Разгадки тайны века.

Глава 26

Соня

Аяз принялся за лечение и, остановив магией кровотечение и обезболив, выдернул стрелу. После этого обработал настойкой травы, нанес заживляющую мазь на рану и дал сыну снотворное, чтобы тот заснул. Я всё время находилась рядом с ними, и даже после операции решила остаться возле мужа. Ночью от усталости прикрыла глаза, и сама не поняла в какой момент заснула. Видимо, свой резерв мой организм исчерпал и сон в этот период времени мне был необходим. Сквозь сон я слышала какие—то тревожные разговоры и как бы ни силилась, никак не могла открыть глаза. Только услышав стон мужа, выдернула себя и из сна и резко соскочила со стула. В комнате, которая примыкала к залу, где мы сделали временный госпиталь, находились люди.

В первую очередь обратила внимание на лицо своего свёкра, оно было бледным и усталым.

—Госпожа, Арсену плохо! У него лихорадка, он уже второй час мечется в бреду. Повязка с мазью сбилась, рана воспалилась и выглядит довольно скверно. Из неё сочится кровь пополам с желтоватой слизью. Я все сделал правильно, только не могу понять отчего такое происходит.

Я видела, как тяжело дается это признание Аязу, но он не понимал с чем связано ухудшение состояния принца.

—Намир! –позвала я хранителя.

—Я здесь, госпожа, —тут же услышала за спиной.

—С Арсеном хуже, не поймём в чём дело! Всё убрали, обработали, а у него температура.

—В сокровищнице, где хранятся редкие вещи, есть артефакт, больше похожий на обычный перламутровый шарик. Положите его на рану. Если стрела была пропитана ядом, то шарик потемнеет, в случае сильного его воздействия—почернеет. Мне кажется, что это яд, в своей прошлой жизни встречался с такими случаями.

—Но я в первую очередь проверил его на яды и ничего не обнаружил! Зелье показало, что ничего не было занесено стрелой, —довольно эмоционально произнес Аяз, испугавшись, что хранитель прав.

Ведь существовали такие яды, которые считались очень редкими и в то же время более действенными, тем более, после себя не оставляли никаких следов. Если только в первые полчаса.

—Я советую все же посмотреть, заодно вы убедитесь и успокоитесь, что это не воздействие яда, —предложил хранитель.

—Намир, ты можешь принести его сюда?

—Нет, госпожа, я официально всё передал вам, теперь мне в сокровищницу ходу нет, если только с вами, а я помогу найти.

Мне казалось, что я двигаюсь слишком медленно, а время наоборот — стремительно бежит вперед. Расстояние от с временного госпиталя, находившегося на первом этаже, до сокровищницы я преодолела за несколько минут, а вот дальше было все довольно сложно. Таких сундуков, где хранились редкие артефакты насчитывалось три штуки и по «закону подлости» я нашла искомый предмет в третьем сундуке на самом низу.

Я уже собиралась выскочить из сокровищницы, когда хранитель остановился возле второго сундука и словно застыл.

—Намир, в чем дело?

—Память ко мне возвращается, но вот артефакты, к сожаленью, я помню не все, но вот кубок, который лежал в этом сундуке напомнил мне «Чашу Авклея». Он развернулся ко мне всем прозрачным телом и озадаченно посмотрел в глаза.

—Помню, что нечто важное забыл, а вот что именно? —произнес он совершенно растерянно.

—Зато я знаю, что это, хранитель. «Чаша Авклея» была создана сильным магом целителем и благословлена Всевышним. По преданию, обладает чудотворным действием: излечивает неизлечимых больных, снимает проклятия, мгновенно залечивает раны и воскрешает мёртвых! –тихо произнесла я, ещё не веря в такую удачу. –Намир, ты гений! А память скоро вернётся полностью, не переживай!

Схватив добычу, я побежала к мужу. Все сомнения относительно его болезни развеялись. На сколько я помню, артефакт из старинных легенд по какому—то стечению обстоятельств оказавшийся в нашей сокровищнице, спасет жизнь любимого. Не важно, что будет налито в чашу, жидкость будет действовать как лекарство, передавая свою жизненную энергию больному и убирая всё, что мешает ему выздороветь. А энергией с чашей делиться сам Всевышний!

К моему приходу состояние Арсена ухудшилось? Лила не отходила ни на миг от сына, а Аяз пытался что—то сделать, но все было тщетно. Чувство безысходности и подавленности накатывало снова и снова, отражаясь на лицах его приемных родителей и тех, кто в этот момент находился в комнате.

—Аяз, дай мне любое зелье, которое у тебя есть.

—От лихорадки? –поднял голову мужчина.

—Разницы нет, я нашла артефакт, который спасет Арсена.

Состояние принца было критическое: он уже никак не реагировал на окружение и даже сделать несколько глотков из чаши было в настоящее время для моего истинного довольно трудно. Все же я изловчилась и влила сначала несколько крошечных капель, потом ещё. После третьей попытки Арсен сам потянулся губами за напитком из трав….

Родителей принца я отправила отдыхать, а сама прикорнула на старом диванчике.

А на рассвете Арсен проснулся и уже сам смог подняться на ноги, хотя его довольно сильно «штормило», точнее сказать— шатало из стороны в сторону так, что он крепко держался за край кровати, чтобы не упасть на пол. Тело ослабло до такой степени, что не желало куда—то двигаться.

—Куда же ты собрался, дорогой мой? —спросила я, открыв глаза и приподнялась со своего места, в котором уместилась, только крепко поджав ноги. От такого положения конечности затекли и не хотели разгибаться.

—Милая, что у нас на фронте?

—Прибыл юноша с пакетом час назад, но мы не рискнули разбудить тебя. Всеми вопросами занимается Галим и командир армии из Росса Николай Игоревич Белов. По последним данным воины вошли во дворец и там идут бои.

—Сонечка, мне бы укрепляющего зелья! –попросил он и сделал такие жалостливые глаза, что хотелось приободрить мужа и согласиться на всё, что супруг потребует.

Стараясь не поддаваться его обаянию, я отвернулась и постаралась как можно твёрже произнести:

—Нет! И ты знаешь, что укрепляющее зелье даже на здоровых людей действует плохо после окончания воздействия, а ты еле стоишь на ногах.