Разрушая Настю

4

Длинный стол был безупречно сервирован. Ужин в честь отъезда Насти и Дениса был в разгаре, но настоящим центром притяжения стал Денис. Сидя по правую руку от Игната, он негромко отвечал на вопросы, и всё вокруг него будто замедлялось.

— Ваша модель прогнозирования действительно не имеет аналогов, — восхищённо покачал головой седовласый промышленник. — Как вам пришла в голову эта концепция поведенческих индикаторов?

Денис отложил вилку, его движения были плавными и экономичными.

—Статистика слепа, а люди — нет. Мы просто научились читать те сигналы, которые рынок подаёт ежесекундно.

Его голос, ровный и глубокий, заставлял собеседников инстинктивно наклоняться ближе. Игнат молча слушал, и в его обычной сдержанности читалось нечто новое — не просто одобрение, а признание равного.

— Но риски... — начал было другой партнёр.

—Риски — это всего лишь неучтённые переменные, — парировал Денис, и в его улыбке мелькнула холодная искра. — Мы не избегаем их, мы делаем их работой на себя.

Взгляд Дениса скользнул через стол к Насте. Она сидела, отодвинув тарелку с нетронутым десертом, и этот мимолётный контакт длился не больше секунды — но его было достаточно, чтобы она почувствовала себя объектом сканирования. Он не просто смотрел — он считывал информацию.

— Настя, — раздался нарочито громкий голос Кирилла. — А помнишь, ты показывала тот старый учебник по экономике? Не покажешь? Очень нужно.

Ложь повисла в воздухе. Все взгляды переместились на Настю.

— Я... не уверена, что смогу его сейчас найти, — проговорила она.

— Настенька, — голос Валерии прозвучал сладко и неумолимо. — Не заставляй гостя упрашивать.

Денис наблюдал, как Настя поднимается. Он не шевелился, но всё его существо было сосредоточено на ней — на напряжённой линии её плеч, на слишком ровной спине. В его глазах вспыхнул странный огонёк — не сочувствие, а скорее удовлетворение от точности расчёта.

Когда она вышла, Денис плавно вернулся к разговору, и все присутствующие мгновенно последовали за ним. Он не повышал голос, но его слова обретали вес, который заставлял умолкать даже самых уверенных собеседников.

— Вернёмся к восточным регионам, — сказал он, и стол замер в ожидании. — Там есть нечто более ценное, чем сырьё. Там есть непредсказуемость — а это идеальная среда для проверки наших моделей.

Он говорил о бизнесе, но каждый в этой комнате чувствовал — они видят силу, которая уже перестала спрашивать разрешения.

***

Приглушённые голоса из столовой доносились сюда, в коридор, как отдалённый шум прибоя. Настя шла впереди, чувствуя на спине тяжёлый взгляд Кирилла. Поворот — и они скрылись из зоны видимости. Её локоть резко сдавили, заставив свернуть в первую же дверь.

Гостевая комната. Запах застоявшегося воздуха и мебельного полироля. Дверь захлопнулась, отсекая последнюю связь с тем миром, где Денис вёл свои умные беседы, а Валерия сохраняла безупречную улыбку.

— Расслабься, — Кирилл отступил на шаг, изучая её напряжённую позу. Его тон стал деловым, почти отстранённым. — Я просто хочу кое-что прояснить. Ты ведь до сих пор думаешь, что всё началось с меня?

— Я не хочу это обсуждать.

— А надо, — он упёрся руками в бока. — Слушай внимательно. Всё началось в седьмом классе, через пару недель после того, как Денис впервые приехал к вам. Ко мне подошёл его друг Сашка. Сказал, что Денис попросил передать: его сводная сестра ведёт себя странно, постоянно за ним подглядывает, и было бы хорошо, если бы мы... «образумили» её.

Настя замерла, чувствуя, как пол уходит из-под ног.

— Я тогда не придал значения, — продолжил Кирилл. — Но потом Денис сам начал как бы случайно жаловаться при нас. Говорил, что ты постоянно крутишься рядом, смущаешь его своими взглядами, будто ждёшь чего-то... Он никогда не говорил прямо «травить её». Он просто создал образ. Образ дурочки, которая сама напрашивается на внимание. И мы этот образ... поддержали.

— Зачем... зачем тебе это говорить сейчас? — выдавила она.

— Потому что мне надоело быть твоим злодеем, пока он играет в благородного принца, — его голос стал резким. — Он использовал нас, Настя. Сделал из нас своих подручных. А теперь ты смотришь на него как на спасителя. Смешно, правда?

Дверь открылась бесшумно.

— Кажется, я помешал? — Денис стоял на пороге. Его лицо было спокойным, но в глазах читалась холодная уверенность.

Кирилл резко выпрямился, отступив на шаг. В его позе появилась неуверенность, которой не было секунду назад.

— Мы... просто разговаривали, — пробормотал он.

Денис вошёл в комнату, мягко закрыв дверь. Его взгляд скользнул по Насте, будто проверяя её состояние, затем вернулся к Кириллу.

— Разговор выглядел довольно эмоциональным, — произнёс Денис ровным голосом. — Настя, всё в порядке?

— Всё... нормально, — с трудом выдавила она.

Денис подошёл ближе, его движения были плавными и безразличными. Он остановился рядом с Настей, слегка повернувшись к ней спиной — молчаливый намёк на защиту.

— Кирилл, думаю, тебе стоит вернуться к гостям, — сказал Денис безразлично. — Твой отец, кажется, искал тебя.

В его тоне не было угрозы, только констатация факта. Но Кирилл побледнел и кивнул.

— Да... конечно.

Когда дверь закрылась за ним, Денис повернулся к Насте. Его лицо оставалось бесстрастным.

— О чём вы говорили? — спросил он тихо.

Настя смотрела на него, и ужас медленно поднимался по спине. Правда Кирилла и это «спасение» сплелись в один чудовищный клубок.

— Он сказал... что ты всё начал. Ещё в седьмом классе. Что ты организовал травлю.

Денис медленно моргнул. На его лице появилось искреннее, неподдельное недоумение.

— Травлю? — он произнёс это слово так, будто слышал его впервые. — Какую травлю? Ты имеешь в виду те глупые шутки Кирилла?

— Это были не шутки! — голос Насти дрогнул. — Меня травили годами! И он говорит, что это ты всё начал!