Разлом. Сказание о четырёх героях.

Глава 44. Демон

Яркий, солнечный, наполненный красками мир. Лес, простирающийся до горизонта, заполненный различными растениями и животными, но их присутствие не вызывало чувства опасности, — наоборот, приносило чувство умиротворённости и покоя.
Со стороны всё это походило на прекрасный райский сад, и для завершения картины не хватало только резвящихся тут и там ангелов…
Посреди этого сада ясно виднелась небольшая поляна, на которой разнообразные цветы выстраивались в прекрасные, любимые для любого глаза композиции.
Но было кое-что, выбивающееся из живописной природной симфонии — в центре поляны стоял круглый стол с тремя стульями вокруг, — всё состояло из дерева, обычного дуба, но при этом казалось слишком чуждым для этого мира.
В центре стола находилась прозрачная ваза с цветущими и, несмотря на обилие запахов от местной флоры, разносящими свой аромат белоснежными цветами. Рядом с вазой стояла невысокая бутылка, напоминавшая обычную винную, а внутри плескалась странная красная вязкая жидкость.
Три бокала, сопоставимо с количеством мест, изначально были заполнены этой жидкостью, но два из них были уже полупустыми.
За столом в данный момент сидели двое: мужчина и женщина, ведущие непринуждённую беседу.
Чем-то они напоминали двух давно не видевшихся аристократов: беседа была внешне тёплой и приятной, но внутри — абсолютно пустой. В ней не было смысла и каких-либо настоящих эмоций, но, подобно знати, не обрывающей беседу из вежливости к другой стороне, двое сидящих за столом людей не спешили прекращать бессмысленный разговор. По им одним известной причине.
Мужчина, чьи короткие волосы отдавали изумрудными оттенками, был облачён в белые свободные тканевые одеяния, что делало его удивительно похожим на древнего мудреца. Однако следы юности и незрелости, сохранившиеся на его привлекательном, но мужественном лице, уверяли в обратном.
Женщина же, с длинными, достающими до пояса светлыми волосами, носила обворожительное чёрное платье, делающее её похожей на принцессу какого-нибудь королевства. Но виднеющиеся на лице морщины, да и в целом, не самая привлекательная внешность, сразу разбивали сложившийся образ.
— И при этом, дорогая Милена, мне кажется, Вы слишком строги с Дионом. — С непринуждённой улыбкой мягко сказал мужчина.
Вкусив ароматной красной жидкости, женщина так же непринуждённо ответила:
— А вот это уже не твоё дело, Фаврон. У меня на то есть свои причины.
— Очень жаль. — Отказ, казалось, никак не повлиял на мужчину. — Но всё же, касаясь обсуждаемого нами ранее вопроса — я настаиваю на Вашем посещении моих владений.
— Я подумаю, но обещать ничего не могу — слишком много дел в последнее время.
Так их общение и продолжалось ещё некоторое время, пока возле третьего, свободного места пространство не начало искажаться. Яростно, но вместе с тем, слабо и, казалось, контролируемо.
— О, а вот и малыш Дион. — В глазах мужчины промелькнула заинтересованность — первые настоящие эмоции.
Женщина, Милена, сделала лёгкое движение рукой и раскрыла пространство в месте возникшего искажения, создав небольшой разлом.
Мгновение спустя из него вышел трёхметровый гуманоид в вечернем официальном костюме — фраке, принятом, однако, не во многих мирах. Тело человека, но голова осьминога, — сложно было сказать к какому виду он принадлежал, однако мужчину с женщиной его внешний вид ничуть не удивил. Наоборот — они смотрели на него как на старого знакомого, с которым не виделись долгие годы. Но также в их взгляде чувствовалась забота, которую они, тем не менее, всеми силами пытались скрыть.
— Приветствую, Вальдес Дион. — Мужчина встал из-за стола и жестом предложил пришедшему присесть.
— Здравствуй, здравствуй, Фаврон ди Койер. — Кивнув, Вальдес принял приглашение, следом язвенно обратившись к женщине. — Тебе тоже не хворать, Милена.
— И тебе не сдохнуть.
— Ну, ну, — попытался уладить их «приветствие» Фаврон, — друзья, не будем забывать, зачем мы здесь собрались!
Женщина надменно фыркнула, однако, не став развивать конфликт. Вальдес тоже, сделав пару глотков из бокала, молча стал ждать продолжения.
— Итак… — Вздохнув и собравшись с мыслями, начал мужчина. — Что произошло между тобой и Хидеей?
— А что между нами произошло? — Казалось, ничего не понимал Вальдес.
— Не прикидывайся! — Фаврон нервно улыбнулся. — У [Императрицы пауков] было слишком много миров, и смерть их Хранителя вызвала неконтролируемый хаос... Тебе ведь известно, сколь важна роль [Хранителя Хроник], сколько всего его присутствие регулирует! Даже то, что ты уже захватил несколько из впавших в хаос миров, ничуть не облегчает наше положение. 
— Согласна, как один из главных Хранителей Региона Джиро ты поступил крайне безответственно. — С явной издёвкой добавила Милена.
— Ну… Тогда шутки в сторону, — взгляд Вальдеса похолодел, — она хотела переманить моих слуг.
— И что здесь такого? — В удивлении Фаврон изогнул брови. — Обычное дело.
— Обычное, если бы слуги мои уходили по собственному желанию. Но наглости этой восьминогой стервы я терпеть больше не мог.
— А… Тогда, думаю, да… Я могу тебя понять. — Согласно закивал головой мужчина, после небольшой паузы тяжело вздохнув. — Эх… Чем больше ты знаком с Хрониками, тем сильнее они развращают, стирают прежние моральные рамки… Жаль, что Хидея не смогла противиться этому…
— Да, — согласился Вальдес, — увы и ах, такова обратная, тёмная сторона Хроник, избежать которой, сохранить своё прежнее «я», немногим удаётся…
Возникло молчание, каждый задумался о чём-то своём. Вскоре, однако, Фаврон нарушил тишину, спросив Вальдеса заинтересованным тоном:
— А скольких она попыталась у тебя увести? Сотню? Две?
— Четверых.
— Кха… — подавился Фаврон и в неверии уставился на собеседника. — Ты… ты…
— Неисправим. — С лёгкой ухмылкой закончила за него молчавшая до этого Милена.
— Ты грохнул её из-за каких-то четырёх слуг?! — Мужчина резко встал из-за стола, а его повышенный голос вынудил весь лес замолчать и притаиться.
— Не «каких-то», а очень даже многообещающих. — Спокойно и невозмутимо ответил Вальдес. — Ах, да, ещё избранник той старухи был среди них.
— Да?.. — засомневался мужчина, так или иначе, успокоившись и приняв всё как есть.
— К слову о госпоже Аркане… — вклинилась в беседу Милена. — Ты давно с ней виделся?
— Да нет, от силы пару трицинов назад.
— И как она там?
— Ты ж её знаешь, эту каргу хрен что возьмёт. Жива-здорова, к сожалению.
— Но зачем тогда ей наследник?
— Тебе виднее, женская логика для меня — тайна, покрытая мраком.
Пропустив его слова мимо ушей, Милена задумалась. Задумались после её слов, однако, и все остальные, только сейчас осознав действительную странность ситуации.
Вскоре, однако, Вальдес всё же нарушил тишину, встав из-за стола и взмахом руки открыв разлом.
— Ну, рад был поболтать, но у меня ещё есть кое-какие дела.
— Всего хорошего! — С улыбкой попрощался Фаврон. — Ещё увидимся!
— К сожалению, увидимся… — добавила Милена.
Дождавшись, пока разлом полностью закроется, расслабленный и безмятежный взгляд Фаврона потяжелел:
— Думаешь, что-то не так с госпожой?
Милена нахмурилась:
— Порой, конечно, трудно понять ход её мыслей, но мало того, что она в кой-то веки взяла себе ученика, так ещё и титул избранного даровала… Сам же знаешь, «просто так» такое не делается.
— Да знаю, знаю… Но что именно с ней могло случиться?
— Боюсь, этого мы не узнаем, пока сами её не спросим.
— Тут ты права, но было бы это так просто… Нам остаётся только просить её [Верховных Стражей] об аудиенции и ждать. Ну, или же…
— Исключено. — Безоговорочным тоном перебила она Фаврона.
— Хех, ты тоже неисправима…
Холодно и даже высокомерно фыркнув, Милена плавным взмахом кисти открыла разлом и исчезла.
— Эх, Милена, Милена… — с лёгкой улыбкой пробормотал Фаврон, приковав взгляд к остаткам красной жидкости на дне бокала. — Внешний холод, подобно корке льда, скрывает внутреннюю красоту… Какая потеря…
Опустошив бокал, мужчина последовал за ней…