Разлучённые братья близнецы.

Инквизиция.

Это случилось спустя полгода после рождения сыновей Хельги. Один из них серьёзно заболел.

***

— Хозяйка! Эй, хозяйка!

Пожилой господин, что прикатил к бару на повозке, уже несколько минут пытался достучаться до хозяйки. Безуспешно. Двери никто не открывал. На улицах города недавно отшумела сильная гроза и в этот раз после неё не пришло легкой свежести и облегчения, а наоборот в воздухе повис тяжёлый запах сырости. И мощённые мостовые и фасады ближних домов выглядели угрюмо-тёмными, от них струился лёгкий туман. С некоторых крыш до сих пор ручейками стекала вода. Пожилого господина в такую погоду в «Альве» попросту не ждали, и другой бы на его месте догадался об этом. Однако господин не сдавался и продолжал настойчиво барабанить в дверь, зычно выкрикивая имя Зельды. Его лошади нервничали: они всхрапывали и дёргали ушами, словно бы чувствовали приближение хищника. По временам они громко ржали и трясли гривами, им не терпелось скорее уйти отсюда. Старик же их страха будто бы и не замечал даже:

— Хозяйка! Хозяйка! — кричал он. — Если ты мне сейчас же не откроешь, я уеду и ты не получишь, то чего так хочешь! Ну же! Сама напросилась!

Далее он показно взобрался на свою повозку, взял поводья и стегнул кнутом лошадей. Колёса заскрипели, тронувшись с места... однако двери бара даже не приоткрылись. Отъехав буквально на пару метров, старик со злобой остановил лошадей и в досаде вернулся обратно. Слез на землю и снова ударил ненавистную дверь:

— Да, что тебя!!! Совсем там оглохла что ли?! Гордячка! И девки твои распутницы!

— О чём шумишь, добрый человек?

Этот голос, звонкий как горн, донёсся со стороны соседнего дома. Старик вздрогнул от неожиданности и обернулся. К нему навстречу шёл коренастый молодой человек, в простой не под стать городской, рабочей одежде и рыбацком плаще. Его волосы, рыжеватые точно свежескошенное сено, слиплись на висках от воды, липли ко лбу и лезли в глаза, так что молодой человек невольно щурился глядя вперед. Старик поморщился, когда незнакомец подошёл совсем близко к нему — от него пахло рыбой и рекой.

— Что ж ты, дорогой, — продолжал парень, жалея лошадей в повозке.. — Пожалел бы их, смотри как продрогли...

— Не ваша забота. — процедил старик. — Кто вы такой? И что вам тут нужно? — он смотрел недоверчиво и презрительно. Ему совсем не нравилось, что этот пахнущий рекой рыбак срывает ему всё дело.

— Я лодочник. — представился «рыбак». — А звать меня Лотинг.

— Любой лодочник и рыбаком является, знаете ли! — надменно съязвил старик. — От вас за версту несёт... вашим промыслом.

— Ах, это... да, запах долго держится. — парень отёр рукой лицо и улыбнулся. — Только рыбалка всё-таки не мой кровный промысел. Я помогаю Лотте, моей сестре. Её суженный сейчас в Арагоне и вернётся только в конце осени. Вот я и разношу рыбу по домам. Чем могу, как говорится, помогаю.

— Какой вы благородный... Не понимаю одного, зачем вы мне это всё рассказали.

— Ну, как же. — Лотинг откинул полу плаща и вытащил оттуда связь окуней. — Не купите ли? Смотрите, какие хорошие! Ещё до непогоды словили.

— Спасибо, откажусь. — отмахнулся старик.

Лотинг пожал плечами и запрятал окуней обратно. БОльше он старика не интересовал, а потому господин вновь повернулся к двери и занёс руку для стука.

— Может вам нужна помощь? — предложил парень.

— Может и нужна. — старик хитро улыбнулся, ибо у него созрел план. — Меня не изволят слышать и впускать в этот бар. Скажите, знаете ли вы хозяйку?

— Конечно. Это мадемуазель Этвеш.

— О! Как я рад! — еще больше оживился старик и потер руки. — Будьте так добры, войдите бар со входа и скажите Хозяйке, что у торца «Альвы», её уже давно и с нетерпением поджидает добрый друг, который привёз подарок! Коли выполните просьбу, я у вас всю рыбу вашу скуплю!

— А что же вы сами не пойдёте? Может она вас просто не слышит. — недоумевал Лотинг.

— Всё это глупости! — старик нервно топнул ногой. — Послушайте, ну неужели вам так сложно пойти и позвать хозяйку? Вы куда выше и сильнее меня, и голос у вас звонче. Не будьте ж столь высокомерны и выполните мою просьбу. А иначе не скуплю вашу рыбу.

Лотинг ничего не ответил на эту «угрозу», просто не придал ей значения. Он уже собрался пойти выполнить просьбу, как вдруг обратил внимание на повозку, а точнее на медную табличку, которая была прибита с её бока.

— Что же вы, господин... Зигвард-Хи Хибергсен, лавка у Котреллов. — протянул он и обернулся к старику. — Мы же знакомы с вами, а вы со мной в чужака играете.

— Что вы несёте! Я понятия не имею о чём вы!

Лотинг широко улыбнулся, и снял себя капюшон плаща.

— Легко не узнавать человека, когда презираешь его промысел. Стекольное дело редко и ценится выше остальных ремёсел, да? — мистер Зигвард опешил, а Лотинг поднял руки. — Но я не в обиде! Мне только еще интереснее теперь, что же вы привезли мадемуазель Этвеш?

— О, я решил сделать ей приятное и привез то, в чём она так сильно нуждается. — загадочно отвечал Зигвард-Хи.

— Просила она вас об этом?