Разговоры в лесу

Глава 4 - Откровение

Большой пожар никак не отпускал Феанора из своих лап. Длинными языками пламени он связывал его ноги, руки. Огонь обретал образ многоокого. Некой огромной членистоногой твари с сотнями щупалец. Она рвала всех, кто пытался на нее напасть, а нашего целителя просто поднимала вверх. Все выше и выше.

Вот уже он пронзил облака и увидел огромный золотой холл. По которому на него неслась иссиня-черная колесница. А затем он проснулся.

Эльф тяжко захрипел и раскрыл слипшиеся глаза. Вытер испарину и попытался сфокусировать свой взгляд.

Перед ним качалась старая люстра с оплавленными свечами. Они горели половину ночи, пока не потухли сами в себе.

Лекарь поднялся и уставился на большую картину, расположенную над входом в комнату, где он спал. Словно тысячу лет он жил здесь и ни разу ее не замечал или просто не хотел, не желал замечать.

Ведь есть то, что мы не хотим вспоминать ни при каких условиях и наш мозг может нам в этом помочь, делая причастную к прошлому вещь просто не видимой.

Кому-то от нее стыдно, кто-то стесняется своих прошлых воспоминаний, а кому-то они причиняют боль. Вспыхивая как спичка сжигают серу наших доспех со временем окутавших эти блеклые картинки из прошлого. И едким дымом возвращая нас в тот самый момент. Что сейчас и ощутил на себе Феанор.

На берегу реки стояла семья эльфов, а позади них качалась на воде лодка, которую разгружали слуги.

Слева стоял Феанор, а с права его жена и дочь. В груди остро кольнуло, и лекарь закашлял. Воспоминания не успели впиться в его кожу комариным уколом. Эльф быстро прогнал их, заспешив на кухню и что-то насвистывая себе под нос.

Все тело гудело. На коже были растяжки от вчерашнего неудачного превращения. Ничего, скоро они пройдут, как всегда. Это не первый его срыв и не последний. Но он не допустит полного превращения. Никогда. Феанор так всегда говорил себе на следующее утро после случившегося.

Кто у него сегодня будет?

В чашку полился кипяток. И родниковая вода тут же окрасилась в янтарный цвет. Крупные листья разных трав закружились по спирали.

Сегодня он ждет, Бертрана. Славного рыцаря нашего короля. Хотя скорее их короля. У эльфов нет правителей, есть только совет ста. Так было и так будет.

Феанор словно с кем-то, чокаясь, качнул кружкой и отпил душистого напитка, причмокнув.

Интересно, почему Харальд ему не говорил о том, что дракон украл его дочь. На все есть свои причины.

Эльф допил чай и потянулся как старый кот. Солнце ослепило нашего целителя и тот сделал шаг назад. И в этот момент раздался аккуратный стук в его дверь.

­«Тук-тук-тук», ­– донеслось из-за двери.

Эльфа окутал легкий испуг, а затем и стыд, расплывшийся по телу мягким теплом.

Точно, у него встреча с рыцарем утром, а не днем! Как он мог забыть?

Феанор быстро оделся в то, что было под рукой и выскочил на порог, распахнув старую дверь.

Как он и ожидал, перед ним стоял в полном своем обмундировании Вульденберг. Солнце переливалось на его доспехах и пыталось завершить недавно начатое ослепление нашего лекаря.

Лесной целитель покашлял. Но не успел он открыть рта как рыцарь опередил его:

– Мастер, простите что опоздал. Столько всего произошло! Я даже не знаю с чего начать! – сердце рыцаря вот-вот было готово выпрыгнуть из его железного тела.

Эльф улыбнулся и указал на беседку, добавив:

– Все хорошо, Бертран. Идем, там мне расскажешь о своем приключении.

– Мастер, вы не поверите. Где я был на той неделе! Мы с отрядом отправились за разлом в темные земли. А потом выследили сектантов многоокова и устроили с ними бой. А потом… – они подошли к беседке, на которой сидела стая птиц и пела красивую песню.

Их, казалось, разные трели сливались в одну приятную мелодию. Теплую, как парное молоко. Мягкую как пух. Но стоило рыцарю подойти чуть ближе и скрипнуть доспехами, как птицы вспорхнули всей стаей и устремились в сторону леса.

– Да уж, прочность в обмен на незаметность, – рыцарь улыбнулся и постучал рукавицей себя по груди.

Они зашли в беседку и сели. Рыцарь бросил короткий взгляд на свое оружие, оставленное у входа, и сложил руки на столе, уставившись карими глазами на эльфа.

Феанор молчал, как и его собеседник.

Вульденберг медленно снял рукавицы, а затем и тяжелый шлеп поставив тот рядом.

Перед целителем предстало лицо обычного крестьянина. Темные волосы, щетина, впалые скулы и чуть вздернутый нос. Совсем не внешность для героя сказок. Но и мы с вами не в сказке.

– Пожалуй так будет полегче вам обо всем рассказать, мастер.

– Прошу, Бертрант, просто Феанор.

– Тогда и вы меня называйте, Берт, мастер. То есть Феанор. Я постараюсь, честное слово, рыцарь попытался потереть щетину руковицей.

– В общем мы с ребятами преодолели адскую реку. Расправились со стаей волков, а потом встали у трактира на перепутье. Там такая заварушка началась, когда местные узнали откуда мы. Ну и порубили мы голов, мас… Феанор, – рыцарь улыбнулся.