Разлучница для генерала дракона

Глава 16

В комнате тоже никого не было. У меня как камень с души упал.

В этот момент я знала — этот день навсегда изменит мою судьбу.

Я успела вовремя.

Вдруг в дверь постучали. Я вздрогнула, но не испугалась. Напротив, внутри меня зародилось странное чувство предвкушения. Я встала, стараясь не издавать ни звука, и подошла к двери. Сердце билось все быстрее, но я старалась сохранять спокойствие.

— Войдите, — прошептала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

Дверь открылась, и в комнату вошел мужчина. Его появление было неожиданным, но в то же время я почувствовала, что это именно тот человек, которого я ждала.

- А! Вот и наша маленькая пациентка! - послышался добродушный мужской голос. - Как поживает наша юная Каролина Моравиа?

К колыбельке прошел высокий, статный мужчина с серебристыми волосами, аккуратно зачесанными назад. Его лицо было спокойным, словно вырезанным из камня, а глаза — холодными и проницательными, будто он видел сквозь меня. На его щеке виднелась вмятина шрама.

- Сюда, доктор Рейвс. Это - наша кормилица. Со справкой! - заметила не без гордости экономка, а я учтиво поклонилась, чувствуя, как на щеках вспыхивает румянец.

Доктор Рейвс подошел к колыбельке, и я заметила, как его лицо стало серьезным. Он наклонился, чтобы лучше разглядеть мою дочь, и его брови нахмурились.

- Это нехорошо, - произнес он, а у меня сердце подпрыгнуло. “Ах!”, - экономка прижала руки к лицу.

Доктор тут же поставил свой саквояж на пол и начал доставать из него какие-то странные кристаллы. Его движения были уверенными и точными, но в них сквозила тревога.

- Как давно она так себя чувствует? - спросил доктор Рейвс, обеспокоенно глядя на меня.

— Сегодня с утра она плохо кушала, — прошептала я, чувствуя, как голос предательски дрожит.

- О, неужели она заболела? - прошептала экономка, едва не плача. - Как чувствовала, что нужно вызвать доктора! Что ж вы мне не сказали?!

- Да, девочка больна, - кивнул доктор Рейвс, положив кристалл на грудь Мелиссы. - Очень больна!

- О, боги! - всхлипнула экономка, пока я стояла ни жива, ни мертва.

- А вчера такое было? - встревоженно спросил доктор, резко повернувшись ко мне.

- Нет, - прошептала я. - Немного вялая. Но я списала это на то, что я ее разбудила.

- Простите, - прокашлялся доктор, глядя с ужасом на почерневший кристалл. Он держал его на цепочке, словно не веря своим глазам. - Мне нужно связаться с генералом. Не могли бы вы вызвать мне господина генерала!

Я увидела, как экономка торопливо рисует на зеркале какой-то знак, а потом начинает нервно заламывать руки. Тишина в комнате была почти осязаемой, когда вдруг в зеркале начал клубиться дым. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок, и не смогла сдержать дрожь.

И тут в зеркале появился генерал. Высокий, невероятно красивый мужчина с темными волосами и серыми глазами смотрел на меня с тревогой. Его лицо было гораздо красивее, чем на портретах, которые я видела раньше. В его взгляде читалась сила и власть, а каждое движение было наполнено грацией и уверенностью.

— Что-то случилось? — спросил он, и его голос прозвучал как удар хлыста.

— Да, господин доктор хочет с вами поговорить, — пролепетала экономка, и я заметила, как ее руки начали дрожать.

— Не могли бы вы покинуть комнату? — вежливо, но твердо произнес доктор. — Я бы хотел переговорить с генералом наедине.

— Да, да, — прошептала экономка, побледнев и поспешно выходя за дверь.

Я осталась стоять возле двери, чувствуя, как сердце колотится в груди. “Господи! Что же я наделала?!” — пронеслось у меня в голове, когда я закрыла дверь. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь щелчком замка.

- Мисс Грейс! - позвала из другого конца коридора обеспокоенная служанка.

- Потом! - раздраженно произнесла мисс Грейс, строго глядя на служанку.

- Там на кухне беда! Кухарка просила вас позвать! Просила срочно! - заметила служанка, а мисс Грейс тут же закатила глаза и направилась в сторону кухни.

Я осталась одна, чувствуя, как напряжение внутри меня нарастает. Осторожно приблизившись к двери, я услышала, как доктор и генерал о чем-то тихо переговариваются. Их голоса доносились до меня приглушенно, но я пыталась уловить каждое слово.