Разорвать оковы I

Акт 1. Глава 6. Доброе дело за чужой счёт.

Утро выдалось слишком ярким. Солнечные лучи, как назло, пробивались сквозь тонкий тюль, разрезая полумрак комнаты на золотые полосы. Эль сонно зажмурился, зарываясь лицом в подушку, надеясь хоть на минуту продлить сладкую дрему. Но солнце оказалось упрямее его. Оно не собиралось уступать и, словно насмешливо, лилось прямо ему на глаза.

— Тьфу ты, — пробормотал он и нехотя перевернулся на спину.

Демон еще пару мгновений боролся с собой, но потом смирился: сны на сегодня отложены. Потянувшись, он лениво поднялся, с усилием оделся — совсем не заботясь о том, насколько аккуратно застегнуты пуговицы, — и поплелся вниз по лестнице.

Первый этаж встретил его тишиной. Ни шагов, ни голосов, даже учитель, всегда с утра строгий и собранный, сегодня куда-то исчез, отменив занятия. Дом сиял чистотой и уютом, как будто из него вымели все следы вчерашней суеты. Эль машинально отметил, что к этому он точно не приложил руку. Всем бытом занималась девушка, что приютила их под своей крышей, и делала это так, будто ей доставляло удовольствие.

На кухне пахло свежим хлебом и травяным настоем. На столе уже ждал завтрак: горячие лепешки, румяные, чуть подпаленные по краям, мед, фрукты и миска густой каши с орехами. Всё выглядело так, будто готовилось специально для него, с заботой, с нежностью.

Эль сел за стол, отломил кусок лепешки, обмакнул в мед и лениво жевал, украдкой наслаждаясь этим моментом тишины и тепла. Он ел медленно, с рассеянной благодарностью, глядя в окно.

Покончив с завтраком, он откинулся на спинку стула и задумался: чем бы заняться? Наверное, правильнее было бы достать книги, повторить вчерашние уроки. Но одна мысль об этом показалась слишком утомительной.

— Один день ничего не решит, — пробормотал он себе под нос, словно оправдываясь перед невидимым наставником.

Ему так хотелось дать себе передышку. Никаких заученных формул, никаких скучных правил, только свобода. Легкая прогулка по городу казалась идеальным выходом. Подставить лицо утреннему ветру, смешаться с толпой, слушать уличных музыкантов и наблюдать за торговцами, выкладывающими свой товар.

Эль улыбнулся, думая об этом, и эта улыбка вышла ленивой, почти детской.

Эль поднялся обратно в свою комнату, стараясь ступать как можно тише, словно боялся, что сама тишина дома может его выдать. У окна, где лучи солнца резали комнату на полосы, он опустился на колени и потянул за скрипнувшую доску пола. Под ней был спрятан его маленький тайник — несколько медных и серебряных монет, что Лейла отдала ему на личные расходы.

Он взял их в ладонь, сжал, чувствуя холодный вес металла, и усмехнулся.

— Когда ещё может понадобиться, как не сейчас? — шепнул он сам себе.

Монеты отправились в карман, а сам он стал торопливо собираться. На плечи лег потёртый и явно великоватый плащ, когда-то принадлежавший отцу Лейлы, но давно потерявший свой цвет и форму. Ткань была плотная, скрывала фигуру, но вот рога предательски торчали, ломая весь замысел. Эль нахмурился, перебрал несколько вариантов, но ни один не казался удачным.

В итоге, после недолгих раздумий, он схватил бинты и туго обмотал ими нижнюю часть лица — так, чтобы скрыть черты, оставив только глаза. В волосы же демон с раздражением втёр сажу из печи. Пепельные пряди окрасились в глухой чёрный, тяжёлый и грязный, и теперь казались чужими даже ему самому.

— Отлично… почти не демон в розыске, — усмехнулся он, взглянув в зеркало.

Отражение смотрело на него с вызовом: глаза сверкали слишком ярко, слишком живо. Они выдавали его куда сильнее, чем рога, которые, впрочем, не так и выделялись — многие рабы имели такие же. А вот в глаза рабам редко кто смотрел, и даже бывший хозяин вряд ли бы признал в нём своего беглого раба, увидев их.

Эль глубоко вдохнул, поправил плащ и шагнул к двери. Скрип петель отозвался в пустом доме неожиданно громко, и на миг ему показалось, что кто-то сейчас крикнет, остановит, схватит за руку. Но тишина осталась тишиной.

Он перешагнул порог и оказался на улице. Мир сразу обрушился на него всеми красками и звуками: щебетание птиц, душистый аромат цветов, шелест листвы деревьев и теплый ветерок. Солнце било в глаза ярче, чем в комнате, и воздух был полон безмятежности….

Эль шагал по улице, растворяясь в шуме города, но мысли его неотвязно возвращались к дому, откуда он только что вышел. Чем дольше он шёл, тем яснее понимал: идеальнее места им не найти. Тихий уголок вдали от рыночной сутолоки и жилых кварталов, где каждый шаг может привлечь ненужное внимание, а чужой взгляд — пробить защиту его маски. Там, где они сейчас жили, он мог хотя бы дышать свободнее. Не было этого липкого страха, что кто-то заметит его, догадается, кто он такой, и сдаст стражникам. Одной жалобы было бы достаточно, и тогда всё рухнуло бы, как карточный домик.

Эль поёжился и поправил бинты на лице.

— Хорошо, что всё сложилось именно так… — пробормотал он почти беззвучно.

Это было чудо. Настоящее чудо, что они встретили на своём пути Лейлу. Добрую, мягкую, но вместе с тем сильную девушку, которая приняла их, не задавая лишних вопросов, не требуя платы за каждый кусок хлеба. Она просто дала им дом. И только сейчас Эль осознал: именно дом.

А если бы он тогда не сбежал вместе с Меридиасом? Какой была бы его жизнь? Вернее — был бы он жив вообще?