Раздолье для воров

Глава 8. Страх Шпиона

Бьянка

Тень медленно скользнула по грубой каменной стене, и на миг показалось, будто сама ночь дышит, подглядывая за происходящим. Форенция спала, как уставший зверь — тяжело, настороженно, прижимая лапы к телу. Улицы были пустынны, лишь изредка вдалеке прорывался смех запоздалых гуляк или позвякивал колокол на дозорной башне. Но в старом районе, где среди исковерканных временем зданий ютились склады, закусочные и отжившие своё казармы, стояло строение, внушающее трепет — госпиталь святого Лукреция.

Он выглядел мёртвым. Ни огоньков в окнах, ни звуков внутри, только щербатые стены, угрюмо возвышающиеся над прочими зданиями. Двери закрыты. Бьянка стояла, прислонившись спиной к стене, и ждала. Капюшон скрывал лицо, глаза сверкали напряжением. На ней были доспехи из мягкой и плотной кожи, зачарованные, чтобы поглощать свет. В этом снаряжении она казалась тенью среди теней, точно вырезанная из самой ночи. Рядом с ней Рафаэль, молчаливый, как всегда, высокий и гибкий, с едва заметной ухмылкой на губах. Лицо скрывала маска. Они не были одни: двое незнакомцев, из другой ячейки, стояли чуть поодаль, даже не пытаясь установить контакт. Тоже мужчина и женщина. Без слов. Без имен. Только дыхание под масками, глухое, ритмичное, как у часового механизма.

Сигнал был коротким. Один из незнакомцев поднял руку и ткнул пальцем вперёд. Им не нужны были слова, они все прошли одну и ту же суровую школу и могли общаться только условными знаками. Четвёрка двинулась, сливаясь с мраком, словно сама ночь вдруг обрела форму и волю.

Они скользили вдоль стены, обходя редкие источники света, с точностью, недоступной простым обывателям. Под подошвами не хрустел гравий — магическая ткань глушила любые звуки. Бьянка чувствовала, как напряжённо бьётся сердце. Как перед прыжком с обрыва: или ты полетишь, или разобьёшься.

Окно на втором этаже было закрыто. Рафаэль шепнул короткое заклинание, и на его пальцах вспыхнул тусклый холодный отсвет. Он наложил чары тишины, чтобы стекло не издало ни звука. Подпрыгнув, прилепившись к стене, он бесшумно высадил окно. Один за другим они запрыгнули внутрь.

Коридор госпиталя встречал их тишиной, которая показалась почти агрессивной. Здесь всё было слишком спокойно. Ни скрипа половиц, ни шорохов в палатах, ни всхлипов боли, ни стона больных. Только запах: лекарственные травы, кровь, смерть. Старый, застоявшийся воздух. Бьянка поймала себя на мысли, что если их предшественников держат в заложниках, то место неподходящее. Плохая охрана, нет магической защиты, нет решеток и замков. Это было похоже на самый обычный госпиталь.

Они продвигались вдоль стены, как тени. Миновали первую палату, пациент спит беспокойным сном, ворочаясь с боку на бок. Вторую — лишь засохшие простыни на койке. В третьей спала медсестра. Там спала женщина лет пятидесяти в поношенном халате, свернувшаяся калачиком на лавке. Дыхание ровное. Глубокий сон. Ночные смены мало кому даются легко.

— Снотворное, — показал знаками Рафаэль.

Женщина в маске подошла и воткнула в шею медсестры иглу со снотворным, та тихо всхрапнула. Теперь они были уверены, что она не проснётся внезапно и не поднимет тревогу. Они тихо прошли мимо.

Бьянка чувствовала, как поднимается волна нехорошего предчувствия. Не страха, нет — он давно отступил. Но этого липкого, тошнотворного чувства, будто ты идёшь не на задание, а на панихиду.

Комната с надписью "Изолятор" встретила их железной дверью. Один из членов другой ячейки достал отмычки и склонился над замком. Полминуты и замок щёлкнул. Слишком просто. Тишина стала гуще. Они вошли.

На койках лежали тела. Двое. Мужчина лет сорока и женщина, Бьянка не узнала их и вопросительно посмотрела на Рафаэля. Тот кивнул.

— Это они, Пьеро и Рина. Я сталкивался с ними на одном из заданий.

Глаза открыты. Но не моргают. Пустые. Тела дышали, но как как бы они ни старались, привести их в чувство не удавалось. Бьянка откинула волосы женщины и увидела множество уколов под ухом.

— Смотри, — подозвала она остальных. Рафаэль нахмурился.

— Их нет, — прошептала Бьянка. — Это... оболочки.

— Души вытянуты, — подтвердил Рафаэль. — Или уничтожены.

— Магия разума, — сказал один из незнакомцев. — Уколы под ухом. Стандартная практика. Она пыталась вернуть контроль с помощью боли. Рина была сильным магом разума, что за чудовище смогло сотворить с ней такое?

Бьянка сжала зубы. Это были их люди. Агентура Палатии. Братья и сёстры по ремеслу. Пусть часто они и не знали имён друг друга, но всегда работали сообща. Даже не раскрывая своих имён и лиц на заданиях, встречались в стенах университета, делили вино кров и знания. Её передернуло, когда она представила себе, что могла бы лежать на кушетке рядом с ними. Безвольная оболочка способная только пускать слюни и мочиться под себя.

— Мы не можем их оставить, — тихо произнесла она.

Рафаэль кивнул. Мужчина в маске достал иглу. Она вспыхнула оттенком зеленого.

Яд сонного корня, — поняла Бьянка.

Пусть их души уже давно покинули этот мир. Но тела не должны страдать. По уколу в шею и вскоре они перестали дышать. Акт милосердия в чистом виде. Сердце Бьянки отпустило, как только их страдания были окончены.

Когда они выбрались наружу, небо начинало бледнеть. Бьянка задержалась на миг, обернувшись к зданию госпиталя. В её глазах не было ни слёз, ни ненависти. Только усталость. Глубокая, старая, как сама ночь.

— Всё зря, — прошептала она. — Мы не спасли никого из них.

Рафаэль не ответил. Лишь положил ладонь ей на плечо. И они пошли прочь, растворяясь в первых лучах рассвета.