точной работе, быстро пересчитывали рулоны ткани, отмечая в уме позиции, на которые сегодня стоило сделать акцент. Её взгляд то и дело скользил к стеклянной витрине, в которой отражалась улица. Поток людей тёк за пределами лавки, как река из лиц и голосов. Вычленить из этой толпы отдельное лицо было почти невозможно.

Сегодня было много работы, открытие лавки приближалось. Она позвала брата встать за стойку. Рафаэль, мужчина с жёсткими чертами лица, широкими плечами и внимательным взглядом, вышел из глубины лавки, молча встал за прилавок. Бьянка кивнула и, почти невесомо касаясь ступенек, поднялась на второй этаж, в жилую часть здания.

Здесь, под массивными деревянными балками, пахло сухими травами, воском и дорогими чернилами. Стены были голыми. Ни портретов, ни гобеленов, ни даже зеркала. Только массивный стол и стопка корреспонденции.

Бьянка села, откинувшись на спинку стула, и вынула письмо из конверта, написанного на плотной пергаментной бумаге с крошечным гербом, павлин, вплетённый в венок из магнолий. Послание от бабушки. Почерк был округлый, уверенный, пропитанный теплотой и заботой. Поначалу в письме не было ничего, кроме банальностей: пожелания здоровья, обеспокоенность тем, как внучка живёт в чужом, далёком городе. Даже упоминание о местных специях и том, как плохо в Форенции спят южные, всё было чересчур обыденно.

Но Бьянка знала, что это лишь занавес. Она открыла скрытый ящик комода, достала оттуда тонкие, изящно спаянные очки с зелёными линзами. Прозрачными, как вода горного источника, в оправе из серебра. Надев их, она вновь взглянула на письмо.

Магические чернила засияли, как звёзды на ночном небе. Слова проступили между строк, письмо по-настоящему открылось своему адресату только теперь.

«Бабушка рада, что ваше внедрение прошло успешно. За последние три месяца вы — первая группа, которой удалось закрепиться в Форенции. Утеряна связь с вашими предшественниками, а также с существующей в городе годами ячейкой.»

Её пальцы на мгновение напряглись, письмо смялось в руке. Вот почему затраты на прикрытие были такими щедрыми. Великие Дожи не экономили — они затыкали дыры. Провалы другой группы.

Бьянка тихо выругалась, почти беззвучно, сквозь стиснутые зубы. Ячейка… утеряна. Не провалилась, не выведена из игры — именно утеряна. А ведь это были профессионалы, те, кто знал, как оставаться незаметным. Они действовали в Форенции много лет. Если они исчезли, то это не случайность. Потеря целой ячейки… такие провалы случались крайне редко. Новая миссия гораздо опаснее, чем они думали.

Бьянка продолжила читать письмо, и с каждой строкой её лицо становилось всё серьёзнее.

«У тебя два задания...»

Первое — выяснить, что случилось с потерянной группой шпионов. Если они мертвы — подтвердить это. Если они предатели — уничтожить. Второе — найти образцы или чертежи магических артефактов, создаваемых изгнанным магом по имени Вальтер. Его фабрика находится здесь, в Форенции.

Задание было ясным, как удар молота. Она не могла не понимать его важность.

Бьянка сняла очки, и магические чернила, вспыхнув зелёным светом, сгорели безвозвратно уничтожая улики. Остался обычный текст с заботливыми фразами о специях и здоровье. Словно ничего важного и не было.

Сзади к ней подошёл Рафаэль. Она почувствовала его ещё до того, как он обнял её — тёплая тяжесть рук, запах кожи и пряностей, характерный только для него. Под гладкой оливковой кожей переливались тугие канаты мышц, его спокойная сила всегда успокаивала Бьянку.

— Ну что, amore mio? — спросил он, глядя в её лицо. — Что нам велели?

Бьянка взяла его руку и по привычке поцеловала.

— Не называй меня так. По легенде мы брат и сестра, не забывай, муж мой.

Рафаэль скривился в ответ на её замечание.

Она посмотрела в его глаза и спокойно продолжила:

— Всё хуже, чем мы думали.

Рафаэль нахмурился. Он отступил на шаг и скрестил руки на груди.

— Они… все мертвы?

— Мы не знаем, — покачала она головой. — С ними просто нет связи. Ни с ними, ни с той ячейкой, что давно работала в Форенции. А это были лучшие из лучших. Они умели действовать незаметно. И если они пропали — значит, дело серьёзное.

Рафаэль тихо выругался, посмотрел в окно. Улицы города медленно погружались в вечерние сумерки. Прохожие спешили по делам, сгорбленный городской служащий уже зажигал первые фонари.

— А вдруг их перекупили? — спросил он, не оборачиваясь.

— Тогда нам придётся найти их и убрать, — спокойно ответила Бьянка. — Приказ однозначный.

Она подошла к столу, взяла один из амулетов и сжала в ладони.

— Нам надо быть осторожными. Здесь нет места для ошибок. Мы не первые, кто прибыл в этот город. Но, похоже, мы единственные, кто ещё жив. Значит, мы должны быть умнее и сильнее, чем наши убитые братья.

Рафаэль подошёл ближе и положил руку ей на плечо.

— Я с тобой, Бьянка. Мы справимся. Мы лучшие.

Она кивнула, но ничего не сказала. В голове уже прокручивались варианты. Если члены их ордена переметнулись, нет ничего хуже. Они знают все их методы, как они думают, как они действуют.

Форенция больше не казалась ей просто враждебным городом. Теперь она напоминала ловушку, в которую нужно пройти, не задев ни одной ниточки. И не оступиться.